Корниловъ. Книга вторая: Диктатор (СИ)

Министры начали обеспокоенно переглядываться. Один только генерал внимательно наблюдал за каждым из них. Если кто-то из них поёт на сторону, а это практически доказанный факт, содержание этого доклада будет известно в посольствах уже вечером. А так как за каждым из министров и их близкими установлено негласное наблюдение из КГБ, то сразу станет очевидно, кто именно докладывает союзникам. Содержание сегодняшней речи Нольде обязательно понесут в посольство, не удержатся.
— Страны Антанты саботируют выполнение союзнических обязательств, — продолжил Нольде. — Должен признать, ориентация внешнеполитического курса на Францию и Британию была ошибкой.
Министры зашептались между собой, взволнованно и возмущённо. Слишком у многих из них бизнес был завязан на указанные страны. Французский и английский капитал слишком глубоко проник в экономику России.
— Сейчас, во время войны, участие России в военно-политическом блоке стран Антанты пересмотру не подлежит, но после окончания боевых действий внешняя политика России будет изменена, — сказал Нольде.
— Да Антанта нас спасла! Это Германия объявила нам войну! И если бы не союзники с их вторым фронтом, нас бы раскатали в тонкий блин! — выкрикнул министр торговли Коновалов.
— Если бы не союзники, войны могло бы и не быть, — пожал плечами генерал Корнилов. — Попрошу воздержаться от выкриков с мест, время для обсуждения будет выделено чуть позже.
Коновалов молча скрестил руки на груди, поворачиваясь к докладчику.
— Благодарю, — кивнул Нольде. — Новым внешнеполитическим курсом станет нейтралитет. России нужны те самые двадцать лет мира, о которых просил Столыпин.
Члены правительства снова зашептались. Отношение к Столыпину у них было крайне неоднозначным. Кто-то считал его гениальным политиком и равнялся на него во всём, а кто-то считал его царским обер-вешателем, душителем свобод и реакционером.
— Россия выйдет из состава всех военно-политических союзов, чтобы проводить самостоятельную политику, а при необходимости сформирует собственный союз, в котором будет играть определяющую роль. Слепо выполнять указания наших английских и французских друзей мы больше не будем. У России есть свои собственные интересы, часто идущие вразрез с желаниями наших союзников, — сказал барон.
— Проливы… — тихо буркнул кто-то из министров.
Черноморские проливы, надёжно запертые для российских кораблей, позволяли Англии и дальше оставаться владычицей морей. А если Россия получит свободный проход в Средиземное море и сможет торговать с половиной Европы в обход Балтики, это её слишком сильно усилит. По мнению англичан, конечно же. В прошлый раз, когда Россия угрожала забрать проливы и выйти в Средиземное море, ей пришлось в одиночку воевать с половиной мира.
Корнилов прекрасно понимал, что Антанта нам не друзья, даже близко. Это же понимал и барон Нольде. Но многие министры из числа англофилов и франкофилов так не думали, искренне считая Париж и Лондон нашими верными друзьями и не понимая, что Англия и Франция преследуют только свои собственные интересы. Западники всегда были проблемой российского общества. Что в девятнадцатом веке, что в двадцатом, что в двадцать первом.
— Нас просто раздавят всем миром, — произнёс министр народного просвещения Мануйлов.
— Не раздавят, если мы будем сильными и самодостаточными, — произнёс Корнилов. — Согласитесь, сильная Россия гораздо выгоднее нам всем, чем слабая и зависимая.
Некоторые из министров могли бы с этим поспорить, особенно те, которые были связаны с экспортирующим бизнесом, но все благоразумно промолчали.
— Продолжайте, Борис Эммануилович, — попросил генерал. — Прошу прощения.
— Спасибо, — кивнул дипломат. — Таким образом, отказ от следования политике Антанты принесёт России только выгоду. Недостаток высокотехнологичных товаров будет компенсироваться сотрудничеством с Северо-Американскими Соединёнными Штатами.
Почти все министры, особенно из партии кадетов, насупились.
— То, что вы предлагаете, просто неприемлемо, — заявил министр торговли.
 
— Это неосуществимо, — сказал министр финансов.
— Если у вас есть возражения, можете высказать их после, — повторил Корнилов.
Барон Нольде, как опытный дипломат, и бровью не повёл, демонстрируя полное равнодушие к выкрикам других министров.
— Может, сразу Германии продадимся? — фыркнул Коновалов. — А что? То, что вы называете действиями в интересах России, я бы назвал иначе. Это предательство наших союзников, вот что это такое.
— Александр Иванович, позвольте барону закончить доклад, — нахмурился генерал.
— Да-да, прошу прощения, — поднял руки Коновалов. — Давайте, послушаем, что ещё новенького приготовил нам МИД.
Нольде скользнул по Коновалову холодным взглядом, но тут же продолжил доклад тем же ровным тоном.
— В первую очередь сотрудничество с Североамериканскими Штатами будет налажено в сферах станкостроения и машиностроения, и министерство торговли и промышленности обязано будет подготовить делегацию, которая отправится в Штаты совместно с дипломатической миссией, — продолжил Нольде.
Коновалов, которому предстояло это сделать, только хмыкнул, глядя на барона, который только что подкинул ему работы. Министерство промышленности, по-хорошему, стоило уже давно выделить отдельно, но пока до этого ещё не дошли руки.
Генерал Корнилов рассчитывал провести индустриализацию как можно скорее, направив все усилия именно на неё. И без иностранных специалистов тут не обойтись. Именно поэтому он приказал министерству иностранных дел искать выходы на американских промышленников. Если нужно учиться, то учиться нужно у лучших, а американские бароны-разбойники, строители финансовых империй и настоящие отцы-основатели США как независимой силы на этот момент были действительно лучшими из лучших.
— Ну и напоследок стоит добавить. По дипломатическим каналам уже прорабатывается вопрос заключения сепаратного мира с Германской Империей, — сказал Нольде. — Если всё пройдёт гладко, то новый 1918 год наконец-то будет мирным.
  
Глава 32
 
Гороховая, 2
 
Совещание продлилось ещё пару часов, после чего взволнованные и основательно вздрюченные Корниловым министры начали, как тараканы, разбегаться по своим квартирам и рабочим кабинетам, а следом за ними отправились неприметные господа в штатском, отслеживая каждый контакт уважаемых государственных деятелей. Проверяли всех без исключения, даже самого барона Нольде, согласившегося устроить эту небольшую проверку.
Даже за Корниловым приглядывали, но больше с целью охраны, нежели пытаясь уличить его в контактах с зарубежными посольствами.
Но это самое представление было сыграно не только для того, чтобы выявить окопавшихся в министерских креслах английских и французских агентов. В целом доклад барона Нольде соответствовал будущему курсу России.
Разве что сепаратный мир с Центральными Державами был одним из крайних вариантов, причём не самым желательным. Капитуляция Германии, Австрии и Турции выглядела гораздо более заманчиво. Вот только капитуляций в ближайшем будущем пока не предвиделось. Так что, возможно, придётся пойти и на сепаратный мир.
Вот только генерал Корнилов чётко понимал, что как только союзники узнают про попытки России заключить мирный договор, может произойти всё, что угодно, начиная от дворцового переворота и заканчивая банальным убийством. Так-то убивать главу государства всегда было моветон, но от этих лондонских дикарей можно ожидать чего угодно.Одного правителя с их помощью уже убили, и если они не постеснялись пролить кровь монарха, то что уж говорить о крови простого казака.
Из Зимнего дворца он отправился на Гороховую, в гости к безопасникам. Информация по министрам интересовала его в первую очередь, и там он узнает её быстрее всего. Как только агенты соизволят доложить о проделанной работе.
Генерал Батюшин лично вышел поприветствовать Верховного Главнокомандующего.