Повесть о Лапласе (СИ)
— Именно из-за этого. У каждого типа магии есть свои сильные и слабые стороны. Огнём нельзя залечить раны, силой жизни убить, свет вездесущ, но слишком прямолинеен, а тьма разностороння, нет области которую она не может заполнить, это её сильная сторона. Но она не долговечна. Ты уже знаешь про хаос и что он копится у тёмных магов. Любые тёмные эмоции, как от мага так и от окружающих накапливаются и меняют личность в худшую из возможных сторон. Семь смертных грехов ускоряют этот процесс многократно. Если хочешь выжить то тебе нужно стать сильнее.
— А вам это зачем.
— Эксперимент. Я долгое время живу в этом мире и обучил сотни тех, чьи имена записаны в истории. Но все кто имел дело с тьмой, заканчивали одинаково. У тебя же есть потенциал.
— Что мне нужно делать?
— Страдать.
— Что?
— Тебе нужно пройти через ад, что бы сопротивляться ему.
— Можете объяснить по подробней.
— У тебя нет каналов маны, идеальное родство и мужество с волей. Эти качества и особенности помогут тебе сопротивляться какое-то время, но в конечном итоге и ты сойдёшь с ума. Свет, позволяет уничтожить хаос, но это временно. Кольцо которое я тебе дал, ограничивает поступление любой силы из вне. Это идеальный тепличное условия для тебя. Но чтобы их реализовать тебе нужно пройти через ад. Всё просто, твоё тело не подготовлено к силе что в тебе может быть.
— И как мне подготовиться.
Он взял эфес сломанного меча и заставил его свернуться в шар.
— Восстанови этот меч. Но это потом. А пока я предлагаю тебе выучить одно заклинание. Оно простое и крайне действительное.
Ну надо же. Мне предлагают выучить заклинание.
— Что нужно сделать. Выучить слова или символы с магическим кругом.
— Нет в твоём случае, просто представь руку и маны.
Направь поток своей силы, в какую либо часть тела, и заставь её принять вид руки.
— А разве она не рассеется?
— С кольцом, нет.
Ну что ж постараемся. Путь из сердца в грудь и пресс. Напрягая мышцы пресса и перенося туда ману, я стараюсь придать ей форму и высвободить. Секунда, вторая, третья, двадцатая. Устал. Передых.
— Почему не получилось?
— Будто что-то не даёт мне высвободиться. Но раньше работало.
— Работало?
— Ночью, мне удалось высвободить чуть силы.
— Ясно.
И по щелчку всет просто исчез. Только сейчас я понял одну вещь. Тут не было лам или чего-то что давало свет. Но на удивление я быстро привык к тьме. И в этой абсолютной тьме, достаточно хорошо видел.
Что ж, постараюсь вновь. И на удивление что-то получилось. Я это понимал. Сначала просто выше сгусток, потом я заставлял его принимать форму руки. Представлял каждый палец и черпал свою фантазию для внешнего вида из одного известного исекая. И через минут получилось.
— В прошлый раз на это ушло пол часа.
Щелчок. Свет снова появился. И рука прямо на глазах начала исчезать. Но влив ещё больше сил и помешал этому процессу. И тут меня настиг удар прямо по спине. Сильный, горячий, аж до дрожи. Я сжал зубы, на автомате начал напрягать пресс сильнее и не дал руке пропасть. Обернувшись, увидел его вооружённый каким-то посохом.
— Что вы делаете.
— Не потерял концентрацию, молодец.
— Что вы делаете?
Я поднял голос.
— Как я и сказал, твоё тело не готово к силе. И самый простой способ приучить тебя к этому, буквально вбить. На тебе как раз хорошие мази.
— Мази?
— Используя ману в теле, она расходуется на ускорение лечения. После того как я тебя изобью, отправляйся к себе и тренируйся с этим шаром.
— Изобьёте?
— А ты против?
Выбора нет.
— Нет.
Часть 2.
После получаса побоев меня отпустили. Я еле ковылял к себе. Моё лицо да и всё тело в дребезги. Спустившись и вышел в коридор. Там меня поджидала Глас.
— С возвращением.
— Ага, подставь плечо.
— Как прикажите.
— Как доведёшь меня до комнаты, принеси воды и еды.
— Как скажите.
Спустя пару минут.
— Как вы поставили зеркало и не оставили следов, в тот раз.
— Сама подумай. Есть что-то от госпожи.
— Нет никаких.
— Отлично.
Когда меня до вели до комнаты и позже принесли еду и воду, я остался один. И в одиночестве я устроил истерику. Это тяжело. Больно. Ужасно. Несправедливо. Жестоко. Отвратительно. Почему именно мне приходится с этим мириться. Терпеть то что не заслужил. Может в прошлой жизни я был опаснейшим преступником. Убил миллионы. Хрен его знает, да и плевать.
Хочу домой. Никогда не думал что скажу это. Пролежав с полчаса и просто дыша. Я встал и пошёл к зеркалу. Пятая стадия кажись наступила. Всё этого прошлого уже нет. Я никогда не вернусь в этот мир и дом. Я сам того пожелал. Сам захотел уйти. И теперь получаю то что хотел. Думая об этом я снимал эти грёбанные серьги. Вышел на балкон. Это хороший весенний, солнечный день. Пора расстаться с этим прошлым. Я со всей силой выбросил последнюю вещь с того мира. Пора работать.
Я вернулся и начал этот ад. Для использования силы, требовалось напрягать мышцы. Больно. Но с удивлением я обнаружил, что этот шар помогает мне циркулировать ману в теле. Если я просто гонял её по кругу, то он мне помогал, а если хотел вложить её в шар, то она поглощалась. После нескольких часов культивации, я устал. Интересно сколько я могу продержаться если буду вливать ману в этот шар, равную тому сколько нужно для "руки тьмы". Семь минут. Потом я потерял сознание.
Часть 3.
Проснулся я ночью. Луна освещала комнату. Тело всё так же болело. Как похмелье после водки, но по всему телу. В такие моменты просто охота исчезнуть. Пора опять работать. Тут не о чем говорить. Просто несколько два часа сидел в одной позе и циркулировал ману. И заметил одну вещь. Я выпустил всю ману что была и крутил её по кругу. Но спустя время, её количество возросло, два раза. Но от этого сильно устаёшь и появилось чувство голода. Значит надо идти к Глас.
Несколько ударов кулаком по её двери. И вот она в своей пижаме.
— Что вам нужно.
— Мне на кухню, давай.
— Минутку.
И вот мы уже идём на кухню. Со свечой, но не простой, а магической. Хорошо освещает.
На кухне был холодильник. И большой. Конечно не такой современный и продвинутый, но видимо хорошо справляющийся со своей задачей. Мне сделали что-то вроде бутерброда. Мясо, хлеб, овощи, чай и рагу, которое было на обед. Увы обед и ужин я пропустил. Но даже так вкусно. Пока я ел на меня посыпались вопросы.
— Что с тобой стало? Ты вроде пропустил фехтование?
— …
— Не думал помыться?
— …
— Ты в порядке?
— …
— Как ты поставил зеркало?
— …
— Долго будем играть в молчанку?
— Может потрахаемся?
— Что прости?
— Я очень устал от всего этого, так что просто помолчи и дай мне доесть.
— Как скажешь.
Доев и взяв с собой еды, мы направились обратно. Дорога была тихая и тосклива. Как же хорошо что этих солдат убрали. Вернувшись в свой коридор, пришло время возвращаться.
— Передай госпоже что я ученик гроссмейстера. Он сам это признал.
— В скором времени начнутся изменения.
На этом разговор закончен. Я пошел к себе продолжать эту ахинею. Теперь восстановив силы, пришло время попрактиковаться с этой рукой. Не в смысле передёрнуть, хотя эта мысль не покидала меня.
На самом деле, эту руку легко контролировать. После того как привык могу продлевать её на несколько метров и таскать стулья, но не поднимать. Стало даже веселее. И боль чутка утихла. Но не знаю сколько ещё смогу это терпеть. С каждым днём всё тяжелей и тяжелей. Пару часов тренировки и спать.
Часть 4.
115 год Золотого Солнца первого месяца весны и двадцать пятое число. Эти дни были одни из самых тяжелых за всю мою жизнь. Если всё так и продолжится, то я поседею к двадцати. Нужно вставать, хочу того или нет. Не знаю, помогают ли травы, но думаю пора их смыть. И так же попросить Глас сменить постельное. Жаль что я не могу воспользоваться ни королевскими, ни нижними купальнями. Так же мне пока нельзя выходить за эти три или если что-то случиться, четыре, этажа. Может попросить большей свободы. Думаю ещё рано.