Покров Тьмы (СИ)
Когда же выдалось свободное время, Мариэль взяла Тайвос и отправилась в одну из казарм, где разместили эльфийское войско. Ей бы очень не хотелось подвергаться сплетням, но других мест для тренировок здесь, в Малате, не было.
Живя среди существ, скрывающих свои эмоции лучше других, Мариэль научилась различать их настроение. По малейшему движению брови, взгляду, позе. Поэтому, войдя в казарму, она тут же поняла что думают о ней подданные.
Кто-то сочувствовал ее утрате и провожал сочувственным взглядом. Кто-то сомневался в ее силах. Кому-то было все равно. Но были и такие, кто восхищался ее силой духа.
Мариэль же, не хуже других владеющая лицом, выражала только сосредоточенность на своих действиях. Отточенным движением вынула Тайвос из ножен. Прочертила извилистые линии в воздухе так, что лезвие со свистом рассекало пространство. Сначала она двигалась медленно, плавно выписывая пируэты и вольты. Но с каждой минутой темп ускорялся и вот она уже скакала и вертелась так, что ее движения едва улавливались.
Закончив бой с воображаемым врагом, Мариэль поймала на себе взгляды эльфов, полные вернувшейся надежды и уважения.
— Кто из вас окажет мне честь сойтись в честном поединке?
Эльфы переглянулись, зашептались. Вперед вышел беловолосый эльф. Склонившись в неглубоком уважительном поклоне, он проговорил шершавым голосом:
— Для меня честь считаться достойным соперником Посланницы Солнца.
Соперником он оказался и правда достойным. Эльф был быстр и ловок. Он не пропустил ни одного выпада. Каждый его удар был твердым, уверенным и быстрым. Порой Мариэль не успевала отражать их и тогда приходилось уклоняться. Бой был великолепен, как танец двух разъярившихся драконов. Он затянулся на долго. Никто не уступал. Пусть Мариэль давно не тренировалась, мышечная память ее не подвела. И все же в конце концов Тайвос вылетел у нее из рук. Увернувшись от рубящего удара, она подскочила к одному из эльфов, наблюдающих за их сражением, и выхватила у него из ножен парные кинжалы. Они были еще легче, чем Тайвос, а потому давали больше раскованности движениям. Вновь зазвенела сталь. Закончился поединок неожиданно. Меч эльфа оказался у шеи Мариэль. А ее кинжал упирался эльфу в солнечное сплетение.
На мгновенье в зале повисла тишина. И слышно было только тяжелое дыхание дуэлянтов. А потом эльфы разразились радостными криками, чего Мариэль никак не ожидала.
— Хороший был бой, благодарю. — Произнёс эльф, убирая свой клинок в ножны
— Воистину, давно у меня не было столь талантливого и стойкого противника. — Мариэль слегка склонила голову и согнула колени, выражая уважение. Эльф ответил ей тем же, весело сверкнув темно-синими глазами.
— Вы должно быть меня не помните, ваше высочество. — Беловолосый и синеглазый эльф подал Мариэль ножны Тайвоса, игнорируя всеобщее внимание и ликование толпы.
— Возможно, если вы напомните мне…
— Мое имя Илон, я…
— Вы были моим телохранителем после похода к Драконьей скале, как я могла забыть!
— Я надеялся стать частью вашей команды, отправиться с вами в Вакрохалл. К сожалению, светлейший владыка отказал в моей просьбе.
Мариэль смутилась, вспомнив, что именно она просила короля оставить Илона в Маргинге. Кто знает, может сейчас он был бы для нее таким же другом, как Кирби, Иналия и Валсидал. Хорошо это или нет, Мариэль не знала.
— Уверена, вы были полезны там, где были. — Вежливо ответила она, собираясь уходить.
— Что здесь происходит? — Раздался властный оклик военачальника. Все тут же вернулись к своим тренировкам.
— Похоже мне пора. Спасибо за поединок, Илон.
— Буду рад вас снова видеть.
Мариэль, так же гордо вскинув подбородок, прошла к выходу. Военачальник бросил на нарушительницу порядка грозный взгляд, но ничего не сказал. Эти несколько часов тренировок вернули Мариэль уверенность в себе и своих силах.
— Нет ничего хуже жалости, с которой все на меня смотрели. — Вздохнула Мариэль, рассказав обо всем Дельвину.
— Вспомни их лица, когда ты выходила оттуда. Ты вернула им надежду. Было бы куда хуже, не приди ты туда вообще.
— Ты прав. На меня бы и дальше смотрели, как на мать, потерявшую дитя, а не как на своего предводителя.
— А ты их предводитель?
— Временно. Когда Иналия… прибудет сюда, будет избран новый король или королева.
— Фаолин первый претендент на трон. А значит ты станешь королевой.
— Ты говоришь это, исходя из очевидных вещей, или потому что предвидел?
— Прежде чем задавать вопрос, убедись, что хочешь знать ответ.
— Спасибо тебе… — Дельвин вопросительно поднял бровь. Мариэль усмехнулась, но ответила на его немой вопрос. — За твою поддержку.
— Кое-кому она тоже нужна. Когда в последний раз ты говорила с Фаолином?
Мариэль виновато опустила голову, вспоминая последнюю, а по совместительству и первую после рассказа о случившемся в Приюте Третьего Солнца, беседу с мужем. Обида дикой кошкой прокралась в душу, принявшись точить свои острые когти о ее мягкое сердце. Это произошло три дня назад, через несколько минуть после того, как Мариэль узнала о побеге дочери. Она нашла Фаолина в трапезной. Он сидел понурив голову и размазывал ложкой еду по тарелке. Вид у него был настолько печальным, что казалось будто все вкруг вяло и тускнело от его мрака. Мариэль боялась сообщать ему новость. Боялась еще сильнее расстроить его. Но, если она не скажет сейчас, потом будет еще хуже.
— Фаолин, я должна сказать… — Начала она, присев за стол. Услужливый стюард принес тарелку с ароматной кашей, но Мариэль не притронулась к еде. — Дэйли…
— Я знаю. — Прервал ее эльф, отодвинув свою порцию. — Дэйелис ушла ночью искать Иналию. С моим благословением. — Он говорил холодно, без интонации, бесчувственно.
— И ты ничего мне не сказал? — Возмутилась Мариэль, чуть не вскочив с места и не уронив стул.
— Ты узнала раньше, чем я собирался…
— Ты должен был сказать мне сразу!
— И что бы изменилось? Тем более ты спала.
— Ты знаешь, что это не так! — Воскликнула она, звякнув ложкой. Мариэль едва могла сдержать дрожь, так ее трясло от злости и обиды. Она покинула трапезную, даже не взглянув на Фаолина. Стремительным шагом она вышла за пределы цитадели и затерялась в городских улицах. Чуть не сбитая всадником и едва не обрызганная отходами, вылитыми кем-то из ока, Мариэль в конец растерялась. Но вовремя обратилась к покою, дарованному Анорсель.
Вернувшись в цитадель, она углубилась в сад. Рухнула на колени, спрятав лицо в ладони. И почувствовала тепло и запах жаркого лета.
— Что я могу сделать для тебя, дитя? — Анорсель возникла прямо перед ней. Ее голос звучал, как птичьи переливы. Нежно, ласково.
— Расскажи мне что-нибудь. О мирах, о других духах. Пожалуйста. — Стирая слезы тыльной стороной ладони, попросила Мариэль. — Люди верят, будто души умерших попадают в Элизиум. Существует ли приют для душ на самом деле?
— Элизиум… Еще одно название Ваставы, или планеты Земля… — Начала рассказ солнечная дева, присев рядом с Мариэль. — Люди, умирая, рождаются снова в Ваставе. А умирая там, перерождаются в Кёте. И так раз за разом. Им дана эта возможность как бы взамен бессмертию или долголетию.
— А что же до эльфов или гномов?
— Гномы перерождаются лишь один раз, после чего их дух угасает, как гаснет огонь. Эльфы же попадают в астрал. Иногда даже раньше, чем умирают.
— Да, я читала об этом. Но что такое астрал?
— Мир грез, созданный самими эльфами, без вмешательства нас, духов. Я не знаю как им это удалось, ведь меня там не было.
— Мой сын… он там?
— Нет. Его огонь угас, не успев разгореться. Он ни о чем не мечтал, а потому и в астрал попасть не мог. Но вы встретитесь с ним, когда придет время. Ведь в твоих мечтах он есть. Главное не торопись попасть туда раньше назначенного срока.
— Ты сказала, люди перерождаются в других мирах. Значит ли это, что Лаврен и Валсомир сейчас в Ваставе?
Анорсель улыбнулась, тепло, приветливо. Кивнула. И исчезла, оставив только запах душного лета, который совершенно не вязался с зимним садом.