Леди Смерть (СИ)

— Да как вы смеете, говорить со мной в таком тоне. Ваше поведение неподобающе к незамужней леди, — щека Эзры горит, даже в тусклом свете хорошо виден след моей руки. Его глаза беспорядочно бегают, он понял что оплошал, но уже поздно, — Возничий, стой! — командую я. Кучер натягивает поводья, лошади нехотя тормозят. Открыв дверцу, я намереваюсь покинуть эту коляску незамедлительно. И плевать, что придётся идти пешком, целых две улицы, да еще и под дождем.
Эзра хватает меня за руку, сдергивая перчатку. Одернув руку, я бросаю на него самый злостный взгляд в моем арсенале.
— Ты в своем уме? — Эзра прижимает мою перчатку к груди, от такой резкости моих слов, мужчина впадает в ступор. Не дождавшись, каких либо извинений, я покидаю экипаж. С минуту поколебавшись Эзра, бросается вслед за мной.
— Амелия, ради бога прости! — его пальцы обхватывают мое запястье, — Вернись в коляску, и мы забудем это недоразумение.
— Отпусти меня немедленно. Я лучше умру, чем проедусь с тобой хоть одну милю. Мой ответ не, я никогда, не при каких обстоятельствах не выйду за вас замуж, мистер Вильсон. Даже если вы останетесь единственным мужчиной в Англии. Я лучше брошусь с моста, чем стану вашей женой. — мои слова резки, я вижу что причиняю ему боль своим отказам, но иначе я не могу.
— Какие — то проблемы меледе? Этот мистер докучает вам? — мужской голос заставляет меня обернутся. Из темного закутка улицы на просвет выходит молодой человек. В зубах у него догорает трубка. Я не могу не обратить внимания на его внешний вид. Вместо привычного будлета, на нем одет коук, это длинная куртка до середины бедра. Из под которой выглядывает белоснежная сорочка с кружевным воротом. На узких бедрах черные штаны из жесткого сукна. На голове обычная шляпа с высокими кроями. Из нагрудного кармана свисает золотая цепочка, скорее всего там лежат часа. Мужчина подходит ближе, не отрывая взгляда от Эзры. Собравшись с духом, Вильсон решает, ответит вместо меня. Отпустив, наконец, мою руку, он по привычке поправляет свой дублет.
— Заверяю вас сэр, у нас все в порядке! — уверенным голосом произносит он. Мужчина напротив, медленно, словно дразня, вытаскивает изо рта трубку. И все так же, не смотря в мою сторону произносит.
— Я говорил не с вами, я обращался к этой юной леди! — почему то его голос меня не на шутку взволновал, нет это был не страх, а нечто такое что мне прежде не приходилось испытывать. Я с трудом отрываю взгляд от него, чтоб посмотреть на Эзру. Его губы сложились в тонкую линию, а щеки покрылись багровыми пятнами от злости. Не будь он трусом, то уже бы вызвал незнакомца на дуэль. Я перевожу взгляд.
— Благодарю вас сэр, со мной уже все в порядке, — плохо вру я. Конечно, я не в порядке, мой плащ уже намок, я чувствую, как по ключицы бежит холодная влага. Незнакомец делает шаг вперед, как бы отгораживая меня от Эзры. Да, в более глупую ситуацию я еще не попадала.
— Вы же слышали леди, у нас все хорошо, — расправляя плечи, горда, произносит Эзра, делая шаг в его сторону.
— Прошу заметить, девушка сказала, что у нее все хорошо, про вас слова не было. А это значит, милая особа не желает быть в вашем обществе. — Эзра хотел, что то возразить, но рядом остановился экипаж, на его дверце блеснула эмблема сломанной короны. Почему то я выдохнула свободно, из экипажа вышел мой брат, как обычно во всей своей красе. Новое серое пальто, идеально подчеркивало фигуру. Он редко носил шляпу, поэтому его черные волосы быстро намокли, в прядках проблескивали капли дождя. Быстрым слегка размашистым шагом, он поравнялся с нами. На дев на лицо ту самую маску дружелюбия. Уголки его губ дрогнули, и рот растянулся в лучезарной улыбке.
— Какие- то проблемы сэр? — мужчина приподнимает шляпу, под ней я замечаю коротко подстриженные волосы, угольно черного цвета. Свет попадает ему на лицо, и я наконец могу разглядеть его как следует. На щеках двухдневная щетина, прямой благородный нос. А эти глаза, эти прекрасные синие глаза, можно сравнить лишь с чистейшим лазуритом. Над верней левой бровью виднеется бледный шрам, который лишь украшал его прекрасное лицо. Его пронизывающий взгляд скользит по моему лицу, я чувствую что краснею, дыхание перехватило. Что со мной? Возможно, я заболела, иначе я не могу объяснить свое состояние. Незнакомец отвел взгляд, и это наваждение отхлынуло. Он обратился непосредственно к Вильяму.
 
— Прошу прощения сэр, я застал весьма возмутительную картину. Вот это джентльмен, — он указал на Эзру, — Хотел силой затащить, эту прекрасную леди в свою коляску. Я не смог пройти мимо, как такая красивая девушка в опасности. — лицо брата тут же принимает мрачный вид, он окидывает Эзру презренным взглядом. Незнакомец добавляет, до конца закапывая Эзру, а я молю бога, чтоб это все сейчас же прекратилось. Ведь зная Вильяма, одно слова в мою сторону, одно неверное действие которое может мне навредить, приводит его в ярость. Он знал, что несет за меня ответственность. На похоронах отца, стоя на его могиле, Вильям поклялся защищать и оберегать меня.
— Я лишь хотел защитить ее честь! Не более. — это была последняя капля, Вильям хватает Эзру за насквозь промокший плащ. От неожиданности я вскрикиваю, роняя в лужу вторую перчатку.
— Это правда? — сквозь стиснутые зубы произносить Вильям, слегка встряхивая напуганного Эзру. — Отвечай!
— Все было совершенно не так! — наконец произносит он, брат весьма грубо отталкивает его от себя.
— Отныне держись подальше от моей сестры! А вы, — он резко перевел взгляд на таинственного незнакомца, — Благодарю вас! Теперь я ваш должник! — Взяв меня за руку, Вильям постарался придать своему голосу как можно больше нежности. Хотя я и так знала, что он чувствует сейчас. — Пошли Амелия!
С трудом разжав стальную хватку брата, я подхожу к незнакомцу. Обычно в подобных случаях, леди обязано, что то подарить на память своему спасителю. И не важно, что она не просила ее спасть.
— Примите это в знак моей благодарности сэр, — с улыбкой на лице, я стягиваю с шеи розовую шелковую ленту. Его изящные пальцы, едва коснулись моей ладони. Приняв подарок, мужчина улыбается и кивает. Господи, какие у него глаза, в них хочется раствориться.
Он в последний раз одаривает меня своей улыбкой, прекрасной улыбкой.
Прежде чем сесть в экипаж, я провожаю его взглядом. Пока его фигура медленно удаляется в сторону Гайд-парка. Широкие плечи и худые стройные ноги, подчеркивают его идеальную фигуру. К этому моменту дождь немного стих. Я смотрю так долго, пока его асимметричный силуэт не скрывается, в темном парке. Я уверена, что еще ни разу в жизни не встречала таких мужчин. Жаль, что я совсем забыла спросить его имя…
До дома мы ехали молча, Гайд-парк остался, где то позади. Мы выехали на Колнбрук, затем свернули на Хаунслоу. Я посмотрела на брата, его руки были скрещены на груди, брови нахмурены, а губы вытянулись в тонкую линию. Он зол, чертовски зол. И злился он на меня, я уверенна в этом. Но признаться честно, я не понимаю за что. В том, что произошло, не было моей вены. Отчасти. Коляска на ехала на большую кочку, ее не слабо тряхануло, я едва успела ухватиться за поручень. Бросив на брата взгляд, я решаю не тревожить его внутреннюю войну, которую он ведет уже давно. Пусть перебесить молча, чем выплеснет на меня всю грязь, своего дурного языка. Да и ктомуже что- то подсказывает мне, что причина его плохо настроение, кроется не только в сложившейся ситуации.
Наконец выехав на Друри-Лейн, в дали я вижу шпили Ковент-Гардена. Облегченно выдохнув, я откидываюсь я спинку.
На крыльце нас встретили служанки, Джем наш возничий повел коней в конюшню. Забрав мою мокрую одежду Клара, одна из служанок заметив Вильяма без настроения, быстро покидает коридор. Нет, мне нужно поговорить с ним сейчас, иначе не усну. Я стою в холле, наблюдая через стеклянную дверь, как Вильям говорит о чем- то с Джемом. Интересно о чем?! Их разговор затягивается, поэтому подобрав юбки я, нарешаю идти к себе. Возможно, брат и вовсе не захочет со мной говорить.