Леди Смерть (СИ)
Мое сердце трепещет, в предвкушение перед встречей с ним. Мне тяжело дышать, но не от корсета, от чувств, что переполняют меня до краев.
Шарлота одевает подвеску, что вернул Даниель. А позже провожает в южное крыло, где тетушка расположила идущего на поправку Даниеля.
Я иду, нет, скорее бегу, мне так сильно хочется его увидеть. Я едва держусь, чтоб не кричать от счастья.
Но вот только Шарлота идущая рядом, чернее тучи. Я останавливаюсь. Беря ее за руку.
— Что случилось Шарлота? Тебя кто то обидел? Эзра?! Если он что- то сказал или сделал, я убью его.
— Нет, это не из за него, — печально произносит она.
— Тогда в чем дело? — мы стоим в нескольких шагах от двери, где находится Даниель.
— Вы не должны туда идти… — почти шёпотом говорит Шарлота.
— Почему? Ты что — то знаешь, я ведь вижу. Ему стало хуже? Ну же Шарлота не молчи…
— То, что вы увидите, разобьет вам сердце Амелия! Давайте вернемся в комнату — я отпускаю ее руки, направляясь в сторону двери. Стучу, дыхание прихватывает, неужели я сейчас увижу его. Доносятся шаги, щеки моментально начинаю краснеть. Дверь мне открывает Кларенс, увидев меня его лицо, почему мрачнеет.
— Меледе! Прошу вас, входите! — я улыбаюсь как дура, проходя в светлую спальню. Но то что я вижу в следующую секунду, заставляет моей улыбке исчезнуть.
Та девушка, что впустила меня прошлой ночью, сидит на пастели, и кормит Даниеля с ложечки. Он больше не выглядит больным, на щеках появился румянец.
Она что-то говорит, а Даниель улыбается своей лучезарной улыбкой. Укол ревности, заставил меня сжать кулаки до хруста.
Пока Кларенс подходит к ним, я успеваю разглядеть эту даму, которая явно неровно дышит к Даниелю. И откуда она вообще взялась?
Как только Даниель слышит мое имя, он слегка привстает. А девушка обернувшись, со злостью смотрит прямо в глаза. Сегодня на ней обычное пурпурное платье, лиф расшит жемчужинами бусинами.
Забыв обо всем, я делаю шаг вперед, Кларенс стоит у изножья дубовой кровати с резными ангелочками.
— Меледе, позвольте представить вам, Амелия Рассел.
— Амелия, это графиня Мария Моденская, невеста Даниеля, — я буквально слышу, как внутри меня разбилось сердце, на миллионы осколков. Подавив с трудом шаг, я склоняюсь в реверансе, ведь так положено по этикету. Хотя мне и не хочется ей кланяться.
В моих глазах застыли слезы, я с трудом поднимаю голову боясь встретить с кем то взглядом.
Мария разгладив складки платья, подходит ко мне.
— Я очень благодарна вас, что спасли жизнь моему жениху. Я перед вами в неоплатном долгу, просите у меня, что только душе угодно, — я знаю, что мне нужно ответить, но я не могу, в горле застрял ком.
— Я… Я… Мне нечего не нужно, простите что потревожила вас, — все так же не смотря на Даниеля, я снова кланяюсь, и спешно покидаю комнату.
— Амелия постой… — я слышу, что он зовет меня, но все ровно продолжаю идти. Не поднимая головы, я прохожу мимо всех, Шарлоты, тети. Тихо и безмолвно. Внутри меня все оборвалось, все мечты, все надежды обратились в прах.
Войдя в спальню, закрываю дверь изнутри. И наконец, даю волю чувствам, мне так больно, что я не могу дышать. Слезы душат, мое тело медленно соскальзывает по гладкой стене на пол. Внутри все болит, хватаясь за живот, я прижимаю ладонь ко рту чтоб заглушить плачь.
Мне так больно, почему мне так больно? Как он мог? Говорить так ласкова со мной, флиртовать… Зачем он так страстно целовал меня, в той беседке, если уже был обручен.
К тому моменту, когда я успокоилась, слезы текли по щекам сами собой. Я все еще сидела на полу в облаке своего платья. Теперь я поняла слова брата и Шарлоты. Они предупреждали, а я не слушала.
Теперь я готова бросить все к чертям, моя честь хоть и не была скомпрометирована, я чувствую себя грязной, обманутой, преданной…
Я влюбилась в него как дура, хотя кричала всем и вся что любви не существует. Пока не понял, что попала в ловушку этих прекрасных глаз, этой улыбки, которая свела меня с ума…
До самого вечера я не выходила из спальни, Шарлота принесла еду прямо сюда. Ей пришлось солгать тете ради меня. Будто я еще не совсем здорова чтоб ужинать с ней и братом.
Около десяти часов ко мне пришел брат, естественно он сразу поняла, что я все узнала. Мое заплаканное лицо и красные глаза от пролитых слез, трудно не заметить. Он, конечно, не стал спрашивать, прям как в детстве. Финн обижал меня, дергал за косы, строил гримасы, пугая меня. Вильям не спрашивал причину моих слез, он молча вызывал Финна на дуэль. Конечно, она была на деревянных мечах, но синяки оставались. Он иногда побеждал старшего брата, после этого Финн шел искренне извинятся передо мной. Финн всегда восхищался смелостью и мужественностью младшего брата. Он гордился им…
И сейчас я вижу в его глазах подозрительные нотки, того озорного мальчишки с деревянным мечем.
— Я так и знал, я знал, что с ним, что то не так. Но даже представить не мог, что у него нет ни капли чести, — Вильям выдернул клинок из ножен, — Я вызову его на дуэль, и плевать что он брат короля. Он ответит за то, что опорочил твою честь!
— У нас не чего не было, если тебе интересно, — сдавленно говорю я, — не чего такого из за чего нужно проводить бессмысленную дуэль. Я сама во всем виновата, напредумывала воздушные замки из сахара. Которым суждено было растаять под проливным дождем, — я слышу, как Вильям тяжело выдохнул, он сел со мной рядом, облокотившись на кровать. Опустив голову ему на грудь, я замолкаю. Пока Вильям теребит прядь моих волос, я обращаю внимания на меч, сто покоится на его коленях.
— Я хочу научиться владеть им, ты меня научишь?
— Мы ведь не раз говорили об этом…
— Прошу, меня уже несколько раз чуть не убили…
— Научу, — сдаваясь, тихо проговаривает брат, обнимая за плечи и целуя в макушку.
— Я готова уплыть… — наконец произношу, зная, что назад пути уже не будет. Меня здесь больше нечего не держит. А этот проклятый культ и чума, пусть останется позади. Хватит с меня всего этого безумия, пусть мужчины сами со всем разбираются.
— Хорошо, но сегодня мы уже не успеваем. Следующий корабль прибудет через два дня, я привезу тебе с дома все необходимое. Будь готова.
Утром следующего дня, я решила, что нужно забыть все это как страшный сон. Я уплываю, и уже там начну жизнь с чистого листа. Без чумы, без культа, который теперь знает мое имя, без смерти, без Даниеля… Его имя даже в уме произносить больно. Я настолько разбита, что мне не хватает смелости покинуть покои. Не хочу, чтоб они видели меня такой, поломанной…
В комнату постучали, затем вошли. Я сидела у окна, наблюдая как дождевые капли ударяются о текло, стекают вниз.
— Уходи Шарлота! Я же сказала, что не голодна!
— А зря, на десерт ежевичный пирог! — вздрогнув всем телом, я повернулась. Даниель стоял в середине комнаты. При виде его сердце предательски сжалось, но я не хочу подавать виду, что мне больно находится с ним в одной комнате. С трудом отвернув голову, я придаю голосу более серьезный вид.
— Рада, что вам уже легче герцог Дефо, — я слышу стук его обуви по паркету, он подошёл так близко, на расстояние вытянутой руки.
— Одного. Ваши глаза и голос, говорят об обратном!
— Вздор! — поднявшись на ноги, смотрю на него в упор, — Вы наверно запамятовали, если бы не я, вы уже кормили бы червей своим телом. — Даниель делает шаг вперед, обхватывая мое лицо горячими ладонями.
— Ты не представляешь как я тебе благодарен! Ты спасла мою жизнь, дважды…
— Считайте что долг уплачен! — язвительно произношу я, мне хочется задеть его по больнее. Чтоб он почувствовал, то же что и я, сейчас.
— Я звал тебя, почему ты не пришла?! — он аккуратно гладит меня по щеке. Наши взгляды встречаются. Даниель приобнимет меня за талию, я чувствую, что сердце замерло, а по коже побежали мурашки. Его лицо так близко, пухлые губы так и просят о поцелуи.