Отступники (СИ)

Гилберт нервно сглотнул. Возразить ему было нечего.
За окном несколько раз крикнул ворон, затем ставни сами по себе распахнулись. В комнату вместе с вороном влетел порыв ветра, потушивший несколько свечей, что горели в канделябре в углу. Ворон сел прямо на руку Жанетты, когти впились в идеальную белую, будто мраморную кожу, но никак её не повредили. Раздалось громкое «кар!»
— Что?! — воскликнула ведьма.
Золото в её радужках загорелось ярче. Ставни захлопнулись, свечи вспыхнули вновь, а огонь в очаге загорелся ярче и жарче раза в два. Гилберту стало неуютно и даже страшно. Под воздействием гнева Жанетта была действительно опасна.
— Она не могла провалить такое простое задание! — продолжала негодовать она. Ворон спокойно сидел на её руке, никак не реагируя. — Какой же надо быть растяпой, чтоб тебя убили собственноручно вызванные призраки! Вон.
Гилберт сначала подумал, что это ему, и уже хотел было встать и направиться к дверям, но тут ворон слетел с руки Жанетты и растворился в воздухе — лишь маленькое чёрное пёрышко упало на ковёр. Пришлось задержаться.
Все эти страшные чудеса Гилберта перестали удивлять уже давно. Жанетта пришла к нему в замок около месяца назад — была ненастная, дождливая ночь, и внезапную гостью, конечно, не ждал никто. Та прямо с порога рассказала, что из её Шабаша сбежала ведьма, которая, по словам каких-то провидиц, заключила (или заключит) союз с его, Гилберта, племянником Джоном. И предложила сэру Резерфорду объединить силы, чтобы тот смог убить племянника, а она, в свою очередь, направить непокорную ведьму на верный путь.
И Гилберт согласился — ему казалось, что если бы он отказал, то попросту бы не выжил.
Он не верил, что Жанетта не справилась бы со своей беглянкой сама. Видимо, у неё были какие-то свои планы, в которые она не собиралась посвящать посторонних.
— Может, мне послать ещё кого-нибудь? Ты только скажи, где они, — осторожно предложил он.
— Я не знаю точно, где они, — нехотя признала Жанетта, стиснув зубы. — Элетелла напутала столько морочных заклинаний, что даже я не могу понять, откуда она сюда идёт: к вам ведь ведёт несколько дорог, и на каждой есть верные мне создания, которые только и ждут её появления. Но раз до меня дошли вести от Кории, значит, сейчас она где-то недалеко от Атолезы… — Жанетта нахмурилась, поднеся руку к щеке.
Атолеза — небольшой городок, принадлежащий непосредственно лорду Хидельбергу, — располагался недалеко от Резерфорда. Гилберт оживился, услышав это название.
— Так давай я отправлю туда людей, — предложил он, подавшись вперёд. — Не трёх наёмников, а хотя бы десяток… С десятком не справится ни мой племянник, ни, тем паче, девчонка. Его — прикончат, её — скрутят и доставят к тебе, так и быть, в целости и сохранности.
— При желании Элетелла может справиться даже с десятитысячной армией, — зло отозвалась Жанетта. — Она ещё не знает о скрытом в ней магическом потенциале. Ей подвластны все заклинания. А ты… прекращай злить меня, Гилберт. Прекращай надоедать мне своими тупыми планами.
Она сжала тонкие пальцы в кулак. Вдруг вода в ванне закипела, а затем начала постепенно окрашиваться в алый цвет. В воздухе запахло железом. Гилберт понял, что ведьма превратила воду в кровь. Как будто издеваясь, Жанетта рассмеялась и провела пальцами по своей щеке, оставляя на белоснежной коже кровавые полосы. Он почувствовал, как сердце заколотилось сильнее, сглотнул и отвёл взгляд. Она играла с ним, будто кошка с мышью.
Впрочем, Жанетта и вправду чем-то напоминала изящную чёрную кошку. Высокая, стройная, грациозная, верховная ведьма по праву могла считаться одной из самых красивых женщин из всех, что видел Гилберт в своей жизни. На вид ей было не больше двадцати пяти, но на самом деле возраст её явно превышал не одну сотню лет. Жанетта была мастерицей иллюзий — потому и могла выглядеть так, как ей заблагорассудится.
Когда она встала, перешагнула через бортик ванны и осторожно ступила на мягкий ковёр, кровь снова стала водой.
— Ты даже обычной иллюзии боишься, — усмехнулась Жанетта, набрасывая красный шёлковый халат, и продолжила вновь серьёзным и злым голосом: — Что ж, будет мне урок: если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сама. Если ещё одна моя союзница не справится, мы просто будем ждать.
 
— Чего ждать? — переспросил Гилберт, подходя ближе к Жанетте. Та закатила глаза. Ну чего она вздыхает недовольно? Её планы всегда казались Гилберту слишком туманными, и она это знала, но разъясняла мало.
— Пока они сами к нам придут. Я чувствую, — ведьма нахмурилась, — что она приближается. Она будет здесь. А ещё у неё Артефакт…
Жанетта часто упоминала некий Артефакт, но ни разу не объясняла точно, что это такое и каковы его свойства. Гилберт догадывался, что эта вещь была опасной и полной магической силы. И что она оказалась в руках неопытной ведьмы.
— Она не может сказать, что слышала. — Запахнувшись в халат, Жанетта подошла к окну и задумчиво взглянула на закрытые ставни, словно представляя себе то, что было за ними. — Но если она поймёт силу Артефакта, то заклинание… Впрочем, тебе об этом знать необязательно.
С каждым днём Гилберт всё больше жалел о том, что связался с этой ведьмой. О своих планах она молчит, его планы постоянно ругает, а ещё в любой момент может убить одним движением глаз.
— Когда Элетелла придёт сюда с твоим племянником, я её заберу. Она слишком многое знает. Нельзя допустить, чтоб она кому-то проболталась: если дело дойдёт до королевы, беды не миновать. А с ним ты делай что хочешь, — сказала Жанетта. — Если что, я помогу тебе его прикончить.
— Да зачем тебе девчонка? — удивлённо протянул Гилберт. — Неужели её тоже нельзя убить?
— Она — слишком ценный экземпляр, нельзя так просто взять и убить её. Так что я просто немного поговорю с ней, и она поможет мне осуществить то, что я задумала. Тогда Шабаш снова будет иметь власть и влияние над всеми лордами и даже королевой…
Жанетта замолчала и вздохнула. Гилберту, разумеется, хотелось знать, что же столь грандиозное задумала ведьма. Захватить власть? Править вместо королевы? Как-то это слишком мелочно для неё… Ей явно нужно было что-то большее, но что именно, она не говорила, а он понять не мог.
— Ладно, не будем о грустном, — сказала Жанетта тихо. — Лучше порадуй меня, Гилберт. Порадуй хоть тем, что у тебя получается действительно хорошо.
Гилберт усмехнулся. Хоть какие-то его действия эта проклятая ведьма не критиковала.
***
— В этом трактире комнат нет.
Джон поднял на неё хмельной взгляд. Перед ним на столе стоял огромный штоф с вином, а на коленях у него сидела полураздетая девица с распущенными волосами и таким же опьянённым выражением лица. Она почему-то смеялась, но Джон выглядел озадаченным и даже раздосадованным.
— И что? — спросил он едва слышно.
Элет вздохнула. Ей было больно на это смотреть.
Джона она не осуждала: после встречи с призраком сестры он совсем пал духом. Всю дорогу до городка со странным названием Атолеза он сохранял молчание, то и дело прикладываясь к фляге. А сейчас в трактире потратил последние деньги на вино… Ещё и эту незнакомую девушку где-то нашёл — кажется, не проститутку, просто случайно попавшуюся под руку пьяную распутницу. Что ж, если ему хочется забыться — пусть забывается на здоровье, Элет мешать не станет.
И нет, она вовсе не ревнует и не обиделась.
Но чёрт возьми, за окном поздний вечер, в единственном трактире маленького городишки нет мест, а он напивается!
— Ничего, — ответила Элет, стараясь сохранять спокойствие. Глубоко вздохнула, но гнев в груди всё равно неумолимо разрастался. — Вообще ничего страшного. Что-нибудь придумаю. Не буду мешать.
Под пьяный смех девушки она покинула трактир, выйдя за дверь в холодную ночь.
Темнота струилась из подворотен, стекала с крыш и перил, кралась и клубилась по улочкам, словно живое существо, и это создавало ощущение опасности. Элет вся сжалась, какой-то частью сознания понимая, что это ощущение небезосновательно. Её тянуло к теплу и свету, но идти было решительно некуда