Сельскохозяйственная история попаданки (СИ)
И вот теперь эта красота тихонько шкворчала на моей сковородочке, распространяя вокруг удивительный аромат. Обожаю яичницу на завтрак! Правда вот, в прошлой жизни ею не сильно часто удавалось побаловаться — в приюте ела что давали, во времена студенчества денег было в обрез, хоть я и старалась подрабатывать где и когда могла. Ну а в браке… Дима яйца не особо любил, поэтому покупал их нечасто. Считая, что раз он здесь зарабатывает, а я нет, то и нечего мне заказывать продукты, которые я посмела захотеть.
Что ж, если сумею выпутаться из этой финансовой дыры, в которую угодила — будут у меня курочки, и смогу хоть каждый день себе яичницу на завтрак жарить!
Облизнувшись от этой мысли, я взяла металлическую лопаточку, оказавшуюся просто идеальной формы — тонкая, подходящей для яйца длины и ширины. И, легко подхватив ею сначала одно жареное яичко, а затем другое, выложила свой завтрак на тарелку, в завершение посыпав его щепоткой соли.
Ух, как же вкусно пахнет-то! Ох, нет, правда, что может быть прекраснее запаха только что пожаренной яичницы с утра пораньше?
Знаю что: вкус этой яичницы!
Цокая язычком от предвкушения, я прихватила вилку, уселась за столик, положила в рот первый кусочек белка и ощутила это: мягкие белые облачка рая, на которые ступили мои уставшие ножки, когда тугой, ароматный белок начал таять на моем языке. Ох, сюда бы еще тостик… или хотя бы греночку, раз уж тостеров (и прочих кухонных электроприборов) в этом мире еще не изобрели. Но увы, пока что я даже на кухне как следует не прибралась. Куда в таком-то бардаке антисанитарном и хлеб печь? Нет, однозначно, сначала с уборкой закончу, а потом уже тесто замешу.
А пока что…
Пока что меня ждало самое великолепное: красивый, желтенький, посыпанный солью кусочек чистого жидкого наслаждения. Прижавшись губами к упругой пленочке, я втянула губами вязкий желток и едва не лишилась чувств от восторга! Какой яркий, насыщенный вкус! Ох, не могу, как же он прекрасен! Просто нет ничего лучше, ничего вкуснее в мире, чем желток глазуньи на завтрак! Ощущая себя не то что на седьмом — на семнадцатом небе, я зажмурилась и восторженно замычала. В последний раз ела яичницу из домашних яиц, еще когда жила с бабушкой в деревне. И да, это были не просто ностальгические воспоминания из детства вроде: «Раньше трава была зеленее, жвачка слаще, а «Юпи» вкуснее». Эти домашние яички в самом деле не шли ни в какое сравнение с магазинными!
Ну а напоследок, когда жидкая часть была уже съедена, я прожевала «донышко» из загустевшего желтка и довольно откинулась на спинку стула. Мысленно я позволила себе посидеть так еще пять минут, потягивая горячий травяной чай, а потом дальше работать пойду. Дел ведь непочатый край.
Вздохнув, я сделала небольшой глоток… и в который раз задержала взгляд на странном браслете, который никак не получалось не только снять, но и разрезать. Нет, не нужно быть гением, чтобы понять: здесь что-то явно, совершенно точно не так. Интересно, что же это все-таки за безделушка, и откуда взялась на руке моей предшественницы? А главное, в самом ли деле она связана с ее амнезией? И если да… то что я могу узнать, если сумею от этого браслета избавиться? Понравится ли мне то, что в таком случае произойдет, или же наоборот — я буду жалеть, что вообще попыталась что-нибудь сделать? Ведь в самом деле, вдруг это какой-нибудь талисман, или вроде того, который защищает меня от чего-то? Или того хуже — еще окажется, что Хлоя раньше была какой-то злой суперволшебницей, сжигавшей деревни по пять штук на день, и только благодаря этому браслету потеряла темные силы, забыла обо всем и прекратила терроризировать страну. Вместо чего поселилась на ферме в глуши да зажила счастливой семейной жизнью… пока любимый супруг не запил и не побежал по бабам.
Нет, ну правда, всякое ведь может быть! И что делать, если как раз вот этот вариант окажется правдивым? Что тогда будет с моей личностью — той, кто заняла ее место? И не придут ли за мной те, кто теоретически мог бы ее искать?
На все эти вопросы не было ответов. В воспоминаниях Хлои мне тоже не удалось отыскать ничего об этом браслете — словно все те три года, что жила здесь с Марком, она ни разу об этом не задумывалась. Как будто даже не замечала его.
Поэтому я до конца все еще не была уверена в том, стоит ли мне в самом деле от этого браслета избавляться. Особенно вот так, не разобравшись, что к чему.
Впрочем, сейчас я все равно не могла этого сделать! А значит, пока только гадать и в моих силах. Однозначно, нужно будет постараться выяснить, но при этом не бросать все силы на поиски истины, забив на собственный долговой браслет! Ибо если останусь к осени без кола и двора, а к зиме и вовсе загремлю в долговую тюрьму, уж точно никакие загадки разгадывать не выйдет.
Допив чай, я быстренько отнесла посуду к раковине, но пока не стала ее мыть. Просто потому, что складывать чистые тарелки было некуда — нужно сначала отчистить ящики с посудой и подставки. А уже потом, когда кухня будет чистой — заняться непосредственно перемыванием всей посуды в доме: тарелки, кастрюли, чашки… все это нуждалось в качественном мытье, которого давно не видело. Ну а я просто не могла позволить, чтобы в шкафчиках у меня стояли грязные, липкие, плохо помытые тарелки с жирными кастрюлями. Так что вперед и с песней! Как гласила надпись на одной мудрой картинке в интернете: «Взрослая жизнь — это когда у тебя нет времени рыдать на полу, потому что ты его еще не помыл»!
Для начала я поснимала занавески и отнесла их в кучу для стирки. Выгребла из шкафчиков всю утварь и перенесла ее в гостиную. Рядом с ней сложила и емкости с крупами, которые потом тоже нужно будет перемыть, временно пересыпав содержимое в уже очищенные кастрюли. После этого (с тяжким вздохом позавидовав подруге, у которой по квартире ездил робот-пылесос) я тщательно подмела, не оставив на полу ни единой пылинки, а в углах — ни единой паутинки. Затем, вооружившись ведром и тряпкой, взялась за дело!
Первыми под раздачу попали верхние шкафчики, а кое-где даже стены, которые тоже нужно было немного протереть. Хорошо бы их еще покрасить… но это отложу на конец весны. Если, конечно, у меня будет возможность и время, чтобы это сделать. А пока мне хватит просто чистоты!
Смахнув со лба пот, я поменяла воду в ведре и начала перемывать уже нижние ящики, рабочие поверхности, раковину, стулья. Протерла печь, еще раз прошлась по обеденному столу. И напоследок хорошенько вымыла пол. Трижды.
Отряхнув руки, я потратила еще три часа на перемывание и вытирание посуды с утварью, которую аккуратно разложила по своим местам. А затем разобралась с емкостями для круп, попутно оценив свои припасы: примерно по килограмму гречки и риса, около двух с половиной килограмм кукурузной, пшеничной и овсяной каши, еще два кило перловки. Что меня огорчило — здесь не было макарон. То есть ВООБЩЕ не было — в этом мире, судя по воспоминаниям Хлои, таких любимых мною макарошек просто не существовало. И это показалось мне крайней степенью беспредела. Ну как такой прекрасной вкуснятины могло в каком-нибудь мире не быть?
Упиваясь своим горем, я поставила на полку большую банку с сахаром и довольно осмотрела свою работу.
Что ж, с кухней покончено! Дальше на очереди — кабинет.
Там дел было все же поменьше — просто мелких предметов, которые требовали трудоемкой и времязатратной работы, казалось не так много. Только рабочий стол, несколько книжных полок и большая закрытая этажерка с документами, которую достаточно было протереть снаружи. А еще подозрительная простенькая шкатулка, закрытая на ключ, спрятанная среди этих документов.
Нахмурив брови, я призадумалась. Странная вещичка. Интересно, что там? Вдруг что ценное? Вряд ли, конечно, — все ценное муженек-то уже давным-давно пропил. Но исключать ничего не стоит. Правда вот, замок просто так не поддается, а ломать не хочется… Наверное, вернусь к ней, как закончу уборку. Может, к тому времени и ключ от нее найду.