Сельскохозяйственная история попаданки (СИ)

И хоть на изображении, где женщина была старше всего, она оставалась значительно моложе Милдрет, я все равно без проблем ее узнала. Но в то же время — не узнавала совершенно. Потому что эмоции, что были на ее лице сейчас, делали ее совершенно другим человеком.
— Это… ваш муж? — не подумав, спросила я, однако прикусывать язык было уже поздно.
— А кто еще? — фыркнула старуха, закатив глаза. И не стала смотреть на меня, забирая письмо из моих рук. Вот только я все равно заметила невыносимую тоску в ее взгляде.
— Простите, я… не хотела задеть вас…
— Тоже мне, задеть, — вздохнула она и, отвернувшись, потерла нос. Похоже, пытаясь скрыть за этим жестом тихий, едва уловимый всхлип.
Вот так-так…
— Вы… сильно любили его, да?
— Тебе даже не представить, как сильно, — проговорила Милдрет, на минуту замерев на месте. Не оборачиваясь. — И после того, как его не стало, весь мир просто померк для меня, лишился любого смысла. Я словно… потеряла сердце. Поэтому ты бесишь меня.
— То есть бешу? — аж подскочила я, когда старуха резко обернулась ко мне.
— Ты своего мужа никогда не любила! А он не любил тебя.
— Знаете, наверное, вы правы, — выдохнула я, сжав кулаки. — Это не было любовью, совсем. Просто зависимость… физическая зависимость, в которую я от него попала. И даже не представляла, как мне необходимо из этой зависимости выбраться. Вот только свои оценочные суждения я вас все же попрошу оставить при себе! Потому что вы даже понятия не имеете, насколько буквально пленницей этого мужчины я была…
— Думаешь, в самом деле не имею? — хмыкнула Милдрет, хитро сверкнув глазами. И этот блеск меня не на шутку насторожил. — Скажи, Хлоя… ты ведь уже вернула их? Свои воспоминания? Потому что кое-какие твои силы, как я погляжу, снова при тебе.
Моя челюсть отпала, с громким стуком пробив половицы.
Неужели… неужели… ОНА ЗНАЕТ?! Знает, кто я на самом деле?!
— Вы… как…
— Сначала я заметила, что на твоем запястье больше нет браслета, который Марк заставил для тебя изготовить. Потом увидела, что ты носишь свою жемчужину. Да только когда на днях проверяла тайком твое отражение в зеркале — увидела, что там твоя человеческая мордашка, а не лисья. А значить это могло только одно: как минимум иллюзиями своими ты уже играться снова научилась. Причем на довольно неплохом уровне, раз можешь держать маскировку даже на зеркалах, о которых не знаешь.
— Откуда вы знаете, что я?..
— Кицунэ? — хмыкнула старуха, неприкрыто наслаждаясь моим ступором. — А кто, по-твоему, помогал твоему тогда еще будущему муженьку обмануть и сковать тебя? Только не подумай, не по своей воле — тот засранец заставил меня. Узнал, что я ведьма, припомнил старый должок и стребовал клятву, которую когда-то с меня взял. Вот и пришлось поспособствовать тому, чтоб обманом забрать твою жемчужину с лисьей душой. А когда он заставит тебя исполнить то его мерзкое желание — дополнительно надеть браслет, блокирующий возможность вернуть твои силы и память, пока Марк надежно прячет от тебя жемчужину.
— То есть…
— Мне было противно смотреть на тебя и на ваш так называемый брак. На то, как ты, заколдованная дура, безраздельно кидалась ради него на амбразуры, делала все, лишь бы он был доволен, и терпела то дерьмо, которое он тебе скармливал. Все те унижения, измены, ограничения… Мне, женщине, познавшей настоящий брак по любви, было тошно от всего этого.
— Уверяю вас, когда вскоре после смерти Марка чары спали, и я немного разобралась в собственных эмоциях, мне и самой стало тошно от той былой себя. — Я покачала головой. — Только вот… нет, воспоминания о том, что было до заклятия, ко мне так и не вернулись.
— Даже так?
— Увы. Я просто… пытаюсь по кусочкам собрать фрагменты, разобраться со своими силами, которые потихоньку себе возвращала.
— И значит, о последнем, четвертом фрагменте ты не знаешь, следовательно — не переживаешь из-за того, что до сих пор его не нашла? — подозрительно прищурилась Милдрет.
— То есть… есть еще какая-то сила? В смысле, кроме иллюзий, обращений в лисицу и огня? — Я удивленно округлила глаза.
 
— То-то же, — хмыкнула Милдрет, запуская руку в карман. И достала из него белую шелковую ленту. — Всегда ношу с собой. С того дня.
Непонимающе морща лоб, я осторожно, инстинктивно потянулась к ленте. И едва коснулась ее пальцами — та словно ожила, взвилась и моментально заскочила в мою ладонь, вобравшись кожей!
— Что это?! — испуганно вскрикнула я.
— Всего лишь то, что всегда было твоим по праву, лисичка, — ухмыльнулась старуха. — Теперь к тебе, похоже, вернулась твоя последняя сила, которую Марк приказал мне спрятать и всегда держать при себе, чтобы не дать тебе вдруг обнаружить ее и добраться. Так что отныне ты можешь проникать в чужие сны.
— Стоп… серьезно?!
— Серьезнее некуда, — кивнула она. — Хотя если к тебе все еще не вернулась твоя память… боюсь, придется хорошенько постараться, прежде чем сумеешь разобраться с этой силой и начать ею управлять. Однако главное не это, лисичка.
— Тогда что же?
— То, что теперь ты снова целая, дура, — хохотнула Милдрет. — Все твои осколки вернулись к тебе. Пускай и без памяти, но ты — это снова полноценная ты. Ну а теперь… старая ведьма расплатилась со своими долгами. Тебе же рекомендую хорошенько подумать, как этой своей новообретенной целостностью распорядиться.
  
Глава 24. Чудовище из темноты
 
— А знаешь, наверное, ты права, — протянула Линда Райсон, сидя на макушке большого слона из розовой сладкой ваты. — Нельзя так сильно зацикливаться на замужестве и ставить для себя главной целью завести отношения. Наличие или отсутствие мужчины в моей жизни — не то, что определяет меня как личность. Да и мне, в мои годы, совершенно некуда спешить. Лучше я разберусь в себе, определюсь, чем бы лично мне хотелось заниматься, получу хорошее образование, построю карьеру, реализуюсь. И уже потом, если встречу человека, с которым мне будет комфортно, подумаю об отношениях.
— Да, мне кажется, это в самом деле будет лучшим решением.
— Спасибо, что помогла мне разобраться в себе, Бритни Спирс!
— Всегда к твоим услугам, дорогая! Все мы можем иногда запутаться и начать делать глупости. Главное — вовремя это понять, — подмигнула я, сидя рядом с Линдой в образе Бритни-школьницы из клипа Baby One More Time. — Ладно, мне пора, удачи тебе!
— Угу, еще раз спасибо! Пока! — улыбнулась Линда. В то время как я, спрыгнув со слона на розовую радугу, проехалась по ней…
И очнулась в своей кровати, довольно потянувшись.
Линда оказалась прекрасной подопытной для моих тренировок новообретенной способности проникать в чужие сны. Все это заняло много времени. Я потихоньку, маленькими шажками, училась осознавать себя в сновидениях, выходить в астральное пространство, находить в нем сны других людей. Затем — отыскивать среди этих людей именно тех, конкретных, в головы которых хотела бы пробраться. Проникать в их сны. Но самым трудоемким, самым сложным было научиться с этими снами взаимодействовать. Влиять на них. А самое главное — через сновидения внушать людям те или иные идеи.
Взявшись за младшую сестрицу Роуз… я обнаружила у нее в голове полнейший бардак! Понятия не имею, как так вышло, что у такой думающей мозгами девушки, как моя подруга, могла быть настолько легкомысленная сестрица с таким количеством хлама в голове… Но я решила помочь ей немного с этим хламом разобраться. Не только потому, что меня подбешивали ее злобные взгляды, которые она все еще бросала на меня из-за того, что я якобы отбила у нее Рея. А еще и просто потому, что мне искренне захотелось помочь этой запутавшейся девчушке, которая сама не знала, чего она от этой жизни вообще хочет, кроме как «поиграться в свадебку поскорее».
Первые результаты в поведении Линды я начала замечать на прошлой неделе, и, довольная собой, продолжала работу, ночь за ночью проникая в ее сны, контактируя с ней в разных образах и моделируя ситуации, которые помогали ей переосмыслить свои взгляды.