Больше, чем друзья (ЛП)

— Привет, малыш. Ты оберегал свою мамочку от неприятностей?
Я смеюсь:
— Ной должен держать тебя в узде, а не я.
Дин забирает Ноя из моих рук и поднимает его, чтобы скорчить ему смешную рожицу. Ной хихикает над Дином.
— Ты обратил внимание на его рубашку?
Дин смотрит на меня в замешательстве:
— Она новая?
— Ты хотя бы потрудился прочитать, что написано?
Он бросает взгляд на рубашку Ноя, его глаза и рот расширяются от шока.
— Я стану старшим братом, — читает он вслух. Дин удерживает меня своим пристальным взглядом, на его губах появляется улыбка. — Ты беременна?
Я беру его руку и кладу себе на живот:
— Я хотела быть уверенной, прежде чем что-то говорить.
— Ты что, шутишь?
— Нет. Ты сказал, что хочешь создать свою собственную команду. Что ж, вот твой шанс.
Потеряв дар речи, он недоверчиво качает головой:
— Не думал, что это произойдет так скоро.
— Я тоже, но так уж у нас получилось. Ты счастлив?
— Конечно, счастлив, Котенок. Наверное, я все еще в шоке.
— Хочешь посмотреть сонограмму?
— Да, — он протягивает мне свою ладонь. — На этот раз все будет по-другому. Я не пропущу ни одного приема у врача.
— К сожалению, ты уже пропустил его, но клянусь, что у меня не было от тебя секрета. Я заподозрила, что снова беременна, после того как пропустила пару месячных. Ной так загружает меня, что я даже не могу вспомнить свой цикл. Я подумала, что для тебя будет забавным сюрпризом, если Ной объявит, что ты снова станешь отцом.
Я достаю из заднего кармана распечатку сонограммы и кладу ему на ладонь. Он подносит его к лицу, чтобы изучить фотографию, ухмыляясь как дурак. С Ноем я так боялась разрушить жизнь Дина, что скрыла правду. Недооценка Дина была самой большой ошибкой, которую я когда-либо совершала.
— А что это за другая точка? — Дин указывает на листок, протягивая его мне.
— Твой ребенок.
Он поднимает на меня взгляд. Выражение его лица непроницаемо:
— У нас будут близнецы?
Я вздыхаю:
— Ага. Можешь ли ты представить себе еще двоих таких же, как Ной? Или как мои братья?
Дин смеется:
— Не знаю насчет еще двоих, таких как Тео и Такер, но я хочу больше таких детей, как Ной.
— Близнецы — это сущее наказание, я то знаю. Я так рада, что твоя мама наконец продала свой дом и переезжает сюда, чтобы помогать нам.
— Я тоже. Подожди, пока я ей не скажу. Она сойдет с ума, но в хорошем смысле, — перекладывая Ноя на левое бедро, Дин обхватывает меня рукой и притягивает к своей груди. — Ты готов стать старшим братом? — спрашивает Дин Ноя, и тот улыбается ему.
Я никогда не ожидала, что влюблюсь в своего лучшего друга. Когда я познакомилась с Дином на первом курсе колледжа, я подумала, что он еще один фанат моего отца. Это все еще правда, но он стал моим другом, единственным человеком, с которым я могла поговорить, когда больше всего в ком-то нуждалась. Теперь же мы — одна семья.
***
После ужина Дин предлагает присмотреть за Ноем, а я откидываюсь на диванные подушки и закрываю глаза. Дин ведет Ноя в его спальню, чтобы поиграть на полу с новыми игрушками, давая маме столь необходимую передышку. Сна не было с тех пор, как родился Ной. Я люблю его до смерти, но я понятия не имела, что никогда больше не сяду за стол и не смогу нормально выспаться ночью. Может быть, через несколько лет, говорила я себе — пока врач не подтвердил мою беременность.
Дин очень помогает, когда он дома. Жаль, что мы проводим много времени порознь из-за его хоккейного графика. И мне нужно выспаться. Теперь, когда у нас на подходе еще двое детей, я больше, чем когда-либо, с нетерпением ожидаю, когда мама Дина переедет жить к нам. Семья — это самое важное в нашей жизни.
Я уснула, клянусь, всего на пять минут, прежде чем слышу, как Дин разговаривает с Ноем своим детским голоском. Дин такой очаровательный, когда говорит с ним тоном, который приберегает только для нашего ребенка. Притворяясь спящей, я держу глаза закрытыми, но у Дина другие планы. Он опускается на пол рядом со мной и кладет Ноя мне на живот.
 
Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.
— Дин, да ладно. Мне нужно еще несколько минут.
Крепко обхватив ребенка, он удерживает его на месте и наклоняется ближе.
— У Ноа есть кое-что, что он хочет тебе показать.
— Что ты хочешь показать мне, милый? — он понятия не имеет, о чем я говорю, но хихикает при звуке моего голоса. Я хватаю Ноя за маленькие пальчики. Шелковый мешочек выпадает из его руки мне на грудь.
Я смотрю на Дина со странной улыбкой на лице:
— Ты купил мне тот хоккейный брелок, который мы видели в торговом центре?
— Нет, у меня есть для тебя кое-что получше.
Я дергаю за крошечные завязочки, удерживающие мешочек закрытым, и обручальное кольцо с бриллиантом выскальзывает мне на ладонь. Мой рот раскрывается от шока, когда Дин забирает у меня кольцо.
— Я… — мне трудно выговаривать слова. — Мы? Ты?
Он кивает:
— Я спланировал идеальную помолвку еще до того, как ты рассказала мне о близнецах, но ты заставила меня понять, что нам не нужен грандиозный жест, чтобы показать друг другу, как сильно мы друг друга любим. Плюс, Ной должен быть здесь, когда я задам тебе самый важный вопрос, который я когда-либо спрошу у тебя.
— Полностью с тобой согласна, — я вытираю слезы, которые катятся по моим щекам.
Дин держит Ноя одной рукой, а кольцо — в другой, пристально глядя мне в глаза.
— Я хотел быть больше, чем твоим другом, после того, как мы впервые поцеловались. Я всегда знал, что ты та самая, но слишком боялся разрушить нашу дружбу.
— Если бы не Ной, кто знает, где бы мы сейчас были.
— Я бы сражался за тебя, Котенок. Я никогда не отказывался от тебя. Я никогда не отказывался от нас. Время — это все, что нам было нужно.
— А теперь посмотри на нас, — я улыбаюсь. — Можешь поверить, что нам всего по двадцать пять, и у нас вот-вот родятся еще двое детей? Совсем не так, я думала, сложится мое будущее.
— Верю, — шепчет он. — Мы были семьей задолго до того, как она у нас появилась. По крайней мере, теперь все это официально.
Я протягиваю руку, чтобы коснуться его щеки.
— Я люблю тебя, Дин.
Он проводит губами по моим пальцам, удерживая мой взгляд.
— Я тоже люблю тебя, Котенок, — Дин прочищает горло и садится прямее. — Ладно, начнем. Почему я так нервничаю?
— Не стоит, — говорю я ему, — это всего лишь я. Я все та же девушка, за которой ты следил на первом курсе.
Он смеется:
— Я не следил за тобой. Я наблюдал издалека. Есть разница.
— Наблюдал. Следил. Одно и то же, — я одариваю его озорной ухмылкой. — Я рада, что ты нашел меня. Это был один из лучших дней в моей жизни.
— Мой тоже. Я думал, что встреча с дочерью Ника Болдуина это ближайшее, что я получу к встрече с кем-то знаменитым. Я никак не ожидал, что мы станем друзьями.
— А чего ты ожидал?
Он пожимает плечами:
— Я хотел посмотреть, есть ли у тебя какие-то его хоккейные навыки. И так оно и есть. Но это было не то, что меня заинтересовало. Ты прекрасна, даже в полной экипировке. Я не мог отвести от тебя глаз, как только увидел.
— Так ты солгал, — шучу я. — Дин, как ты мог?
— Эй, давай не будем думать о лжи. Все в порядке, женщина?
Я фыркаю, притворяясь раздраженной:
— В то время, я даже не думала, что ты видишь во мне кого-то другого, кроме одного из парней.
— Никогда, — признается он. — Мне лишь пришлось научиться думать о тебе как о друге. Вначале мне было трудно отделить свои чувства к тебе, но я слишком ценил твою дружбу, чтобы все испортить. Когда близнецы присоединились к нам на втором курсе, это стало еще большей причиной сохранить наши отношения платоническими.
— С ума сойти, сколько недопониманий было между нами в университете, — Дин сжимает кольцо кончиками пальцев, — но мы нашли дорогу друг к другу.
— Все это в прошлом, Дин. Теперь у нас есть наше будущее, на которое мы можем смотреть с нетерпением. Тебе, наверное, следует попросить меня выйти за тебя замуж, пока я не передумала, — говорю я, смеясь.