Больше, чем друзья (ЛП)

Кэт лишила меня нескольких месяцев своей беременности, но подарила мне этот момент. Перерезать пуповину — это странно, все равно что перерезать толстую мокрую веревку. Но я чувствую себя более связанным с Ноем. Его мать должна выносить и взрастить его, но это то, что должен сделать я. Все моментально обрушивается на меня. У меня есть сын.
После того, как я заканчиваю, медсестра уводит Ноя, чтобы привести его в порядок, а я стою рядом с Кэт, мои руки все еще дрожат. Я убираю волосы с ее лба и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее гладкую, соленую кожу, говоря ей, как сильно я ее люблю.
Я прослеживаю за ее взглядом до медсестры, которая держит на руках нашего ребенка.
— У нас получаются милые дети, да? — спрашивает Кэт, не в силах отвести глаз.
— Он пошел в своего отца.
Она поворачивается ко мне лицом, ее улыбка достигает водянисто-голубых глаз, в которых стоят слезы радости.
— Это точно, — Кэт прижимает ладонь к моей щеке. — Не могу дождаться, когда заберу Ноя домой и создам с тобой семью.
Я целую ее пальцы, которые касаются моих губ.
— Я тоже, Котенок.
— Ты должен сообщить всем, что у нас все в порядке и что Ной здоров.
— Я не оставлю тебя.
Она наклоняет голову в сторону двери:
— Перестань странно себя вести. Иди. У нас все будет хорошо. Мой папа, братья и твоя мама, наверное, ужасно волнуются.
— Мне все еще не нравится Дьюк, — признаюсь я.
— Ты навсегда останешься человеком, который обрюхатил его младшую сестру, так что я бы сказала, что это чувство взаимно. Вы, ребята, теперь одна семья. Вам обоим придется отложить в сторону свои разногласия ради нас с Ноем.
Я подношу ее руку к своим губам и запечатлеваю поцелуй на ее нежной коже. — В последнее время я вел себя как придурок, но я бы сделал все для тебя и нашего сына.
— Я знаю это, Дин. А теперь иди. Пусть все знают, что они могут прийти навестить ребенка и меня.
Я отпускаю ее руку, не желая выходить из комнаты.
— Я быстро вернусь.
Когда я вхожу в зону ожидания, весь клан Болдуинов встает. Тео и Такер подбегают ко мне, с Остином и Дьюком на буксире. Ник помогает моей маме подняться со стула и берет ее под руку.
— Кэт родила? — спрашивает Тео, улыбаясь.
— Медсестры сейчас приводят его в порядок.
— Поздравляю, братан, — говорит Тео, хлопая меня по спине, за ним следует Такер.
— Спасибо.
— Думаю, это делает тебя официальным членом семьи, — говорит Такер.
Я смеюсь:
— Да, думаю это так.
— Теперь мы действительно можем называть тебя нашим братом, и это будет законно, — говорит Тео.
Я улыбаюсь его словам:
— Ребят, хотите увидеть Ноя?
— Да, — говорят они оба, взволнованные встречей со своим племянником.
После того, как стало известно о беременности Кэт, близнецам потребовалось некоторое время, прежде чем они начали говорить со мной по телефону. С тех пор мы постепенно восстанавливаем нашу дружбу. Остин, всегда самый дружелюбный и вежливый из братьев, протягивает мне руку для рукопожатия. Дьюк хмурится, глядя на меня, его сердитый взгляд медленно сменяется улыбкой с закрытыми губами. Он бормочет свои поздравления.
Моя мама — сплошное рыдающее месиво, поддерживаемая Ником, с его громоздким телосложением и сильными руками. Она обнимает меня и выдыхает:
— Поздравляю, детка. Не могу поверить, что у моего ребенка есть ребенок, а я теперь бабушка.
Я целую ее в щеку:
— Спасибо, мам. Ты удивительная мама. А теперь станешь еще и лучшей бабушкой. Ной будет любить тебя так же сильно, как и я.
Она улыбается:
— Думаю, мне пора переезжать из Флориды. Я нужна своим мальчикам.
Я киваю:
— Да.
Когда Ник обнимает меня и приветствует в своей семье, это ощущение нереально. Большую часть своей жизни я равнялся на Ника Болдуина. Он был кумиром моего детства, а теперь стал дедушкой моего ребенка. Реальность ситуации все еще нужно осознать, прежде чем я смогу принять все изменения.
Самое большое изменение — я стал отцом.
  
ГЛАВА 23
 
Шесть недель спустя
Кэт
 
Через шесть недель после родов Ноя врач, наконец, разрешил мне заниматься сексом. Такое долгое ожидание, чтобы снова быть с Дином, казалось вечностью. Небольшая часть меня нервничает, несмотря на то, что я делала это раньше. Тем не менее, прошло почти восемь месяцев с тех пор, как мы с Дином были вместе. Еще более странно думать, что мы занимались сексом всего несколько раз, а теперь у нас общий ребенок.
Несколько часов назад Дин ушел из квартиры на совещание команды с твердым намерением провести сегодняшнюю ночь в постели со мной. Итак, где же он, черт возьми? Я звонила несколько раз и оставляла ему сообщения, но все они остались без ответа. Он даже проигнорировал мои текстовые сообщения, что странно.
Мы преодолели свой гнев по отношению друг к другу несколько недель назад. Дин так сильно изменился с тех пор, как родился Ной, и все же он бросает меня в вечер, когда у нас есть планы. Я укачала Ноя, чтобы он заснул, больше часа назад, и сейчас он дремлет как новорожденный. Он никогда не спит больше нескольких часов, из-за чего я не могу закрыть глаза ни на минуту, прежде чем потащу свою задницу по коридору, чтобы покормить его.
Когда я слышу громкий стук во входную дверь, я вскакиваю с дивана. Дин, спотыкаясь, вваливается в гостиную, спотыкаясь о собственные ноги.
— Привет, Котенок, — невнятно произносит он, подходя ко мне. — Извините, опоздал.
— От тебя пахнет, как от пивоварни, Дин. Ты где был?
Он целует меня в щеку, медленно спускаясь к шее:
— Я встречался с Шейном и Лиамом. В «Макфаденн» был особый счастливый час.
— Я хотела, чтобы ты был трезвым. Сегодняшний вечер должен был быть особенным, Дин, — я отталкиваю его от себя. — Ты такой тупой.
— Я нервничал, ясно? — он обхватывает меня за талию. — Мне нужно было немного жидкой храбрости.
— Храбрость для чего? Чтобы заняться со мной сексом?
Он кивает:
— Да, я не хотел все испортить. Чем больше я думал об этом, тем больше нервничал.
— Что ж, ты чертовски хорошо справляешься с тем, чтобы все испортить. Так что это была просто потрясающая идея.
— Мне жаль, Котенок, — он переплетает свои пальцы с моими и тащит меня на кухню. — Выпей со мной.
Я бы не отказалась от пары кружек пива, чтобы снять напряжение.
Он открывает холодильник и откручивает крышки с двух бутылок пива, протягивая одну мне. Я чокаюсь к с ним и делаю глоток. Дин делает шаг вперед, прижимая меня к стойке своим телом, пристально глядя на меня из-под своих темных бровей. Протянув руку мне за спину, он ставит свое пиво на стойку и делает то же самое с моим.
— Уверена, что все зажило? Я не хочу причинить тебе боль, — говорит он, заправляя мои волосы за уши.
— Да, все хорошо. Может быть, для первого раза можешь быть помягче, просто на всякий случай.
— А я тут подумал, что получу тот ненавистный трах, который ты мне все еще должна, — он произносит эти слова со злой ухмылкой, от которой твердеют мои соски.
— Ты можешь трахнуть меня, как хочешь, — шепчу я ему в губы, — при условии, что сначала ты обо мне позаботишься.
Дин поднимает руки к моим волосам и, крепко сжав, притягивает меня к себе. Его мягкие губы скользят по моим.
— Я люблю тебя, Котенок, — выдыхает он.
— Я тоже люблю тебя. У нас есть примерно час или два, прежде чем Ной снова проснется.
— Меньше разговоров и больше секса, — говорит он, шевеля бровями в мою сторону. Мне нравится, когда он так делает. Это так чертовски мило, напоминает о первых днях наших отношений.
Я обвиваю руками его шею и наклоняюсь к нему, раздвигая его губы своим языком. Он отпускает мои волосы и хватает меня за задницу обеими руками. Его эрекция упирается мне в бедро. Жадная и изголодавшаяся по Дину, я задираю его рубашку и провожу ладонью по его мускулистому животу, исследуя пальцами каждый контур. Мы по очереди снимаем верх друг с друга, в конце концов добираясь до штанов.