Больше, чем друзья (ЛП)

— За еще одно звание чемпионов! — Дин поднимает свою рюмку за моих братьев, прежде чем стукнуть своей рюмкой по моей.
Еще спустя два выпитых пива, я тяну Дина в гостиную потанцевать. С затуманенной головой и затуманенными суждениями я перестаю думать обо всем, включая свои нежелательные чувства к Дину.
Я вскидываю руки в воздух, покачивая бедрами взад-вперед в такт музыке. Дин впивается пальцами в мои бедра. Ослабшая, я кладу голову ему на плечо, чтобы отдышаться. Мы остаемся в таком положении на протяжении следующих трех песен, мой разум ускользает из сознания, пока его руки не скользят под мою рубашку и по животу. Мне нравится ощущать прикосновение Дина к своей коже. И я ненавижу себя за то, что хочу от него большего сегодня вечером.
Потираясь задом о его бедро, я не упускаю из виду реакцию, которую вызываю у Дина. Когда его рука опускается ниже, Дин кладет ее чуть ниже пояса моих джинсов, заставляя меня намокать в предвкушении. Зажатые по меньшей мере сотней человек, никто не видит, как я проталкиваю его руку дальше, приказывая продолжать. Но как много мы могли бы себе позволить со зрителями?
— Уверена, что это то, чего ты хочешь, Котенок? — Дин шепчет мне на ухо, одновременно посасывая его.
Я пьяна и возбуждена — смесь, которая плохо сочетается с Дином. Он как ходячий оргазм. Одного взгляда на него достаточно, чтобы пополнить копилку моих дамских фантазий на год. Я должна знать, существует ли между нами нечто большее. До окончания универа остался всего один месяц, и время, которое я провожу с Дином, может исчезнуть в одно мгновение. Его отправят в любой город, в которые его распределят, а я пойду по стопам своего отца и продолжу карьеру в сфере спортивного вещания.
— Я хочу тебя, Дин, — я мурлычу эти слова.
Он обнимает меня за спину и ведет через переполненную гостиную. Мы поднимаемся на два лестничных пролета, проходя мимо нескольких его товарищей по команде, и крадемся в его спальню. В конце длинного коридора мы останавливаемся перед его дверью, и Дин вставляет ключ. Оказавшись внутри, он запирает дверь и бросает ключ на комод.
Он обхватывает мое лицо ладонями, а другим проводит мозолистым большим пальцем по моей челюсти.
— Я солгал тебе, — говорит он приглушенным тоном.
— О чем ты солгал?
— О том, что произошло прошлой ночью. То, что ты сделала для меня и моей мамы, значит для меня больше, чем ты можешь себе представить. Мне трудно разделить нашу дружбу. Когда я обнимаю тебя, все, о чем я могу думать — это секс.
Я поворачиваюсь так, чтобы наши глаза встретились. Наши лица так близко, что от теплого дыхания Дина по моему телу пробегают мурашки. Не знаю, что я хочу сделать. Мы должны оставаться друзьями и продолжать жить по плану, но я должна знать, есть ли у нас что-то большее. Прежде чем я успеваю принять решение, Дин запускает пальцы в мои волосы и притягивает меня к себе.
Его мягкие губы скользят по моим.
Я обвиваю руками его шею и наклоняюсь к нему, раздвигая его губы своим языком. То, что начинается как медленный и страстный поцелуй, становится более интенсивным, когда он кладет ладони мне на затылок, чтобы углубить поцелуй. Теперь, когда мои руки на нем, я не могу устоять перед желанием исследовать каждый дюйм его подтянутого тела.
Я кладу руки ему на грудь, чтобы задрать рубашку, и провожу пальцами по его шести кубикам. Не в силах оторваться от Дина, я продолжаю идти и расстегиваю пуговицу на его джинсах. Он стонет мне в рот, когда я просовываю руку ему под боксеры.
— Плохой Котенок, — шепчет он.
Дин хватает меня за бедра, приподнимая, чтобы опустить на матрас. Он падает на меня сверху, его губы касаются моих, когда он стягивает с меня одежду. Мое тело замирает, когда он посасывает мою нижнюю губу, снова скользя языком мне в рот.
Не хочу, чтобы его руки покидали мое тело, а его язык прекращал делать то, что он делает, чтобы заставить ожить все мои нервные окончания одновременно. С каждым новым поцелуем наша дружба разлетается в клочья. Животная страсть, которой я жажду, поглощает меня. Когда его рука скользит вверх по моему бедру, жар волнами разливается по моему телу, еще больше усиливаясь, когда Дин снимает с меня джинсы.
 
Оставив мои трусики напоследок, он снимает мою рубашку через голову и бросает ее на пол. Дин несколько секунд смотрит на меня сверху вниз, прежде чем протянуть руку мне за спину, чтобы расстегнуть лифчик. Медленно он спускает бретельки с моих плеч, обнажая грудь.
— Котенок, — произносит он с вожделением в голосе. — Ты такая чертовски красивая.
Я улыбаюсь ему.
Он не теряет времени даром и наклоняется, чтобы помассировать мою грудь, не торопливо посасывает мой сосок, нежно покусывая его зубами. Крошечный бутон становится тверже с каждым движением его языка. Несмотря на голод в его глазах, Дин умело управляет моим телом, одаривая каждую частичку меня равной любовью.
— Сними это, — хнычу я, дергая его за рубашку. — Я хочу тебя обнаженным.
Он поднимает на меня взгляд и сверкает своей обычной сжигающей трусики ухмылкой, которая отдается прямо мне между бедер.
Приподнявшись ровно настолько, чтобы расстегнуть свою рубашку, Дин прижимается ко мне. Его голубые глаза пригвождают меня к месту, обладают надо мной властью. Я хочу его каждой клеточкой своего существа.
Поцелуи с Дином не ощущались бы такими правильными, если бы этому не суждено было случиться. Может быть, нам суждено быть вместе. Может быть, мы сможем превратить нашу дружбу во что-то большее. А не только секс.
Мы разделяем глубокую связь, которую я никогда не чувствовала ни к кому другому, кроме Дина. Он понимает меня так, как я никогда не думала, что это возможно. Дин заставляет меня чувствовать, будто его мир начинается и заканчивается со мной, как будто других женщин вообще не существует.
Дин спрыгивает с кровати, чтобы сбросить джинсы и стянуть боксеры с бедер. Я задыхаюсь при виде него, длинного и твердого, и такого готового для меня. Его тело — настоящий шедевр, как будто кто-то вылепил его вручную и потратил немало времени на создание каждой его части.
Благодаря тому, что пространство освещается лишь тусклым светом с прикроватной тумбочки, обстановка идеальна. Дин забирается обратно в постель и устраивается у меня между ног. Тонкое кружево моих трусиков рвется, когда он тянет их.
— Будь аккуратнее, — предупреждаю я его. — Они мне еще понадобятся.
Он качает головой с хитрым выражением на своем красивом лице:
— Нет, не понадобятся. Я планирую держать тебя в таком положении до конца ночи.
Захваченная врасплох, я говорю:
— Тогда действуй.
Дин воспринимает это как приказ, и ткань отлетает в сторону, теперь совершенно бесполезная для меня. Я приподнимаю бедра настолько, чтобы он мог снять оставшееся кружево с моего тела. Он дышит мне в шею и своей огромной рукой раздвигает мои ноги пошире, прежде чем засунуть в меня два пальца.
— Я делаю это с тобой, Котенок. Помни об этом, когда кончишь для меня, — он подчеркивает это, как будто хочет, чтобы я остановилась и подумала о том, что мы делаем.
Я становлюсь влажной из-за моего лучшего друга. Он также единственный мужчина, с которым у меня когда-либо были сексуальные отношения.
К тому времени, как Дин опускает голову мне между ног, творя своим языком волшебство с моим телом, мой мозг перестает работать. Я стону в подушку, пахнущую его цитрусовым шампунем, провожу рукой по его волосам, в то время как мое тело сотрясается от оргазма, который разрывает меня на части.
Он выглядывает между моих ног и слизывает мои соки со своих губ и пальцев. Затем он садится и берет меня за руку, помогая мне поглаживать его член. Он накрывает мою крошечную ручку своей и смотрит на меня сверху вниз с голодом в глазах.
— Вот что ты со мной делаешь, Котенок.
  
ГЛАВА 11
 
Четвертый Курс
Дин
Кэт стонет, когда я помогаю ей поглаживать мой член. Я не хотел торопиться и планировал поглотить каждый дюйм ее безупречного тела, что я и сделал. Все еще не могу поверить, что Кэт хочет вывести нашу дружбу на такой уровень. Единственное, что меня беспокоит, это то, что между нами все станет странным, но тяжело думать из-за алкоголя, затуманивающего мои суждения, и ее рук на моей чувствительной коже.