Не с первого взгляда, но до последнего вздоха (СИ)

— Сними обувь, — прошептал ей бархатный голос на ухо.
Девушка безоговорочно повиновалась, потянулась к застежке и, когда опустила свои босые ступни на землю, замерла.
Тонкие и маленькие пальчики на ногах начало обволакивать что-то теплое. Когда она краем уха услышала шум воды позади себя, довольная улыбка начала расползаться по лицу. Девушка ковыряла ногами чуть похрустывающий песок и уже хотела снять повязку сама, как вдруг почувствовала, что только закрытые веки мешают ей посмотреть на то, где она находилась.
С большим волнением Гермиона открыла глаза и, как только те привыкли к яркому солнцу, начала лихорадочно крутить головой, чтобы рассмотреть это райское место. Они стояли на бескрайнем белом песчаном пляже, который пытались захватить в свой плен бирюзовые волны. Рядом был тропический лес, где в кронах деревьев голосисто кричали попугаи, а колибри порхали с одного чудесного растения на другое. Сильно пахло зеленью, тиной, цветами и ещё чем-то терпким и незнакомым, но дышалось легко и свободно.
— Добро пожаловать на Сейшельские острова, Грейнджер, — ехидно улыбаясь, произнес слизеринец, явно довольный реакцией девушки. — Пойдем в дом, нас уже, скорее всего, ждут. И сними пальто, не на Северном полюсе же, — продолжал смеяться мужчина.
Дар речи до сих пор не вернулся к девушке, поэтому его шутки она просто проигнорировала. Гермиона старалась реже моргать, чтобы запомнить каждую мелочь этого места.
Безвольной куклой плетясь за Драко, она заметила большие каменистые ступеньки, которые вели к дому. Он возвышался над пляжем на небольшой скале, и только одна мысль о том, какие закаты и рассветы ей доведётся встречать оттуда ближайшую неделю, приводила в дикий восторг.
Вилла расположилась на большой территории и спряталась в недрах множества пальм и растений. К основному дому, с большой террасой, деревянным полом и панорамным бассейном, были пристроены небольшие домики — в них должны были остановиться немногочиленные гости. Вместо некоторых стен в деревянных жилищах и вовсе были большие окна, что не удивительно. За такой вид на Индийский океан из спальни можно было продать душу.
Малфой провел Гермиону до комнаты и напомнил, чтобы та не задерживалась и не испытывала терпение Пэнс, а затем скрылся из виду. Она осматривала помещение в таких привычных пастельных тонах и поэтому чувствовала себя как дома. Дальняя стена оказалась стеклянной. За пределами дома бирюзовая гладь иногда разбивала своими волнами камни, что очень успокаивало. Внимание привлекла огромная белая кровать в центре комнаты со свисающим балдахином, напоминающая большое облако.
Выйдя из домика, девушка сразу отправилась через внутренний дворик в большой дом. Просторный белый холл, минимум мебели, много красивых картин и стеклянные панорамные окна. Абсолютно белая гостиная, посередине которой стоял круглый журнальный столик из черного дерева, а на нем ваза с огромными белыми цветами. Дальняя стена была стеклянной и выходила на балкон.
Слева располагался большой белый диван, на котором легко разместятся десять человек. Перед ним современный камин из мрамора. Справа, рядом с входом, кухонная зона в светлых тонах, за исключением столешниц и барной стойки из тёмного дерева. Ближе к выходу на террасу стоял большой белый рояль.
Её друзья уже сидели и что-то весело обсуждали. Гермиона подошла к одному из кресел напротив Пэнси, присела и даже не смогла вымолвить ни слова.
— О, привет, Гермиона — весело сказала Паркинсон. — Вижу, ты ещё под впечатлением.
— Пэнс, это просто…
— Невероятно. Я знаю, милая. Когда я впервые увидела это место, то точно так же стояла и поедала всё глазами. Я сразу решила, что это то самое место, тем более, это мой свадебный подарок, — она с нежностью посмотрела на мулата, сидевшего рядом с ней, и поцеловала его в щеку.
— Для моей девочки всё самое лучшее, — в ответ произнёс Блейз. — Так, я думаю, что нужно провести вам экскурсию по пляжу, пока там ещё можно ходить. Скоро эльфы начнут готовить его к церемонии, так что не будем терять ни минуты. Всем переодеваться, — с белоснежной улыбкой, потирая ладони, говорил мулат.
 
Они исследовали небольшие джунгли, которые окружали низкие скалы. Видели попугаев, которые жили среди ветвей в южной части острова. Загорали под палящим солнцем и купались в бирюзовых волнах. Уже ближе к вечеру они наблюдали закат со скалистой бухты, устроив небольшой ужин прямо там.
Из-за длительных прогулок ноги подкашивались от усталости, поэтому, как только друзья вернулись к вилле, Гермиона пошла к себе. Приняв душ, девушка надела свой красивый атласный пеньюар, светло-бежевый цвет которого подчёркивал уже слегка подзагоревшую за сегодня кожу.
Достаточно быстро Грейнджер провалилась в сон. Она рассчитывала проспать до утра, чтобы хорошенько отдохнуть. Не хотелось тратить кучу времени и магии, чтобы скрыть свои синяки под глазами. Но, видимо, переизбыток эмоций и впечатлений за сегодня дал свои последствия, и Гермиона проснулась, увидев на часах второй час ночи.
Проворочавшись около получаса она таки решила прогуляться, подумав, что свежий воздух поможет. Девушка надела короткий шёлковый халат в тон, взяла первую попавшуюся книгу и вышла на улицу.
Тихонько пробравшись в основной дом, Гермиона притихла. Из гостиной доносились мягкие звуки музыки, отбивавшиеся от стен. Сразу узнав мотив песни, она на цыпочках подошла к дверному проёму, чтобы ни в коем случае не спугнуть игру маэстро. Оперевшись плечом о дверной косяк, Гермиона залюбовалась видом.
Драко сидел за роялем, полностью погруженный в игру, даже не замечая, что за ним наблюдали. Он творил что-то волшебное, длинные пальцы так умело перебирали клавиши, воспроизводя любимую «Everything I do». Легонько покачивался в такт музыки, хмурил брови и прикусывал губу. А когда закончил, бессильно опустил руки себе на колени, прикрывая глаза, и с шумным выдохом поднял голову к потолку, будто всё это время кричал.
— Это было прекрасно, — тихо прошептала Гермиона. Он резко повернул голову на звук её голоса:
— Я не хотел тебя будить… Извини.
— Я не сплю уже какое-то время. Взяла книжку, чтобы почитать на террасе, но услышала, как ты играешь, — девушка подошла и села рядом с ним на скамейку. — Брайан Адамс? Неожиданно. Мне казалось, тебе будет больше по душе классика.
Драко пожал плечами, затем повернулся к роялю, кладя пальцы на клавиши, и произнес:
— Классика скучна, — прикрыв веки, начал играть произведение Бетховена «К Элизе».
Первые несколько нот Гермиона заворожённо смотрела на его руки, но потом прикоснулась к клавишам и начала играть вместе с ним. Они играли знаменитое произведение в четыре руки, и это было настолько интимно, словно ты впускаешь человека в себя и разрешаешь думать за двоих. Бесценно. В этот момент они были одним целым.
Доиграв партитуру до конца, Гермиона краем глаза заметила удивлённый взгляд, направленный в её сторону.
— Ты умеешь играть, — не спрашивал, констатировал факт. В ответ она легко улыбнулась.
— Ох, уж этот удивлённый тон. Да, Драко, я не выросла в аристократичной семье. Но моя мать, воспитывая меня, была уверена, что девочка должна быть начитанной и учиться в балетной школе. Любить оперу и уметь играть на виолончели. Или фортепиано. А лучше сразу на двух инструментах. Пусть я не обучалась магии с раннего детства, но оно тоже было у меня насыщенным.
— Что ж… Вот это вот действительно неожиданно, — пробормотал Малфой. — Как твои родители?
— Они до сих пор в Австралии. Мы видимся и созваниваемся очень редко. Они вроде не держат на меня зла, но такое ощущение, что я в их жизнь так и не вернулась. Я не видела их уже два года. А как твоя мама?
 
— Моя мать уже прекрасно себя чувствует, спасибо, — тихо проговорил мужчина. — После того, как Люциус умер в тюрьме, она была сама не своя. Всё время плакала и разговаривала с его портретом. На одном из балов я увидел свою тётю, и решение, как я могу ей помочь, пришло молниеносно. Помощь в примирении с Андромедой было самым малым, что я мог для неё сделать. Больше родственников ведь у неё нет.