Вдовья трава (СИ)
Группа будущих одиннадцатиклассников сидела на берегу реки. Их было четверо – два парня и две девушки. Ждали пятого – Чижова Антона. Сегодня они запланировали кое-что. Всё было уже готово, осталось только дождаться Тоху. Солнце решило сегодня выдать всё тепло, которое оно задолжало в холодном июне. Мелкие волны лениво гоняли у берега коричневые поплавки от сетей да пару пластиковых стаканчиков, оставленных туристами, шелестели в зарослях высокого камыша и рогоза. Подростки тихо беседовали, не отвлекаясь от своих смартфонов.
– Ну, и где Тоха? – спросил Игорь Ставровский, высокий парень с кудрявой шевелюрой, – Так мы можем и до вечера просидеть.
– Так позвони! – ответила Ухова Галя, первая красавица в классе.
– Звонил. Сбрасывает.
– Значит, сейчас будет, – резонно заметил Дмитрий Ерохин, ковыряя ивовым прутиком носок своего кроссовка.
– Ой, мальчики, я боюсь, – испуганно воскликнула Галя, – Про этот завод разное болтают. Говорят, его сама нечистая сила охраняет.
– Ну, да, слыхали! – засмеялся Дима, – Охранное предприятие «Нечистая сила». Только стикера не хватает на двери.
– Не смейся так, Дима, – осадила его Белянкина Катя, подруга Антона, – Нельзя над этим шутить.
– Это ещё почему? – притворно изумился Дима, выбросив прут.
– Нельзя – и всё! – отрезала Катя.
– Вот мы и увидим, кто там что охраняет. Вокруг завода уже целый лес вырос – там уже медведям охрана сдана.
– А окна все целые, – съязвила Катя.
– Так, туда не подойти без бульдозера – ивняк всё заполонил. Вот и целые. Там двери есть, и они не заперты. Зашёл, взял, ушёл.
– … И бомжей там никто не видел.
– Катя, ты на что намекаешь? – потерял спокойствие Дима.
– Ни на что, просто, давайте туда не пойдём. Пойдёмте, лучше, в монастырь – там и призраки монахов, говорят, появляются.
– Ха, чего мы там не видели?! – засмеялся Игорь, – С первого класса в монастыре тусуемся – ни одного монаха не видели.
– Да, Катя, мы уже не первоклашки – нам какие-то призраки не интересны, – добавил Дима, – А на заводе полно меди. Медь – это деньги.
– И не только медь, – сказал Игорь, – А ещё серебро. Золота нет, конечно, но серебряные контакты в трансформаторной подстанции килограмма на три потянут. Три килограмма серебра, Катя!
– Это же воровство – нас посадят.
– Воровство – это когда ты у кого-то украл. А здесь чьё это всё? Завод уже почти двадцать лет лесом зарастает. Где хозяин, почему не едет? А потому, что нет его, хозяина! Путаница в документах, вот и завис заводик. Кто пострадавшим будет? Чьё заявление примут?
– То есть, тебя не напрягает, что даже провода не обрезали? Все калитки, все заборы на месте, – не отступала от своего Катя.
Из-за поворота вынырнула знакомая фигура Антона. Он был в чёрном спортивном костюме, чёрной бейсболке. Поджидающая его компания вырядилась в синие джинсы и куртки разных цветов.
– О чём спор? – поздоровавшись, спросил он.
– Твоя Катюха не хочет идти – боится.
Антон с улыбкой посмотрел на девушку.
– Котёнок, ты чего? Всё будет отлично, мы ж не в первый раз.
– Вот именно, что не в первый. Может, это в последний, – со слезами в голосе умоляюще пропищала Катя.
– Ну да, – согласился Антон, – Сегодня сходим, и завяжем – будем знания получать, да денежки тратить.
– Я не в этом смысле.
Антон присел на траву, обнял девушку.
– Всё будет в порядке, Котёнок, обещаю.
Город остался далеко позади. Раскалённая трасса серой змеёй ползла к лесу. Скоро должен был появиться перекрёсток с дорогой, идущей к Заводу Металлоизделий – именно так называлось предприятие, кормившее некогда половину городка. В перестройку завод закрыли, в директора выпустил пару пуль человек от заказчика, остальное руководство куда-то исчезло. В ту пору безденежья многие рыскали по округе, собирая всё, что плохо лежит. Медь, алюминий, сталь – всё выкапывалось, разрезалось, сдавалось в пункты приёма. Что говорить: медные кабели срезали даже на действующих предприятиях, а вот Завод Металлоизделий при этом воры почему-то обходили стороной. Поговаривали, что там прячутся самые отмороженные бандиты, которым и доверена охрана, но в это мало кто верил. Эта тайна давно не давала покоя нашим друзьям, направляющимся сейчас на её разгадку. Не столько металл манил их, сколько желание узнать секрет, спрятанный за высоким бетонным забором. Кто знает, вдруг внутри уже всё вычищено, оторвано, выломано? Солнце уже миновало полдень, когда путники достигли своей цели. Проходная завода – кирпичная будка – сплошь заросла кустами. Прямо перед входом выросла большая рябина, усыпанная гроздьями оранжевых пока ещё ягод. Пахло сыростью, мокрым бетоном, ржавчиной. Появились редкие комары.
– Вот и охранник, – пошутил Антон, указывая на рябину, – Думаю, договоримся.
Через проходную ребята не пошли, а свернули налево. Да, заросли кругом были знатные. Крапива, ивняк, шиповник – всё это окружало забор с внешней стороны плотным кольцом. Метров через сто в заборе должна быть прореха, возникшая на месте упавшей плиты, но эти сто метров нужно продраться, сохранив в целости глаза и всё остальное. Территория завода мало чем отличалась от того, что было за забором. Асфальтовые и бетонные дорожки, конечно, не заросли, но были завалены тоннами упавших веток, листьев, прошлогодней травы.
– Н-да, нечистая сила не дружит с уборкой, – заметил Дима, протискиваясь через тесную компанию молодых ёлочек.
– Боюсь, Димыч, нечистая сила тебе это ещё припомнит, – ответил Антон, отряхивая с себя хвою.
– Тут ещё эти пауки! – с отвращением в голосе добавила Галя, счищая с себя налипшую паутину.
Пауков она жутко боялась с малых лет и испытывала по отношению к ним невыразимое чувство ужаса. По дорожкам идти оказалось всё же легче, да и вели они куда нужно. Вот и ворота цеха. Ржавые, некогда выкрашенные жёлтой краской, огромные. Калитка. Антон дёрнул – не заперта.
– Вперёд, бравые воины света! – скомандовал он.
Калитка с лязгом захлопнулась, слегка ударив Дмитрия по спине. Несколько минут глаза привыкали к темноте. Свет здесь был – он проникал сквозь стеклянные панели окон, достаточный, чтобы увидеть огромные станки, замершие, как мифические монстры. Вверху темнела конструкция мостового крана. Пахло смазкой, железом и креозотом.
– Зажигаем фонари! – скомандовал Антон.
Ребята подчинились, и вовремя. Прямо перед ними лежала связка ржавого стального прутка. Сделай они шаг – тут же и упали бы на торчащие в разные стороны концы стальных прутьев. Обойдя цех два раза, подростки не нашли здесь ни серебра, ни меди. Станки, просто станки. У каждого имеется электромотор, конечно, но возиться с ними ни у кого желания не было. Игорь отошёл в сторонку, тщательно изучая громадную тёмно-зелёную железяку неизвестного предназначения.
– Дамы и господа, я вынужден признать, что Катя была права – это место непростое. На станке ни капли ржавчины и смазка свежая. И ещё нигде нет пыли, господа, нигде. Нечистая сила, однако, наводит тут порядок с завидным успехом.
– Мамочки! – завизжала Катя.
– Действительно, – озадаченно пробормотал Антон, – Кругом идеальный порядок.
– Я бы порекомендовал валить-с, – сказал Игорь.
– Ну, уж нет! – отрезал Антон, – Раз пришли, то хоть всё осмотрим. Всех прошу в следующий зал.
Ребята обошли весь завод. Цеха были открыты, но нигде не было ни единого следа разрушения. Только природа получила здесь право вторгаться во владения человека – вездесущие берёзки устроились на крышах, окнах, навесах.
– Итак, последний пункт нашей экскурсии – трансформаторная подстанция. Высоковольтная линия давно отключена, поэтому ничего не боимся, – продекламировал Игорь, как заправский экскурсовод.
Огромный трансформатор молчал. Толстенные три провода на больших белых изоляторах заходили в него, с другой стороны выходили другие три, но не провода, а три толстые медные полосы, терявшиеся в больших белых шкафах. Стрелки приборов лежали на нуле.