Вдовья трава (СИ)
– Жених и невеста, тили-тили-тесто!
И каждый раз Злата колотила его, заступаясь за Тимофея. Тимофей пытался тоже заступаться за них обоих, но драться он не умел абсолютно, и всегда получал от Витьки в нос.
– Да не лезь ты, я сама, – говорила ему Злата, пока Тимофей обрабатывал ей ссадины и прикладывал к ним подорожник, – Меня папка драться научил. А то, что Очкариком зовут, так это ничего, меня вон Рыжей называют, не обращай на них внимания. Это не от большого ума.
Глава 2
Время шло. Подходила к концу учёба в школе, и близился выпускной вечер.
– Ну, что, давай прощаться? – подошла после последнего звонка Злата к Тимофею, протянув ему руку.
– Как же? – растерялся тот, – А разве ты на выпускной не останешься?
– Нет, – покачала головой Злата, – Не останусь. Мне домой надо. Мама что-то немного приболела, нужно папе помочь. А после и к поступлению в институт готовиться. Эх, не смогла я чуток дотянуть, две четвёрки у меня, по алгебре и физике, но я думаю, меня возьмут, я буду стараться. А ты молодец, с золотой медалью школу окончил!
– Эх, – протянул Тимофей, – Как же жаль, что ты уезжаешь. Ну, что же. Но ведь мы ещё увидимся, правда?
– Конечно, увидимся, – пообещала Злата.
Тимофей пожал её руку, задержав её ладошку в своей дольше положенного, он с нежностью смотрел на эту хрупкую рыжеволосую красавицу с зелёными глазами, и ничего не говорил, думая о том, как ему сложно расставаться с нею.
– Тили-тили-тесто, жених и невеста! – раздалось над их головами.
– Ой, – вздохнула Злата, – Витька, ну это уже не смешно. Детский сад какой-то.
– Да ладно тебе, Рыжая, чего ты? – Витька, ловко перемахнув через заборчик, встал с ней рядом.
Фигура у парня была сбитой, крепкой, по физкультуре у него были одни пятёрки, и он постоянно принимал участие в городских и районных соревнованиях.
– Вот сколько лет ты нас дразнишь, тебе не надоело?
– Нет, не надоело, – он взял Злату за руку, – Пойдём погуляем, а если нет, то на выпускном первый вальс со мной!
– Хм, какой вальс, Витя? Уезжаю я завтра, – сказала, улыбаясь, Злата.
– Как это уезжаешь?
– Да вот так, Витя, – Злата взяла за руку Тимофея, оставив ошарашенного Витьку на месте, и они пошли в сторону беседки, сели там на скамеечку, и долго о чём-то говорили, чувствуя, что расстаются сейчас надолго, а возможно и навсегда.
В эту ночь Злата ночевала в интернате в последний раз. Ей не спалось. Она лежала и думала о будущем, вспоминала годы, проведённые в этих стенах, и слёзы стекали по её щекам. Внезапно, в окно, что находилось как раз в изголовье её кровати, постучали.
– Злата! Злата! – послышался громкий шёпот, – Ты тут?
– Кто это? – Злата приподнялась на локте.
– Да это я, Виктор, выходи, поговорить надо.
– О чём это?
– Ну, выйди, тут скажу.
Злата пожала плечами, и, накинув кофточку на плечи, вышла во двор. Виктор сидел на скамейке и курил.
– Ого, да ты куришь?
– Давно уже, только ты не замечала. Да ты вообще ничего не замечала во мне.
– Ну, чего тебе?
– Садись, поговорим, – Виктор бросил окурок на землю, и, затоптав его, неожиданно заключил Злату в объятия и попытался её поцеловать.
– Ты чего, сдурел что ли? Не смей руки распускать! – врезала ему по лицу Злата.
– Да ты что, я же ничего плохого не хотел, только поцеловать, ты же мне нравишься, чего ты ломаешься?
– Мало ли, кому я нравлюсь, не лезь ко мне!
– А ну, отстань от неё! – послышался голос сзади, и они увидели Тимофея.
Он быстрым шагом подошёл к Витьке и ударил его.
– А-а, влюблённый Ромео пожаловал, – усмехнулся Витька, – Что ж, получай коли так.
Он поднялся с земли и кинулся на Тимофея, повалив его, он принялся наносить удары.
– Не трогай его, – закричала Злата, она схватила с земли первую попавшуюся палку и опустила её на спину Витьки.
Он взвыл:
– Ты что, сдурела?
– А ну, иди отсюда, – крикнула Злата.
– Не лезь, когда мужики дерутся, – Витька занёс кулак и вновь несколько раз ударил Тимофея.
Злата кинулась на него. Витька поднялся на ноги, сплюнул, отпихнул от себя девчонку, процедил: «Ненормальные вы оба», и, развернувшись, быстро зашагал прочь. Злата помогла Тимофею подняться и повела его к бочке с дождевой водой, что стояла на углу под желобом. Лицо парня было разбито, нос распух, под глазами красовались синяки.
– Ну, и видок у тебя, – протянула Злата, – Ну, ничего, до свадьбы заживёт.
Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.
На следующий день Злата уехала домой.
***
Прошло несколько лет. В один из дней, в кабинет заведующего хирургическим отделением городской больницы номер семь постучали.
– Разрешите?
– Да-да, пожалуйста, входите!
– Тимофей?!
Тимофей поднял глаза и увидел, что на пороге стоит его рыжеволосая, зеленоглазая подружка. Он уронил ручку, которой заполнял историю болезни и бросился к ней навстречу.
– Златка! Ты как тут?
– Как-как? Я к тебе на работу приехала. Вам ведь нужен врач-хирург, делали запрос в столицу?
– Делали, но как, – Тимофей непонимающе уставился на Злату, – Погоди, разве ты врач?
– Врач, – кивнула та, – Правда, я мечтала стать ветеринаром, но после того, как умерла моя мама, я подала документы в медицинский, смогла пройти комиссию и поступить. Я выучилась на врача-хирурга. А позже ещё прошла курсы на фитотерапевта, травами лечу людей, как прабабка моя Анфиса.
– Мама Марина умерла? – с сочувствием спросил Тимофей.
– Да, – на глаза Златы навернулись слёзы, – Я до сих пор не могу вспоминать об этом спокойно. Мама ушла такой молодой. Ей было всего тридцать девять лет. Когда я приехала из интерната, у мамы уже была запущенная опухоль. Родители скрывали от меня всё. Мама умерла через две недели после моего возвращения, словно дожидалась меня. А папа… Он тоже не смог без неё, он слишком её любил. Его не стало через пять лет после мамы, сердце.
– О, Боже, бедная девочка, – Тимофей обнял Злату и прижал к себе, – Как мне жаль! Очень жаль! Они были такими хорошими людьми.
Он отстранился, глядя на Злату, и не веря своим глазам, отходя от потрясения.
– Ну, а ты сама? Как ты поживаешь? – спросил он.
– Я была замужем, но мы развелись. Я не могу простить предательства. Мой муж оказался человеком подлым, он изменял мне. А ты? У тебя есть семья?
– Нет, – опустил глаза Тимофей, – Я одинок. Так вышло.
– Сколько же лет мы с тобой не виделись? – спросил он.
– Сколько же, посчитай сам, – улыбнулась Злата, – Пятнадцать лет.
– М-да, – протянул Тимофей.
– Так что же? Давай оформляй меня на работу, товарищ заведующий отделением, – засмеялась Злата.
Тимофей быстро подписал заявление, и они вместе отправились в отдел кадров, а затем пошли осматривать отделение, в котором Злате предстояло теперь работать.
***
В один из вечеров, когда Тимофей дежурил на сутках, а Злата уже собиралась после дневной смены домой, в ординаторскую постучали.
– Злата? Ты переодеваешься? Ты ещё здесь? – раздался из коридорчика встревоженный голос Тимофея.
– Я тут, – вышла ему навстречу Злата, уже одетая в плащ и беретик, на дворе стоял март, и солнце за окном сияло вовсю.
– Злата, мне нужна твоя помощь! Все уже ушли домой, я один в отделении, пока соберётся бригада, мы упустим время, а у нас экстренный больной, я один не справлюсь, он очень тяжёлый. Лётчик, говорят. Разбился во время испытания самолёта. Успел катапультироваться. Но всё же сильно пострадал.
– О, Господи, да, конечно, я сейчас, – спохватилась Злата, уже на бегу расстёгивая снова плащ, и бросая его на дверцу шкафа.
Они с Тимофеем быстро прошли обработку, облачились в стерильные костюмы, на ходу задавая вопросы медсестре, узнавая группу крови больного, и другие данные, вбежали в операционную. На столе лежал человек. Когда они склонились над ним, то от удивления оба вскрикнули – перед ними лежал их обидчик, Витька, что дразнил их женихом и невестой. Тимофей со Златой переглянулись: