Лунный луч (ЛП)

— Блейк! — закричала она, все еще в форме дракона. Я проигнорировал ее и вошел. Я пробрался в вестибюль, промчался по коридорам и спустился еще на один лестничный пролет на кухню.
— Как ты мог так поступить с ней? — закричала королева Катерина, как только увидела меня. — Сказать ей, что ты встретил ее только тогда, когда ей был год. Ты знаешь, через что ты заставил ее пройти сегодня вечером?
— Через что я заставил ее пройти? — Я усмехнулся. — Ты пожертвовала дочерью Тани, чтобы спасти ее жизнь, и забыла сказать ей об этом. Это не моих рук дело, а твоих. И теперь она, вероятно, чувствует себя виноватой в том, что забрала жизнь последнего Грозового Света из-за твоей ошибки.
Королева Катрина ахнула. Король Альберт и Жако выглядели виноватыми.
— Я даже не…
— Ты серьезно не думала об этом? — Я покачал головой. — Тогда ты не так хорошо ее знаешь.
— Блейк! — закричал король Альберт.
Ладно, я перешел все границы, но давай.
Я покачал головой.
— Где она, чтобы я мог хотя бы попытаться помочь ей пройти через это?
— О, ты так хорошо ее знаешь, почему бы тебе не найти ее?
Я бросил на королеву непристойный взгляд.
— Домик на дереве.
Она хмыкнула, и это сказало мне, что я попал в точку. Я выбежал из комнаты.
Рыдания становились все громче, чем ближе я подходил к домику на дереве.
Лестницу подняли наверх.
— Елена, — сказал я.
— Уходи! — закричала она.
— Просто спусти лестницу, хорошо? Я не хочу разрушать еще один домик на дереве. Мне на самом деле этот нравится.
Я слышал, как она пытается взять себя в руки и подавить слезы. Примерно через минуту она опустила лестницу.
Я поднялся наверх и обнаружил, что она сидит, положив голову на колени и прислонившись спиной к стене. Я забрался внутрь и поднял лестницу. Она даже не посмотрела на меня. Я подошел к ней и просто обнял ее.
Она разрыдалась. Я обнял ее крепче.
— Все будет хорошо.
— Это не нормально. — Она подняла голову. — Я убила Грозовой Свет, Блейк. Долбаный Грозовой Свет.
— Ты никого не убивала, ясно? — Я вытер ее слезы. — Это не твоя вина, Елена. Это на их совести. И да, Грозовой Свет погиб в процессе, но она умерла смертью Дракона. Умереть за королевский род — самая благородная смерть на свете. Она — героиня, потому что спасла тебе жизнь. Это не твоя вина.
— Я до сих пор даже не знаю, как, черт возьми, это сработало.
— Я могу изложить тебе свои теории, — спокойно предложил я, — но они таковы. Теории. Больше ничего.
Она ждала.
— У нее не было ее человеческой формы. Что-то подсказывает мне, что они молились, чтобы она стала тобой.
Елена влажно шмыгнула носом.
— Мы были несовместимы, Блейк.
— Может быть, и нет, это может быть причиной того, что ее сегодня здесь нет. Из-за этого. — Я отпустил ее и устроился рядом с ней. Она измученно вздохнула и положила голову мне на плечо.
— Что, если она все еще внутри меня?
— А что, ты что-то чувствуешь?
Она покачала головой.
— Тогда нам лучше не будить ее, хорошо?
Она кивнула и придвинулась ближе, положив руку мне на грудь. Я погладил ее по спине.
— Я все еще не могу поверить, что Грозовой Свет умерла из-за меня. Ты помнишь ее?
— Да, вроде того, — солгал я. Я действительно помнил ее, но мне нужно было быть нежным. Было легко быть нежным с Еленой. — Она была примерно на год старше меня, когда они исчезли. — Я не сказал ей, каким удивительным драконом она была. Это только заставило бы ее чувствовать себя еще более виноватой за то, чего она даже не совершала.
— Почему они скрывали это от меня?
— Не знаю. Может быть, из-за этого. Они не хотели причинить тебе боль, Елена. Я точно знаю, что твои мама и папа любят тебя всем сердцем. Так всегда говорила моя мама.
— Ладно, — она шмыгнула носом и вытерла слезы.
— Но сомневаюсь, что твоя мать позволит мне скоро навестить тебя.
— Что ты сделал? — Все ее тело напряглось.
— Я накричал на нее.
Она вытаращила глаза, чтобы рассмеяться… что заставило меня рассмеяться.
— По крайней мере, я все еще могу рассчитывать на тебя.
 
— Всегда рядом, когда становится слишком темно, — пообещал я. — Это определенно один из таких моментов.
Она засмеялась и снова легла мне на грудь.
— Спасибо, Блейк.
— Всегда пожалуйста, принцесса.
ВОСЕМНАДЦАТАЯ ГЛАВА
ЕЛЕНА
Летние каникулы растаяли. Блейк был неправ насчет того, что мама не разрешит ему приезжать и навещать меня. Она чувствовала себя виноватой за то, что скрывала от меня правду. Все они так себя чувствовали.
Жако рассказал мне все, что знал, как он был зол, но потом я проникла в его сердце и немного облегчила потерю Кары. Он повторил мнение о том, что она умерла благородной смертью, и что он знал с того момента, как они обнаружили, что она была Громовым Светом, что произойдет нечто монументальное. Что-то грустное, но прекрасное. Только что-то великое могло заставить ее яйцо вылупиться.
Он заставил меня чувствовать себя менее дерьмово из-за убийства его дочери.
Таня не могла справиться с грустью моей матери, и из-за слов Ирен она действительно поверила, что это было то, что она имела в виду. Что Кара спасет мне жизнь.
Я все еще параноила. Я потребовала тестов, чтобы выяснить, есть ли внутри меня дракон. Блейк был рядом со мной каждый раз, когда я ходила к кому-то на встречу. Результаты всегда были отрицательными.
Тем не менее, их ответы не успокоили меня. Отец привел Ночного Искателя. Его лицо было пепельно-серым, а губы красными, из-за которых слегка выступали острые зубы. Ночные Искатели были кровопийцами. Некоторые из них были слепы из-за дневного света, а некоторые просто пугали своими скелетообразными чертами. Но у них была удивительная способность. У них был дар справляться с проблемами и ситуациями так, как не смог бы ни один психиатр. Будто они могли ускорить этот процесс.
Он напугал меня, но был нежен. Его звали Лео, он был тем, кому мой отец доверил свою жизнь.
Его заявление состояло в том, что Кара отдала свою жизнь, чтобы спасти мою. Он сказал, что, хотя внутри меня не было дракона, она всегда будет присматривать за мной, как ангел-хранитель. Она будет рядом во времена серьезной опасности, пока Блейк не сможет выполнять свои обязанности дракона. Так что лучше держать ее спящей.
Так и говорил Блейк.
Блейк проводил со мной почти каждый день, когда не записывал песни со своей группой в студии.
Это было совсем как в старые добрые времена. Все лето мы плавали в озере и часами разговаривали в домике на дереве, пока ему не наступало время возвращаться домой.
На этот раз моя мать не возражала.
— Все, что ей нужно. — Я слышала, как однажды вечером отец сказал ей.
Но настал день, когда Блейк должен был вернуться в Академию Дракония, и я должна была признать, что на этот раз было нелегко попрощаться.
— Помни, — предупредила я, когда он собрался уходить, — когда тьма станет слишком сильной, просто дай мне знать.
— Хорошо, — он похлопал меня по носу и еще раз обнял. — Увидимся на Рождество.
— Лучше сделай отличный подарок.
— Да, да. Я пойду хорошенько подумаю о рождественском подарке.
Я смеялась, но мне не нравился каждый шаг, который он делал от меня.
Он превратился в дракона. Он становился гигантским. Отец обнял меня и притянул к своей груди. Мама мило улыбнулась, попрощалась и пожелала ему хорошего полета.
— Держись подальше от неприятностей, Елена, — сказал он и взлетел.
— Держись подальше от неприятностей! — прокричала я ему вслед и смотрела, пока не перестала его видеть.
КАТРИНА