Восток. Запад. Цивилизация (СИ)

Звуки за дубовую дверь не пробивались.
Но… да, если там Мак, то соваться не след.
- Хотя слышал, что не один прибыл. Впрочем, что это я… идем. Сигары?
- Воздержусь.
- И пить не станешь.
Чарли развел руками.
Случайная встреча? Или ждали его? Он становится до крайности подозрительным. И даже несколько неловко от этой подозрительности. Манфред вот свой.
Весельчак.
Балагур.
Душа компании. Он учился парой лет старше и да, несмотря на маску бесшабашного парня, отличался незаурядным умом. Это даже Большой Мак, считавший всех или почти всех студиозусов идиотами, признать соизволил. А потому никто не удивился, когда Манфред решил не возвращаться после учебы к делам семейным, а остаться при университете.
И да, здесь… почти по-прежнему.
Те же запахи. Те же звуки. Успокаивающая прохлада камня. Тяжесть дубовых панелей. Строгие лица великих магов на портретах. Медные таблички. И мраморная статуя в темном углу.
В курительной все так же пахнет табаком. Обивка вот кресел другая. Раньше красная была. Или, наоборот, зеленая? Главное, что не эта вот, с позолотой.
- Чистоплюй ты, Чарли, - Манфред плеснул коньяка в тяжелый бокал, потом долго, придирчиво выбирал сигару и уже после устроился у окна. – Хотя, слышал, что не так давно ты знатно повеселился.
И взгляд такой… превнимательный.
Пожатие плечами.
- Со всеми случается, - заметил Чарли.
- И я о том… случается со всеми. И надо быть терпимей к ближним своим.
- Не понимаю тебя…
- Кстати, как Эдвин? Слышал, вы весьма близко сошлись.
- Ты про…
- Ты прекрасно понял, про кого, - отозвался Манфред. – Ты знаешь, что он из этих… менталистов.
Сказал, как выплюнул.
- Слабенький, - Чарльз налил себе воды со льдом и лимонным соком. Графин стоял в шкафу, а артефакт, поддерживающий низкую температуру, явно был новым.
Поделка нынешнего года.
- Все одно… поговаривают, он при короне.
- Как и я.
- Ты – иное… ты, повторюсь, слишком большой чистоплюй. Слышал, ты выгодно женился.
- Скорее – повезло.
- Это да… это да… представишь?
- Буду рад, - прозвучало весьма вежливо, хотя и с прохладцей.
Манфред хохотнул.
- Да ладно, у меня, к слову, невеста имеется… достойная женщина. И с даром. Хотя, как слышал, у твоей супруги дар весьма яркий. Настолько, что не справляется.
- Её и не учили.
- У женщин такой дар – редкость. А я, если ты не в курсе, занимаюсь вопросами наследования дара… в том числе и вопросами наследования. Очень уж тема неоднозначная. И слышал о твоей находке. О… ритуале.
Пауза.
И взгляд испытующий.
- Находка не совсем моя. Скорее мне снова…
- Повезло?
- Именно.
- Везение тоже весьма любопытный фактор. Но я не об этом… мне бы хотелось встретиться с твоей женой. Возможно… она согласится помочь мне кое в чем.
- В чем же? – эта идея категорически Чарльзу не понравилась.
- В исследованиях, конечно. Сила дара. Его выраженность. Способности к контролю. Изменения, которые дар влечет. Кровь одаренных весьма отличается от крови простых людей. Может, помнишь… был такой у нас, Теодор Баррет. Барри?
- Смутно, - Чарльз попытался вспомнить. – Он вел вроде бы…
- Основы права.
Тогда понятно, почему Чарльз не помнит. На диво занудный предмет. И человек, который вел его, занудством же отличался. Тихий невыразительный голос. Серый костюм. И портфель.
- Он с собой портфель таскал. Такой, из черной кожи.
- Ага, именно.
- Что с ним?
- Он был магом. Не сказать, чтобы сильным, скорее даже наоборот. Здесь остался по протекции, но всегда мечтал о большем. И решил, что тайна дара в крови. Сперва пытался переливать кровь одаренных простым, и даже добился каких-никаких результатов. Но оказалось, что эффект временный. Исчезает за пару недель. Тогда-то он плотно занялся проблемой. Выделял экстракт, менял дозировки… дошел до того, что заменял уже не кровь, но кости…
- Где он взял кости одаренных?
- Сперва покупал. Студенты-то разные, есть и те, что из простых. Учиться учатся, но это дело недешевое. Вот он и предложил. Операцию. Брал кусочек бедренной кости, который и вживлял реципиенту.
 
Чарльза передернуло.
- Весьма болезненно, но относительно безопасно… и дорого. Очень дорого. Он после признался, что закончились деньги. Тогда-то он и нашел пару… одаренных девушек, которых в последствии и использовал. Вытяжку из спинного мозга. Из желез… разное.
- Звучит… мерзко. И незаконно.
- Напрочь незаконно. Когда все скрылось… в общем, ректору пришлось на многое пойти, чтобы не допустить скандала.
- А где сам Барри?
- Умер, - Манфред посмотрел в бокал. – В камере. Повесился. Так говорят, а что оно на самом деле… те, кто участвовал в его опытах… из простых, они тоже куда-то исчезли. И сам понимаешь, желающих узнать подробности не было.
- Разумно.
- Именно… так вот. Официально работы его сочли ненаучными, но есть те, кто полагает, что ему просто не хватило немного времени. И материала.
По спине пополз холодок.
- Ты же знаешь, что дар – штука такая… сложно предугадать, кому он достанется. Бывает, что и семья старая, предки один достойней другого. И невеста из рода не хуже. А вот дети, увы, появляются простые… и ладно бы, если один. А если все?
- Искушение.
- Именно, - Манфред все же закурил сигару. И сладковатый аромат табака наполнил комнату. – Найти какого-нибудь мальчишку с даром… или девчонку. Не суть важно. Изъять. И передать… пробудить. Барри утверждал, что дар есть почти в каждом. И надо лишь пробудить. Дать искру, из которой возгорится пламя.
- Он был один?
- Говорят, что да, но… видишь ли, как по мне, так вряд ли. Барри… он, может, и неплохой теоретик, но вот обезболить. Изъять кусочек кости. Срастить ткани. Пересадить. Наблюдать за пациентом, которому явно понадобится помощь. И все это скрытно, и все это здесь… императорские псы землю носом рыли, но ничего не нашли. Никого не нашли.
Только это ничего не значит.
И почему Чарльзу никто и словом не обмолвился об этой истории.
- Я это к чему, - Манфред широко улыбнулся, выпуская колечко дыма. – Не оставляй жену без присмотра. А то ведь мало ли… дар у нее яркий, так? Вдруг да потянет кого на эксперименты.
- Спасибо, - глухо отозвался Чарльз.
- Не за что… братья своих не бросают.
- Что?
- Помнишь? Студенческое братство. И клуб наш. Я тебя принимал как раз… веселые были времена, - он снова засмеялся. – Как вспомню, как вы ректорские трусы стащить пытались…
- Лучше не надо…
- А Эльзу? Подавальщицу из «Шута и свина»? Её помнишь? И её тетку… - Манфред расхохотался. – Или как вы магией свинью ту…
Чарли улыбнулся.
Да, свинья, которую они протащили в сад многоуважаемого Кернвуда, была большой. Образцово показательной даже. С выставки они её и сперли.
И…
И не в ней дело.
И не в тех воспоминаниях, на которые Манфред намекает. А в чем-то совершенно ином и куда более опасном.
- Ты, наверное, иди уже, - Манфред вытащил часы. – А то старик ныне долго не засиживается… говорят, он себе новую игрушку прикупил. Да уж, время идет, а люди не меняются… ему бы уже о вечном думать, а он все о девках…
Чарльз поднялся.
- Спасибо.
- Я завтра загляну. И… если что, пригляжу.
- Буду рад.
А вот револьвер у Милли только один. Хватит ли?
- А жене привет передавай… кстати, если она согласиться пожертвовать науке пару капель крови, благодарность моя не будет иметь границ.
- Только крови?
- Пока крови… - Манфред тоже встал. А к коньяку он и не притронулся. И стало быть, что бокал этот, что сигара, которая медленно тлела, что сама курительная, обставленная со сдержанной роскошью и немалым вкусом, лишь часть игры. – Тебе же не будет жаль, Чарли, подарить своим друзьям пару капель чужой крови?
  
Глава 22 В которой леди запускают шарики
 
Шары поднимались и опускались.