Пламя и тьма (ЛП)

В конце концов, она соврала бабушке о своём лице, сказав, что упала в пустыне. Она не рассказала бабушке о новом будущем Хьюго. Это было не правильное время, не та дата для таких новостей.
У них на станции в течение дня проходила школьная экскурсия, но в остальном часы смены были тихими. Все заметили, что Кордеро не в своей тарелке, и все видели её лицо, но Мур встал между ней и вопросами любопытных. Сразу после ужина и вечерних проверок она рано устроилась на ночлег, в то время как большая часть взвода тусовалась в комнате отдыха. Мур схватил её за руку и быстро сжал, когда она выходила из комнаты, чтобы направиться к своей койке.
Звонок на вызов поступил через много часов. Практически в унисон все подскочили и спустились вниз по латунному столбу. Их станция была старой и всё ещё имела столб. Предполагалась, что они больше не должны его использовать, какая-то бюрократическая группка придурков решила, что столбы небезопасны, но этот не вывезли, потому что он имел историческое значение. Они были пожарными, чёрт возьми. И они спускались по столбу.
Когда Пилар облачалась в пожарный костюм, её внимание сосредоточилось на информации, поступающей через динамики. Их вызвали на пожар. Третей степени. Жилой район, многочисленные строения подверженные риску. А затем адрес: Маунтин-Вью Эстейтс, Нутмег Ридж Драйв.
Пилар произнесла в защитный шлем.
— Диос (Прим.: в переводе с испанского — Боже)!
Это улица родителей Коннора.
  
Глава 17
 
У «Банды» не было чаптера в Вегасе, но у их старого клуба был. Ронин был членом того самого старого чаптера, и у них по-прежнему оставались связи в этом районе. Новый чаптер «Медных быков» базировался в Лафлине неподалёку от Вегаса. И это была точка на их восточном пути к Ла Зорре. Кроме того, это же Вегас. Отличное место для проведения встречи.
Уже практически год как они продвинулись по восточной трассе, и Коннору, да и всем из «Банды», кто знал всю историю, пришло в голову, что Ла Зорра и её картель «Агилас» скопировали маршруты и охват картеля «Перро Бланко». Такое трудно упустить. Она взяла на себя то, что оставил после себя мёртвый картель.
За годы, прошедшие с тех пор как «Перро» вывели из строя — эти маршруты в основном были заброшены, так что это был просто отличный бизнес. Заброшенность позволила заполнить пробелы сбродом из менее организованных и авторитетных « антрепренёров». Общие принципы и подходы к делу картеля в Мексике, Центральной и Южной Америке стабилизировались, но торговля на севере стала нестабильной… по-прежнему прибыльной, но гораздо менее предсказуемой. Свободный рынок.
Место, где процветали банды неуравновешенных идиотов, вроде «Ацтеков».
Ла Зорра не заявила об этом как о своём намерении, но, тем не менее, всем стало ясно: она взяла торговлю под контроль. Под её собственный вид регулирования и стандартизации.
Вот почему она была довольна и впечатлена тем, как «Банда» разобралась с проблемой мексиканских тараканов. У Шерлока и Барта ушло несколько недель, чтобы собрать информацию для того, чтобы шериф Монтойя проработал все факты, взял в работу эту информацию и превратил её в рейд, но, когда законники отправились на дело, они зашли по-крупному. Почти вся банда была арестована, а их имущество: здание и все их машины и байки — конфискованы. Безвозвратно.
Соблюдая дистанцию «Банда» не смогла присутствовать на этом прекрасном зрелище, но всё превратилось в местные новости, и Монтойя предоставил Хусиеру отчет.
Их поймали с поличным. Шерлок отследил кое-какую закономерность (Коннор не понимал всего этого компьютерного дерьма и ему было насрать), и смог предложить дату, когда рейд будет наиболее продуктивным. А у «Ацтеков» оказалась задняя комната, наполненная героином и метом, где всё было аккуратно упаковывалось в партию муки и сахара, якобы для соседней пекарни.
 
Эспозито в течение нескольких дней быстренько освободил под залог большинство своих парней — всех, кроме Сэма, которого прижали по обвинению в изнасиловании и убийстве, используя ДНК тест, который взяли сразу после рейда, и тех, кого удерживали без связи, — но их имущество пропало. Бар и всё остальное.
С тех пор про «Ацтеков» не было слышно… а, возможно, они были полностью уничтожены. Это отразится и на внешнем фасаде «Банды»: картель «Фуэнтес» полагался только на «Ацтеков» в перевозке их товара в и за пределы своей территории. А Коннор уже напоролся на другую банду — конкурентов «Ацтеков», и они наступали… предлагая меньшие расценки.
«Фуэнтес» были умиротворены, Ла Зорре не причинили «неудобств», «Ацтеки» — раздавлены, и даже Монтойя оказался в долгу: тот рейд стал великолепным  знаком отличия. Его имя даже превратилось в национальную новость.
«Банда» могла бы приписать всё себе в их кругу, если бы захотела. Но они решили не афишировать своё имя. Несмотря на масштаб и последствия переворота было немного неправильно, что использовать закон в своей битве. Они остались довольны результатом, но не гордились действом.
Коннор был немного горд. Это была его идея, и у неё было много нюансов. Тонкости обычно не являлись его коньком. У него была (честно заработанная) репутация — занимающего твёрдую и прямолинейную позицию для решения проблемы. Он видел драку во всех измерениях, но предпочитал прямой подход. Оставаться безучастным, ожидая новостей, что Рауля Эспозито (ублюдка, которого Коннор действительно ненавидел) арестовали, и что являлось итоговым наказанием тому за угрозы в адрес Пилар... было нелегко. Коннор хотел ощутить кровь этого ублюдка на своём лице.
Но, тем не менее, план был мудрёным и прошёл без сучка и задоринки и оказал намного лучшее воздействие, чем избиение Эспозито. Так что он ощущал небольшую гордость.
Сидя в кабинке для вечеринок в высококлассном стрип-клубе Вегаса, выпивая виски из бездонной бутылки и наблюдая за потрясающими танцами женщин, Коннор чувствовал себя удовлетворённым, даже когда аккуратно отсаживал в сторону третью девушку, предлагающую ему танец на коленях. Он был в прохвате, и танец на коленях в любом случае — не измена, но он никогда не понимал привлекательности танца на коленях. Вся эта канитель и без оргазма? Так в чём же тогда смысл…?
— Конман! Что случилось, брат мой? Ты отбиваешься от киски, как будто у самого есть. — воскликнул Эйт Болл (Прим.: в дословном переводе — магический шар, шар №8 в биллиарде, у Байкеров восьмёрка — отличительный знак, полученный путем совершения специфического секса со свидетелями) — президент материнского чаптера «Медных быков» из Талсе, падая рядом с Коннором на декоративный диван из леопардовой кожи.
Коннор рассмеялся и прикончил виски. Прежде чем он смог опустить вниз стакан, подошла обнаженная, сверкающая блестками девушка и снова наполнила его.
— Не от киски, Эйт. Лишь от предложения её. Я с удовольствием смотрю.
Эйт Болл пожал плечами, когда к нему подошла девушка. Он развел в сторону руки, и она приступила к своему обычному действу. Пока она извивалась на нём, он повернулся к Коннору.
— Думал, что увижу Хуса на такой большой встрече.
Коннор глотнул из обновлённого бокала.
— Ага, он планировал быть. Но слёг с каким-то гриппом. Хотя Барт на месте. Почему… у тебя есть что-то ещё вынести на обсуждение?
— Чёрт. Плохо. Ага, вообще-то есть. — Он сделал паузу, когда танец на его коленях стал более откровенным, а когда внимание к девушке ослабло, снова продолжил: — «Быки» опять подумывают о расширении, образовав чаптер в Северной Калифорнии.
Это привлекло внимание Коннора. Чаптер «Быков» в Неваде оставался по-прежнему относительно новым, ему не исполнилось ещё и трёх лет. Но «Быки» никогда не переставали жить вне закона. У них продолжающийся уже пару десятилетий небольшой, но хороший бизнес по торговле оружием.