Пламя и тьма (ЛП)

Переместившись, она толкнула его на спину, а потом двинулась вниз по кровати. Когда она взяла его член в рот, всасывая до основания, он потянулся вверх и схватился за подушку, притягивая края по обе стороны головы.
В ту секунду, когда он подумал, что сейчас кончит, она отступила и переключила внимание на его яйца вместо члена, облизывая их языком, всасывая в свой рот полностью каждое. Его мышцы задёргались и сократились, как будто к нему применили электрический заряд, и он почувствовал, как его мешочки натянулись под её языком. Он не мог вынести этого.
— Детка, давай.
— Хочешь кончить?
О чём она там думает?
— Да. Бл*дь, да. Ну же.
Он не собирался кончать, пока она не окажется прямо на его члене. Даже когда он был пацаном, у него никогда не было мокрых снов (Прим.: поллюции — непроизвольного семяизвержения). У него были безумно эротические сны, и он просыпался с ощущением, будто его член-мастодонт или что-то вроде того, но ему всегда приходилось сдёрнуть, чтобы получить облегчение. Так что пока она там внизу улыбается ему, слегка облизывая яйца — всё, чего она добивалась, это превращения его в абсолютного безумца.
— Насколько ты этого хочешь?
Он оторвал голову от подушки.
— Какого хрена?
Она усмехнулась, казалось, абсолютно не тронутая его страданиями.
— Умоляй об этом.
— Что? — даже его голос звучал практически панически. В чём состоит её игра?
— Скажи «пожалуйста».
О. Конечно, ладно, хорошо. Без разницы.
— Пожалуйста. Пожалуйста, детка.
Её усмешка стала совершенно развратной. Она снова переместилась, оказавшись на коленях между его ног. Нависая над ним, сжимая сиськами его член и стала раскачиваться взад-вперед, сгибая голову так, чтобы сосать и лизать его головку, пока дрочила ему своими сиськами.
Не в первый раз женщина доводила его так. Не так давно была клубная девушка — Эмбер, которая была известна этим. Но было что-то в том, чтобы увидеть так Пилар... Дерьмо-Христос-Е*ать-БОГ. Он кончил мгновенно, изгибаясь назад, но она продолжала двигаться вместе с ним, держась за него и выжимая его полностью.
Когда он расслабился, она улыбнулась ему с каплей спермы в уголке её красивого рта. И это была самая горячая вещь, которую он видел в своей жизни.
Затем изо рта выскользнул её язычок и слизал сперму, и ЭТО стало самой горячей вещью, которую он когда-либо видел в своей жизни. И он снова стал твёрдым.
Когда она заметила это, её бровь взметнулась от удивления вверх.
Он сел, схватил её, перевернул и стал затрахивать её до смерти.
~oOo~
После этого они нежились вместе, переводя дыхание, когда Пилар произнесла:
— Мы не использовали презерватив.
Коннор поднялся на локте и посмотрел на неё.
— Чёрт. — Она права. Он никогда не забывал о презервативе, но не в этот раз. Ему это даже в голову не пришло. Он должен был хотя бы заметить разные ощущения, но он полностью упустил всё это. Это был грубый, быстрый, жесткий, беспечный трах. Бл*дь. Бл*дь.
— Всё круто, не паникуй, — сказала она, поглаживая пальцами его нахмуренные брови. — Я заеду в аптеку по дороге домой. Но мы должны поговорить о здоровье. Ты проверялся? Я да… это часть моей работы, потому что мы соприкасаемся с жидкостями организма. Я чиста. А ты? Ты засовывал член по всему городу, так что, пожалуйста, скажи мне, что ты проверялся.
Он насторожился и оскорбился.
— Я всегда пользуюсь презервативом.
— Не всегда. — Пилар оттолкнула его и села. — Господи, Коннор. Серьезно? Ты не проверяешься?
— Местные девочки проверяются. А я оборачиваю член.
— Но ты трахаешь не только «местных девушек», что бы это ни значило. И мы только что не использовали презерватив. Боже! Поверить не могу, что только что сделала тебе минет!
А вот теперь она действительно оскорбила его. Он встал с кровати и посмотрел на неё.
— Я, бл*дь, не грязный! Это единственный раз, когда у меня был незащищённый секс после последних серьезных отношений. И не похоже, что я вколачиваюсь в каждую шлюху вдоль береговой линии. Господи Боже!
 
Она тоже встала, и они смотрели друг на друга через кровать. Они оба были обнажены, но Коннор ощущал себя голым не только телом. Что, чёрт возьми, здесь происходит?
Но потом Пилар глубоко вздохнула.
— Окей. Ладно, прости. Я не имела в виду то, что сказала. Я просто немного взбесилась. Я не забываю о презервативах.
— Как я уже сказал, я тоже. — Он одарил её хмурым взглядом, чувствуя себя настороженно.
— Ты же сдашь анализы? Пожалуйста.
— А ты будешь по-другому предохраняться? Таблетки или что-то ещё?
— Да. Это хорошая идея, — она улыбнулась. — Хотела бы я уделить этому больше внимания… могу поспорить, ты ощущаешься потрясающе без презерватива.
Он всё ещё был в бешенстве, но не смог себя остановить и тоже улыбнулся.
— Как мы упустили это?
Проводя руками вниз по своему обнаженному туловищу, по налитым сиськам, рельефно вылепленному животу, подтянутым бёдрами, Пилар ответила:
— Думаю, ты слишком горяч для этого тела.
Так и есть, и весь его гнев испарился. Он обхватил свой жёсткий член.
— А ты для этого.
Они смотрели друг на друга, прикасаясь к себе, и кровать между ними, казалось, обретала магнитное притяжение. Но затем Пилар покачала головой.
— Я больше не могу. Мне нужен перерыв. Типа еды и воды.
Смеясь, Коннор посмотрел на часы на комоде.
— Сейчас 10:30. Там, скорей всего, по-прежнему завтрак. Но, вероятно, также есть и тела в отключке.
— Если там есть кофе и, возможно, кусок хлеба, это будет похоже на День благодарения. — Она чуть наклонила голову на бок и посмотрела на него взглядом исподлобья. — А потом душ?
— Договорились. И я хорошенько тебя помою.
~oOo~
Удивительно, но зал был довольно-таки пуст. Джесси и Тина спали на диване в большей обнаженной куче, а Фарго вырубился один в кресле. Киану — самый последний принятый член клуба — проснулся и играл в видеоигру с небольшим звуком. Пустые бутылки и наполненные пепельницы были раскиданы повсюду, но для субботнего утра всё это выглядело не очень и плохо.
Коннор заметил, что это происходит — «Банда» остепеняется. Из четырнадцати членов клуба у шести: Хуса, Барта, Диаса, Джей Эйра, Мьюза и Демона — были старухи, и он не знал ни одного случая, чтобы кто-то из них сбился с пути. Ну, Джей Эйр и Диас использовали правило прохватов (всё, что происходит в дороге, там и остаётся), но это не считается. Эти мужики, как правило, покидали большинство вечеринок рано и трезвые. И он догадывался, что вступает в их ряды… хотя было ещё слишком рано быть полностью уверенным в этом. Всё это делило имеющуюся «Банду» пополам.
Пилар оглянулась вокруг, когда они вошли в зал, но казалось, ей просто немного любопытно и всё. Он повернул и повел её прямо на кухню, где был горячий кофе, какие-то кексы, остывающие в подносах, и сковорода с беконом.
Его мать управляла клубом и клубными женщинами. Он никогда не удосуживался понять, как и почему женщины были доступны членам клуба. Он знал, что есть женщины, которые считаются частью клуба, и что они «в списке» как они это называли, а также он знал, кто они такие, в основном из-за того, что кто-то всегда распускал сплетни, когда к МК присоединялась новая девушка. Они были честной игрой для мужчин. У большинства из них были рабочие места, но и здесь у них были свои обязанности: в дополнение к исключительному сексу только с «Бандой», они готовили еду и убирали клабхаус, общие спальни и всё такое. Им не платили. У них есть клубная охрана, место где жить, и на этом всё.
Этим утром Мари, которая была вроде как помощником его матери, и Шэрон дежурили на кухне. Шэрон была подругой Тины, и она одарила Пилар презрительным взглядом. Коннор остановился и посмотрел на неё в упор, пока она не встретилась с ним взглядом. Выражение её глаз изменилось с презрительного на нервное, а затем она отвела глаза в сторону. Хорошо.