(не) твой муж (СИ)

Масштаб катастрофы только начал вырисовываться. Если это всплывет, рухнет все, она рискует получить статью за мошенничество.
- Что ты сделал, мать твою?! - она взглянула на Виктора.
- Я обезопасил тебя.
- Ты деньги свои обезопасил! - сдавленно прошептала она. - А сейчас подкатываешь ко мне, чтобы добраться до них?!
- Если бы я просто хотел до денег добраться, разве я стал бы показывать тебе это сейчас?
Эмоции просто захлестывали ее.
- Какой же ты мерзавец, Виктор, - она с силой сжала кулаки. - Ненавижу тебя!
Сейчас Виктор был бледен, глаза горели каким-то глубинным огнем, а губы вытянулись в тонкую линию.
- Неважно, - сказал он тихо. - В тот момент это спасло тебе жизнь.
Потом оглянулся, быстро собрал все документы в папку, сложил обратно в ящичек и запер ячейку, а потом повернулся к ней:
- Уходим.
Настя была в таком шоке, что сил ее хватило только на то, чтобы выйти ровной походкой и сохранить лицо. Она даже не заметила, что Виктор не все бумаги сложил обратно в папку и запер в ячейке, а что-то взял с собой. Он только успел ей шепнуть на ухо:
- Подождешь еще немного? Я быстро.
Она кивнула, все равно сейчас ей нужно было время, чтобы осмыслить свалившееся ей на голову.
Пока запирали хранилище, пока Виктор общался с администратором, она стояла в стороне, стараясь даже не смотреть туда. Только один раз взглянула. Он что-то говорил администратору и при этом улыбался, как человек, довольный жизнью. Жестикулировал, словно специально выставлял на обозрение документы, которые держал в руке.
Наконец он закончил, попрощался с администратором и направился к ней.
- Заждалась? Прости, - проговорил на грани слышимости.
На них смотрели. Посетителей немного, они в центре холла, ей опять пришлось подавить эмоции.
- Можешь не утруждаться.
Сейчас Настя ничего не хотела слышать, анализировать, понимать. Ей просто нужно было на воздух. Он шумно выдохнул и кивнул.
***
Снаружи погода испортилась, за то недолгое время, что они находились в здании банка, успело натянуть облачность, начался ветер. Стало прохладнее, но Настя этого не чувствовала. Справа в двух-трех минутах ходьбы был сквер, Виктор показал на него взглядом.
- Пойдем туда.
Надо было собраться, прийти в себя, но все давалось с трудом. Виктор шел рядом молча, файл этот пластиковый держал в руках. Некоторое время они так и двигались по аллее сквера, пока Настя не присела на свободную скамейку. Он сел и отряхнул брюки. Настя показала на файл с документами.
- Что это?
Он протянул ей файл. Достаточно было беглого взгляда, чтобы понять. Это были документы на собственность, которая подлежала разделу при разводе. Это с самого начала привлекло ее внимание, он отдавал гораздо больше, а тут небольшая фирма, и почему-то доли. Однако спросила Настя другое.
- Что это за деньги?
Виктор пожал плечами и усмехнулся:
- Удачная сделка.
- Если это удачная сделка, то почему ты так тщательно концы спрятал? - спросила она жестко. - А твои теперешние деньги?! Откуда они, Виктор?!
Сотни предположений теснились в голове, одно другого хуже. Его кривоватая улыбка сделалась откровенно мрачной, он снова отряхнул брюки.
- Делать деньги - это единственное, что я умею, - проговорил он глухо. - Просто иногда слишком сложно бывает выйти чистым из игры.
Потом взглянул на нее и добавил:
- Не бойся, никто не знает, что счета на твое имя. Если и будут охотиться, то только за мной.
- Пошшел ты! - не выдержала она.
Боже, как это ее вымораживало! Настя знать об этом ничего не хотела. Наконец она справилась с собой и проговорила, пересматривая документы в файле.
- Что с твоим разводом?
- Все остается в силе, - Виктор кивнул.
- Но ты же...
У нее ум за разум заходил. Ведь если все так, как оно есть, то его брак с Ингеборгой недействителен.
- Все остается в силе, - с нажимом повторил он.
Повисла напряженная пауза.
Слова не шли. Мыслей слишком много, одно громоздилось на другое. Она ничего не могла четко сформулировать, потому что теперь все в ее представлении становилось с ног на голову. Потом, когда все немного уляжется, она обязательно выстроит целостную картину. Но кое-что надо ей было выяснить прямо сейчас.
 
- Какое отношение ко всему этому имел Михаил Аркадьевич?
Странное выражение промелькнуло в синих глазах мужчины, он подался к ней ближе.
- А ты не догадываешься?
Хороший вопрос. Виктор просто мастер задавать вопросы и запутывать ее еще больше.
Он смотрел на нее и ждал ответа, а у Насти перед глазами сразу прошло все, начиная со дня знакомства со Степановым. Ее первое впечатление о нем. Строгое лицо, даже суровое, взгляд из-под кустистых бровей.
Михаил Аркадьевич никогда не повышал голос, вел себя по отношению к ней исключительно корректно. Его какие-то проявления заботы никогда не выходили за рамки отношений начальник-подчиненная, и все же она чувствовала себя рядом с ним защищенной.
Даже в тот последний раз на курорте, когда он взял ее с собой в непонятном качестве то ли личной помощницы, то ли спутницы, то ли эскортницы и столкнул лбами с Виктором. Он был предельно вежлив и внимателен. И он защищал ее, заботился.
И потом тоже, когда помог ей устроиться в фирму Борщевского переводом.
Правда, теперь Настя понимала, что защищал Михаил Аркадьевич прежде всего свою дочь. И, возможно, именно от нее. Или... У нее не было версий, только смутные догадки. Но это не меняло главного.
- Что бы ты ни сказал сейчас, мое мнение об этом человеке не изменится. Я не перестану уважать его.
Виктор резко выдохнул и отвернулся, качнув головой. Потом рассмеялся с усилием и проговорил:
- Тебе и не придется.
Когда он снова взглянул на нее, синие глаза горели нехорошим огнем.
- Это ведь не тебя он поставил в жесткие условия.
Повисла колючая пауза, наконец Виктор заговорил. Отрывисто, как будто слова давались ему с трудом.
- Твой Михаил Аркадьевич выкупил мой контракт.
- Как это?
- А вот так. Большой бизнес только сверху белый.
- Но контракт?
Он усмехнулся и проговорил:
- На меня контракт. Был кое-кто, считавший, что я должен ему денег. Сделка была честная, просто некоторые не желают проигрывать.
Настя внезапно похолодела. С кем он связался?
- Это те...
А он бросил на нее быстрый и какой-то диковатый взгляд.
- Успокойся, о тех счетах неизвестно никому, для всех деньги просто исчезли, растворились. Но твой Михаил Аркадьевич как-то узнал, что ты моя жена, и надавил на меня. Мне пришлось. Остальное ты знаешь.
Он вдруг замолчал, потом взглянул на нее и с жаром произнес:
- Но когда я увидел, что ты с ним... Настя. Я чуть с ума не сошел!
Мороз по коже. Сразу всплыло в памяти все.
И тот последний разговор, когда она под диктовку Михаила Аркадьевича добавляла в проект брачного договора пункты о разводе.
«Я бы предложил вам брак и смог бы защитить от любых посягательств».
Теперь эта фраза ее бывшего шефа приобретала совсем другой смысл! А заодно стало понятно, почему Михаил Аркадьевич настаивал, чтобы бракоразводным процессом занималась именно она.
«...мне осталось меньше года».
Он знал, что умирает, и подстраховался. Потому что любой юрист на ее месте вскрыл бы все нарушения. А ей придется довести дело до конца.
- Вот потому я был против, чтобы ты лезла в это дело, - глухо проговорил Виктор. - Это темный мир, я не хотел, чтобы это когда-то коснулось тебя. Не хотел, чтобы ты пострадала из-за меня.
Что?!
- Ты. Бросил меня, - проговорила Настя, задыхаясь, - вышвырнул как тряпку! Думаешь, я не страдала? Думаешь, мне пережить это было легко?!
У нее от боли стиснулось горло, а злость просто выжгла все. Она отвернулась, прохладный ветер налетал порывами, трепал волосы, хотелось закрыть глаза и...