Путь к сердцу мужчины (СИ)

— Вообще-то это моя машина! — подала еще раз голос я, пытаясь вразумить мужчин.
— Валентина, помолчи, — шикнул на меня Гоша, отмахнувшись словно от назойливой мухи. В смысле «помолчи»? Я не для этого училась говорить, чтобы сейчас молчать. Это и поспешила высказать Георгию. Шовинист хр*нов!
— Валя! — рявкнул Гоша. Схватил меня за локоть, открыл пассажирскую дверь своего черного монстра, грубо меня запихнув во внутрь авто, и захлопнул дверцу, ключами от сигнализации блокируя все выходы. Ну, Серов! Я тебе еще устрою!
Пытаться стучать и кричать не видела смысла. Поэтому решила молча понаблюдать, потирая руку. Больно же, гад такой. И нисколько не сожалеет о содеянном, судя по выражению лица.
Пожал руку водителю эвакуатора, забрал из копейки мою сумку и не став дожидаться, когда мою машину загрузят, вернулся в свой джип, кидая мне сумочку.
— Молчишь? — усмехнулся, поглядывая в зеркало заднего вида. Я не ответила. Обиделась! — А где скандал? Экспрессия? Разодранное лицо?
Фыркнула в немом возмущении. Такое прекрасное лицо портить не собиралась. Мне с ним еще каждое утро просыпаться. Не дождется!
***
Буря в душе Серова не унималась. Валя напрочь сшибала все его представления о женщинах, которые он собирал по крупицам, всю свою жизнь. Она была не такой! Вечно предпочитала сделать по-своему, даже не пытаясь его услышать. Неужели так сложно сделать так, как хочет он?! Нет, она делала наперекор. Выстроила в своей маленькой темноволосой головке какой-то свой мир, со своими понятиями и следовала ним, не внимая Гоше. Это злило, бесило, выводила его из душевного равновесия.
Он не понимал какого лешего, связался с ней. Почему вдруг увидел в ней женщину и сделал эту женщину своей. Следовало бы выгнать ее еще в первый день, когда она заявилась к нему домой. Настоять на своём, в конце концов, вызвать полицию. Возможно пятнадцать суток остудили бы пыл Валентины.
Что же, думать и рассуждать было слишком поздно. Валя крепко вошла в его жизнь, переворачивая ее вверх дном.
Высадил ее возле дома, а сам с места газанул. Поскорее бы убраться куда-то, чтобы не видеть ее. Убьет же, ей Богу! Пристукнет и любой суд его оправдает. По крайней мере, он на это надеялся.
Додумалась же купить эту развалюху на колесах. Ему бы в голову не пришло даже смотреть в сторону такого раритета, но Валя была элементом, ломающим его мозг. От нее следовало ожидать всего.
Кинул джип на парковке ближайшего бара, вошел во внутрь и тут же потребовал водки. Стопку. А лучше сразу две, чтобы накачаться наверняка.
Выпил одну за одной и немного отпустило. Даже смог расслабиться, скинуть куртку. Возвращаться в квартиру не было никаких сил. Ни моральных, ни физических. Следовало закругляться со всей этой эпопеей, под названием: «отношения». Только как это сделать Гоша не знал. Черт! Он никогда не бросал женщин. Обычно они не выдерживали его холостяцкого темпа жизни и сбегали. Сами! Валентина же сама явно не уйдет. Да что там! Ее не любой газ выкурит!
— Не угостите даму? — девичий голосок ворвался в мысли Серова, растекаясь в голове сладкой патокой.
— С удовольствием, — заулыбался, как умственно отсталый, принимая заказ на выпивку и повернулся к своей феи из парфюмерного. Как тесен мир!
— Как сестра? — между делом уточнило девушка, закинув ногу на ногу. Гоша проследил за ее движением, сглотнул тугой комок в горле, возникший из ниоткуда и кинул в Алевтину рассеянный взгляд. Какая такая сестра?! — Духи понравились?
Тут же элементы пазла встали на свои места. Он и забыл про те духи, которые притащил Валентине в знак примирения.
Задумчиво кивнул, не углубляясь в рассказ, а сам пытался вспомнить, пользовалась Валя ними хоть раз. Воспоминания не торопились появляться, а фея, из его снов, стала нетерпеливо поддергивать ножкой. Феи вообще не славятся терпением, когда дело касается их персоны. Как это всё внимание мужчины направлено не на нее?! Приходится в срочном порядке, будто невзначай, поглаживать мужчину по плечу.
— Извините… — она делает вид, что пытается вспомнить как его зовут, хотя имени его никогда не знала.
 
— Георгий. Для Вас Гоша, — любезно подсказывает, слегка поплывший, Серов. Вокруг летают купидоны и стреляют в него стрелами, где вместо наконечника, красуются ярко-красные сердечки.
— Гоша, — мурлычет, своим прелестным голоском, фея. — Не могли бы Вы дать мне свой телефон позвонить? У меня села батарейка.
Хрупкие плечи, в глубокой печали, опускаются, словно на них лежит тяжесть всего мира. Дама оказалась в беде! Даму надо спасать!
И Серов, как истинный джентльмен, приходит на помощь. Он — мужчина. Добытчик! Он готов оторвать голову любому, лишь бы фея снова улыбалась. Когда ее лицо озаряет улыбка, в темном баре, будто врубают миллион огоньков. Ярких, жалящих своим светом.
Алевтина снова улыбается. Принимает из рук Гоши смартфон и тут же набирает свой, выученный наизусть, номер. Да, она его обманула, если можно так назвать ее маленькую хитрость. Это же все ради любви! Он понимает. Он совершенно не злиться. Только смеется и качает головой. Настоящим женщинам позволительны такие финты.
— Теперь у Вас есть мой номер. Звоните, если кому-то еще понадобятся духи. Я буду рада помочь, — Аля откидывает с груди свои белокурые волосы, выставляя, тем самым, на обозрение глубокое декольте красивого коктейльного платья. Гоша тут же ныряет взглядом в выставленные красоты и снова расплывается в дурацкой улыбочке.
Мозг превращается в розовый кисель. То ли благодаря водке, то ли сказывается благотворное влияние феи, но все отходит на задний план. А главное злость, бурлящая в нем совсем недавно, растворяется под благотворным влиянием идеала. Все-таки просто чудесная идея была пойти именно в этот бар. Просто превосходная!
  
Глава четырнадцатая
 
Бойкот Серова был мне не понятен. Я не видела в своем поступке ничего плохого, из-за чего стоило так нервничать, а тем более бросать меня одну на парковке и уезжать. Что же, я девушка не гордая, до квартиры своими ножками дойду, дверку сама, своими ключами открою, но понимание ситуации мне это, к сожалению, не принесет.
Время близилось к полуночи. Телевизор вещал о росте доллара по отношению к рублю. Я слушала вполуха, борясь с желанием набрать номер Гоши, чтобы узнать его примерное местоположение.
Засранец! Уехал молча, ничего не сказав, а я тут сиди, значит, волнуйся. И знаю же, что Серов взрослый мальчик. Более того — мужчина, способный постоять за себя. Только мой мозг давно не хозяин глупому сердцу. А оно, сердце, беспокоилось.
Приняла душ, переодевшись в ночную сорочку, сходила на кухню, попив чая, попыталась вникнуть в события, о которых продолжал бормотать телевизор. Надо было срочно себя чем-то занять и не скатиться до банальной истерики, где я, размазываю по красной опухшей мордуленции слезы и дрожащими пальцами пытаюсь набрать номер ближайшего морга.
Так явно представила себе данную картину, что не заметила, как хлопнула входная дверь. А потом появилось тело. Именно так — тело. И это тело ничего общего, кроме внешности, с моим Серовым не имело. Оно шаталось, смеялось, с каких-то себе известных шуток, ворчало на дверные проёмы, которые решили станцевать лезгинку, не желая пускать хозяина домой.
Наконец, тело ввалилось в гостиную, где на диване восседала я, дотопало, до того самого дивана, и шумно сгрузилось, неопрятным мешком. Я присвистнула, даже не подумав подвинуться.
— С чего попойка? — спросила, не слишком ожидая услышать ответ.
— Это ты моя фея? — вопреки моим ожиданиям, вопросил патетически Гоша, протянув ко мне руки. Потом приоткрыл один глаз, потому что второй, явно не хотел видеть окружающий мир, шумно вздохнул и опустил руки. — А… Это ты — ведьма.
Умные люди говорят: «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Раньше я к ним прислушивалась, но сейчас почему-то не очень хотелось. И какая это у Гоши моего, фея образовалась?! Вот где более важный вопрос!