Дорога сильных. На пороге мира (СИ)

Девушка прыгнула, толкая щитом в верхнюю часть щита противника, махнула мечом сверху вниз. Воин шагнул в сторону, пропуская ее мимо себя, протянул деревяшкой поперек спины. Не сильно, но чувствительно. Линда выгнулась, охнула и тут же развернулась к гьярравару. Шипя, втянула воздух сквозь зубы и вновь подняла щит.
Рейнар шагнул вперед.
— Хватит скакать, ты не на танцах, — рыкнул он на джерре.
Воины в соседней двойке заухмылялись, девушка глянула на них зло.
— Щит ниже держи, — велел тэн, — ты ж не видишь ничего. И плечи расслабь.
Он взял девушку за талию, разворачивая так, как считал нужным. Рядом с мужчиной, высоким даже для джеррца, Линда со своими «метр семьдесят три» казалась миниатюрной. Стройная и спортивная, она неплохо двигалась, явно занималась какими-то единоборствами, но меч со щитом ей мешали. Что делать с ними, она не знала.
«Хороша» — стучало в голове, и взгляд помимо воли блуждал по лицу, цепляясь за высокие скулы и миндалевидные глаза, трогал аккуратные губки, скользил по шее и пытался нырнуть в вырез рубашки.
Витьке и заглядывать-то было не надо. Закрыть глаза — и вспомнить, какой увидел ее впервые в этом мире. Рыжая, длинноногая и злая. И совершенно голая, как и все те, кто оказался жив.
«Подростки задыхались от ужаса и смущения, слезы лились ручьями. Крики мешались со звоном оружия, воздух дрожал над холмом»
Они мало что понимали и могли, а как пришли в себя, все закончилось. Строптивых, что пытались бежать, укротили. Всем дали одежду и обувь и повели — мимо крови на камнях и мертвых людей с пустыми глазами.
В лес с запахом холодной весны.
— Бой!
И вновь — утоптанная до состояния камня земля, шаги, отскоки, выпады, рубящие удары, тычки щитом и попытки опрокинуть. Линда напоминала щенка, что скачет вокруг здоровенного волкодава, пытаясь укусить, а тот лениво отбрехивается. Их пара была настолько неравна, что вызывала бы смех, не пылай девушка такой злостью и упорством.
Тычок щитом и обозначенный удар по шее. Рубящий в бок. Рука, отсушенная от удара, принятого на клинок. Раз за разом она оказывалась на земле, но поднималась вновь. Лохматая, взмокшая, с дыханием быстрым и рваным. Смешки и разговоры, что гуляли между мужчин, стихли, все следили за этой странной девушкой. Не единственной боевой девицей в этих северных землях, но все же — странной. Чересчур злой и упорной для изнеженных детишек другого мира.
— Вик, что тут… ох, Линда! — раздалось за плечом.
Витька обернулся.
Мия и Маргарита, прохладный север и жаркий юг. Первая маленькая, хрупкие ключицы, тонкая шейка, волосы светлые, легкие, будто пух. Вторая фигуристая, с высокой грудью и тяжелыми бедрами, с длинными черными косами.
Рита нахмурилась и шагнула, было, вперед, но Виктор поймал за руку.
— Это ее выбор. Не мешай.
— Он же ее убьет!
— Не убьет.
Рейнар выкрикнул что-то на джерре, Оден ринулся вперед, смел, и Линда, теряя щит, упала на спину. Перекатилась, уперлась ладонями, готовая встать вновь, но воин ударил поперек спины, и она рухнула на землю.
Рита сверкнула глазами и выдрала ладонь из захвата.
— Нет, говоришь? Я не хочу смотреть, как ее калечат.
Витька стиснул зубы, глядя, как девушка медленно отжимается от земли, встает на колено, готовая подняться вновь.
— Хош! — хлопнул в ладоши тэн, заканчивая бой.
Оден сунул подмышку деревянный меч и протянул ладонь девушке. Та ухватилась и с кряхтением поднялась. Воин хлопнул ее по плечу, Линда качнулась, морщась, но устояла.
— Ты ничего не умеешь, — сказал тэн Рейнар, пристально глядя на девушку. — Любой из этих людей убьет тебя.
Воин говорил, причудливо мешая русский и джерр, не утруждая себя тем, чтобы быть отчетливо понятым. Но Линда понимала и стискивала зубы, заставляя себя не отвечать на нелестные слова.
— А еще ты упрямая. Сильная, — добавил тэн. — Оставайся. Я поговорю с Лусаром о тебе.
— Спасибо, — одними губами прошептала девушка и улыбнулась.
Витька подошел ближе, подобрал меч и щит.
— Ты как?
Рыжая усмехнулась, но тут же скривилась, хватаясь за бок.
 
— Избита, — мрачно выдохнула Рита вместо Линды. — Добилась своего, да? Вот скажи, оно того стоило?
— Да.
— Ненормальная. Идем, осмотрю тебя, вдруг что сломали.
— Марго, там синяки, не больше. Мне не впервой.
Витька вскинул брови, девушка пояснила:
— Двоюродные братцы-близнецы, всего на год старше. Мы росли вместе. И, конечно, дрались.
— Держу пари, ты была зачинщицей, — с усмешкой сказал Виктор.
— Эй, ты за кого меня принимаешь? Я была милашкой, а эти злыдни меня обижали.
— Правда?
— Нет, — широко улыбнулась она. — Я их вечно дергала, они терпели, но потом психовали. И влетало им всегда больше. Потому что старшие, мальчики, да еще и вдвоем. И все же, мы были бандой. Да, здорово было. Хех…
Она резко погрустнела. Виктор понимающе улыбнулся.
— Скучаешь. Нет, это нормально — скучать и грустить.
— Больше всего я боюсь забыть.
Линда вздохнула и поджала губы. И тут же вздрогнула, когда Марго стиснула ее предплечье — как раз в том месте, куда пришелся один из ударов Одена.
— Больно вообще-то!
— Именно, — мрачно выдохнула Маргарита. — И я тебя все-таки осмотрю. Невзирая на твой… богатый опыт.
— Не советую спорить с врачом, — ухмыляясь, сказал Виктор.
Рыжая скривилась, но позволила Марго утащить ее за собой. Парень проводил их взглядом и лишь после обратил внимание, что Мия осталась с ним.
— Поговорим?
Девочка несмело кивнула…
…позже уже он обдумывал рассказ Мии.
По всему выходило, что прошлой ночью маги провели ритуал. Какой точно, девочка не поняла, да и не хотела узнавать больше — грен Лусар пугал ее почти до заикания. Но там была кровь и что-то такое мощное, что ее тошнило от магического эха.
И — Дэн с Юлей.
Их не было в комнате ночью, но утром они казались… почти нормальными. Парень, обычно болтливый до назойливости, был тих и задумчив — и при этом уверял, что проспал всю ночь. Юлю Виктор знал не очень хорошо, но был уверен: эта девочка-подросток, похожая на бельчонка, слишком тиха, чтобы уйти куда-то по своей воле.
И она, конечно, тоже спала.
Витька не знал, поверили ли маги в их с Линдой ночное свидание, и не связывают ли их с прогулкой Мии, но решил оставить все, как есть. Он еще найдет ответы. Потом, когда утихнет шум. Когда отстанут от девочки. Когда надоест мыть кости им с рыжей.
Он умеет ждать и помнить.
С Мии Виктор взял обещание не лезть с расспросами и держаться подальше от магов — настолько, насколько это вообще возможно. Осталось убедить в этом Линду с Ритой.
  
Глава 3
 
Лера
Может, кто-то и мечтал о том, чтобы попасть в другой мир, но точно не Лера. Никогда, даже в шутку. Еще в школе на уроках истории она ужасалась тому, как люди жили в прошлые времена. Даже век девятнадцатый, по которому вздыхали романтичные барышни, ее не вдохновлял. Что уж говорить про Средневековье? Пот, кровь и боль. Грязь, весь мир, утопающий в грязи. Болезни. Войны. Всесильная Церковь. Короткая серая жизнь, особенно унылая у женщин.
Какой идиот станет об этом мечтать?
Ее полностью устраивал мир свой. Большие города, машины и самолеты, горячий душ и фен, телевизор и смартфон, салоны красоты и кафе. Медицина, в конце концов. Цивилизация.
— Ци-ви-ли-за-ци-я, — прошептала она, едва шевеля губами.
Усмехнулась невесело — до того горьким показался вкус этого слова. Кислый ужас первых дней давно оставил ее, ушли в прошлое ночи, после которых она просыпалась красноглазая и на мокрой соленой подушке. А горечь осталась, перекатываясь на языке мыслями о прошлом.
Чудес она тоже не жаждала, но они могли бы примирить с отсутствием благополучия и комфорта — а то и заменить их, — но мир этот, условно магический, чудесами не баловал. До сих пор почти все, что она видела здесь, укладывалось в ее представления о Средневековье.