Keeping 13 (ЛП)

— Знаешь, по чему я скучаю? — Сказал Тадхг, к счастью, меняя тему. — Бесплатные подарки Ифы с работы.
— О, да, — согласился Олли. — Раньше она приносила нам домой все самое лучшее. — Почесав затылок, он огляделся и спросил: — Куда она подевалась?
— Ну, она принадлежит Джоуи, — хрипло объяснил Тадхг. — Значит, когда его не будет рядом, ее тоже не будет.
— О, хорошо, — ответил Олли, с радостью принимая это объяснение. — Хотя ему следует оставить ее себе. Она такая красивая.
— Да. — Тадхг кивнул в знак согласия. — Она — нечто другое.
— Тадхг Линч, — поддразнила я. — Ты влюблен в Ифу?
Его щеки стали ярко-розовыми. — Нет.
— Оу, — я упала в обморок. — Ты такой милый.
— О, отвали, — раздраженно бросил он в ответ.
— А ты теперь еще симпатичнее, когда у тебя ломается голос, — хихикнула я. — Мой маленький Тадхг растет. — Приподняв брови, я спросила: — Нам стоит поговоритьоб этом?
— О том, что Джонни тайком входил в твою комнату каждую ночь на неделе, когда был здесь? Голый, — выпалил он в ответ, не сбиваясь с ритма. — Этот разговор? Конечно. Ты хочешь поговорить здесь или внизу, на кухне, с его матерью?
Я быстро захлопнула рот.
— Да, я так и думал, — ответил он сам себе, понимающе ухмыльнувшись мне.
— Даррен приезжает на выходные, чтобы помочь Делли, пока Джон уехал на матч, — сказал тогда Олли. — Надеюсь, он привезет Алекса.
— Я надеюсь, что Алекс не приведет Даррена, — возразил Тадхг с дьявольской ухмылкой.
— Будьте милы, — усмехнулась я. — У него, наверное, будет полная машина подарков для вас, ребята.
— И это правильно, — согласился Тадхг. — Он должен нам их за пять лет.
— Верно, — торжественно согласился Олли.
— Вы двое ужасны, — рассмеялась я.
— Как ты думаешь, он сегодня нервничает? — Затем спросил Тадхг. — Джонни?
— Нет, — ответил за меня Олли. — Он Джонни. Он ничего не боится — и с ним его отец. — Он улыбнулся. — Джон.
— Боже, избавься от этого увлечения Джоном, ладно? — пробормотал Тадхг. — Ты как сталкер.
— Как ты и Делли? — Возразил Олли. — Ты любишь ее.
— Да, люблю, — парировал Тадхг, не моргая. — Сильно.
— Да, я тоже, — счастливо вздохнул Олли. — Она лучшая.
— Эта еда, — задумчиво добавил Тадхг. — Так много еды.
— Шэннон толстеет, — бросил Олли. — Ей тоже нравится еда Делли.
— У меня восьмой размер, ты, бандит, — выдавила я оскорбленно. — Я вешу 7 с половиной стоунов. Я не толстая.
— Ты не называешь девушек толстыми, старина, — простонал Тадхг. — Помнишь, что сказал нам Джоуи? Они всегда тощие — даже когда это киты.
— О, да, — смущенно ответил Олли. — Но она заняла весь этот камень, помнишь? Делли плакала, потому что была так счастлива? Помнишь? Врачи сказали, что у нее остались кости и кожа, и ей нужно было вывести камни, иначе ей станет хуже.
— Кожа да кости, — поправил Тадхг с болезненным вздохом. — И не беспокойся об этом, Шэн. Ты все тот же повеса.
— Я никогда не была распутницей, — фыркнула я, чувствуя себя неловко. — Прекрати говорить об этом.
— Мы все толстеем, — с улыбкой сказал Олли. — Дело не только в тебе, Шэн. — Он улыбнулся и похлопал себя по своему тощему животу, который медленно наполнялся. — Видишь?
— Говори за себя, — парировал Тадхг, выглядя немного более коренастым, чем его обычное худощавое телосложение. — Я набираю мускулы.
Затем трижды просигналил автомобильный гудок, сигнализируя Бидди о моем повороте, и я спрыгнула с кровати. — О, ребята, извините, но мне нужно идти, — сказала я братьям, выбегая из своей комнаты и устремляясь к лестнице, моя улыбка ширилась с каждым шагом, который я делала.
— Наслаждайся, Шэннон, любимая, — рассмеялась миссис Кавана, когда я ворвалась к ней на кухню, как летучая мышь из ада, едва увернувшись от Шона, который был одет шеф-поваром и играл со своей игрушечной кухней.
— Спасибо, Эдель. Пока, Шон, — крикнула я в ответ, прежде чем выбежать на улицу и распахнуть заднюю дверцу серебристого Ford Focus Гибси.
— Где пожар? — Гибси хихикнул, а затем громко хрюкнул, когда Клэр с пассажирского сиденья ударила его в живот.
 
— Фильтруй, Джерард, — прошипела она. — Давай!
— Вот дерьмо, — пробормотал он. — Я даже не думал…
— Все в порядке, все в порядке, — ответила я, поспешив закрыть дверь и пристегнуть ремень безопасности. — Теперь мы можем ехать? Это его первый выход в стартовом составе за главную команду, и я не хочу по нему скучать.
Когда я зашла в бар "Бидди", меня встретило море знакомых лиц и ирландских футболок. На огромном телеэкране, прикрепленном к стене, уже показывали матч. Зелено-белые майки заполнили экран. Это было все, что я могла видеть. Фиджи против Ирландии. Боже, это было серьезно. Это было важно. Я знала, что мистер Кавана стоит в толпе где-то на этом стадионе на другом конце света, болея за своего сына, ожидая, когда мы привезем его домой, к нам, и эта мысль заставила меня улыбнуться.
Когда я оглядела людей в комнате, членов семьи Джонни, я увидела, как сильно его любили. Эти люди подбадривали его. Следуя за Гибси и Клэр, я последовала за ними к их обычному столику, где меня приветствовали Фели, Хьюи, Кэти, Лиззи и остальные его товарищи по команде из Томмена, за исключением Кормака и Ронана.
Беспокойство терзало меня изнутри, когда я застенчиво поздоровалась с его друзьями и устроилась на стуле за столом, беспокойно дрыгая коленями. Порывшись в кармане джинсовых шорт, я достал банкноту в пятьдесят евро, которую дала мне миссис Кавана, и сделал заказ на бутылку кока-колы у Гибси, который направлялся к бару.
Завернувшись в нестиранную майку Джонни, я покорно игнорировала направленные на меня взгляды и приглушенный шепот — отчасти потому, что я была "дочерью того человека, который убил себя и свою жену", но главным образом потому, что я была "куклой молодого Кавана" — и сосредоточилась на экране телевизора.
Когда две команды выбежали из туннеля на поле, толпа в баре сошла с ума.
Это было нереально.
Он был там.
На экране телевизора.
Номер 13.
Мое сердце билось так сильно, что мне пришлось прижать руку к груди, чтобы не упасть. Клэр протянула руку и сжала мою в знак поддержки. — Просто дыши, — подбадривала она, понимающе улыбаясь мне, и я была благодарна за физический контакт. Мне нужно было за что-то ухватиться в этот момент.
— Залезай туда, кэп, гребаная легенда! — Гибси одобрительно закричал, ставя на стол три бутылки кока-колы для Лиззи, Клэр и меня, прежде чем опрокинуть половину своей пинты, не отрывая глаз от телевизора. Явно переполненный гордостью, он покачал головой, улыбаясь про себя.
А затем заиграл "Зов Ирландии", выделяясь из окружающего звука, и дрожь пробежала у меня по спине.
О Господи…
Это было оно.
Это было оно!
Камера увеличивала изображение игроков, одного за другим, и когда она остановилась на Джонни, громкость шума в баре зашкаливала по шкале Рихтера. Старики триумфально стучали кулаками по стойке бара, подбадривая героя своего родного города. Мужчина, которого Джонни называл "Толстый Пэдди", буквально танцевал на столе с владельцем бара. Фели обхватил голову руками и с благоговением уставился на экран. Хьюи выплакал глаза, хлопая в ладоши своему другу. Остальные его товарищи по команде были в бешенстве. Это было безумие…
— Однажды я собираюсь побывать там, — заявил Джонни, кивнув головой в сторону телевизора. — В один прекрасный день это буду я, Шэннон.
— Я знаю, — ответила я, веря каждому слову. Прикусив губу, я повернулась к нему лицом и сказала: — Не забывай обо мне, когда станешь богатым и знаменитым игроком в регби.
Тряхнув головой, чтобы избавиться от воспоминаний, я сосредоточилась на матче, который разворачивался на экране телевизора, ни разу не оторвав глаз от 13 грин на протяжении всего первого тайма и во втором.