Безымянный (СИ)

— Если бы не знала, чем вы занимаетесь, то заподозрила бы вас в саботаже, — улыбнулась Светлана.
— А этот вопрос уже относится к индивидуальной эффективности каждого. Можно целый день стрелять и не убить ни одного врага, при этом громко крича и вдохновляя других личным примером, а можно тихо сделать один выстрел и взорвать склад с топливом или боеприпасами… — Алексей замер от столь простой идеи, только что озвученной им. Видя, как изменилось лицо Алексея, Светлана решила спросить:
— Как я поняла, вы сейчас решили заняться именно этим?
— Верно. Полетели.
Алексей активировал отвод глаз, и флаер улетел за линию фронта. В первую очередь нужно лишить врага господства в воздухе, и Алексей направил флаер в то место, где раньше разрушил аэродром, но немцы не стали его восстанавливать. Нужно было искать. Алексей поднял флаер на высоту около десяти тысяч метров и, перейдя на рунное зрение, внимательно осмотрел доступную местность. На пределе видимости в небе били замечены сигнатуры самолётов. Алексей направился и их сторону, снизившись тысяч до семи. Он как-то упустил оснащение флаера обогревом и сейчас было весьма холодно.
— Светлана Анатольевна, вы не принесёте из багажника несколько красных кирпичей, — не отрываясь от управления сказал Алексей.
Светлана направилась к Хорьху.
— Там в багажнике фрукты есть. Их можно принести сюда и кушать.
— Да как-то неудобно не делясь с товарищами кушать такие продукты.
— Верно, не удобно, но летать мы с вами будем очень долго, а фрукты очень быстро портятся и будет очень обидно их выкидывать.
Светлана принесла кирпичи, и Алексей быстро отвлёкся и на один из них наложил руны на обогрев. Положив этот кирпич на два других, Алексей активировал рунную цепочку, и камень начал отдавать тепло.
Света из фляги помыла над люком руки и фрукты и принесла их в кабину.
— О. А у нас тут потеплело. Это что кирпич так греет? Ух ты! И правда. И сколько он так может греть?
— Сколько будет нам необходимо. Сейчас я подаю на него энергию, которая преобразуется в тепловую. Попробуйте, Светлана Анатольевна, посмотреть через целительское зрение.
— Я как-то забываю о такой возможности.
— А зря. Потоки энергии помогают определять истину. Любая ложь искажает потоки энергии и приводит к смерти в конечном итоге.
— Это вы всё беседу с Сахаровым забыть не можете?
— Видимо, да. Хотелось бы, чтоб вы не только писали отчёты, но ещё и лучше понимали меня.
— Для чего вам это? Ну, чтоб я вас понимала?
— Для упрощения общения, а вы о чём подумали? Посягать на вас, как на женщину я не собираюсь.
— А жаль. Может быть я этого хотела.
— Увы. Поскольку я женат — это просто не возможно.
— Вы так сильно её любите?
— И это тоже, но если смотреть на это дело, то любое предательство, а измена это предательство, оставляет вкрапления, искажающие ток энергии, и эти вкрапления, требуя подпитки, будут подталкивать на повторение любого предательства. Последствия вы понимаете?
— Понимаю. Алексей Николаевич, а расскажите о своей жене. Какая она?
— Высокая, волосы светло русые, красивые сиреневые глаза с прожилками фиолетового, очень добрая и в тоже время может быть властной…
— Сиреневые глаза с фиолетовыми прожилками? Вы шутите? Таких глаз не бывает.
— Почему? — Алексей преобразовал свою радужку и посмотрел на Светлану.
— Ой. Это у неё такие глаза? Это так красиво… А как вы это делаете?
— Просто я это умею.
— А мне можете такие глаза сделать?
Алексей засмеялся.
— Чего смешного? — Для вида надулась Света.
— Просто там, где я живу такие глаза у всех. Только у меня одного стальные. Так вот десяток знакомых девушек узнав, что я могу поменять цвет сетчатки глаз тут же обратились ко мне с такой же просьбою. Вот поэтому я и смеюсь. Девушки мечтают быть неповторимыми.
— Разве это плохо?
— Нет. И я с удовольствием исполню ваше желание — Алексей тут же внес коррекцию в радужную оболочку. — Можете полюбоваться на свой новый вид.
— Как? Уже? — Светлана вскочила и начала копаться в вещь мешке.
 
— В машине зеркало есть?
— Точно! — Света вскочила и унеслась в автомобиль.
Алексей снова активировал рунное зрение и вынужден был прибавить скорость, поскольку догнать самолёты пока не получалось. Через несколько минут полёта Алексей заметил, что сигнатуры самолётов стали снижаться.
— Светлана Анатольевна, вы конечно красавица, но мы подлетаем к месту нашей диверсии.
— Уже иду. — Алексей завис над аэродромом по прежнему на семи тысячах и по сигнатурам определил расположение складов с бомбами и ГСМ. — Вон в той точке склад горючего, а вон там видимо бомбы.
— Где? Я только взлётную полосу вижу.
— Светлана, вы воспользуйтесь энергетическим зрением.
— А, да извините. Хм. Это так выглядит топливо в энергиях, — задумчиво проговорила Светлана.
Сейчас я спущусь на сотен пять метров и расположу платформу ближе к складу ГСМ. Первый выстрел сделайте по ящикам с бомбами, а второй в бочки с топливом. Если будет неудобно стрелять, скажете, как изменить расположение.
Светлана кивнула и пошла прикидывать удобство поражения цели.
В тишине раздался лязг затвора, и мощная волна взрыва подкинула флаер. Взлетающие самолёты кеглями посыпались на землю, а через несколько секунд взорвалось и топливо.
Счастливая Светлана плюхнулась в кресло и, достав из корзины кисточку винограда, отправила ягоду в рот и зажмурилась от удовольствия.
— Ух. Вкуснятина. Я думаю, что веточку винограда я заслужила.
Алексей кивнул, и набрав высоту направился в сторону дороги. По дороге непрерывным потоком шли колоны войск.
— Светлана Анатольевна, сейчас мы зависнем над танковой колонной и вы сделаете несколько выстрелов в моторные отсеки. Объясню почему всего несколько. При попадании в моторный отсек сверху не будет понятно от чего взорвался танк, и немцы ещё долго не поймут, что у Советского Союза появилось новое смертельное оружие с сиреневыми глазами.
Светлана никак не отреагировала на комплимент и, кивнув Алексею, пошла к люку. Алексей спустился до пяти сотен метров, и снова двойной лязг затвора, и снова сильный взрыв на дороге.
Алексей набрал высоту и отлетел в сторону.
— Там в грузовике боеприпасы к гаубицам везли, вот я и подумала…
— Очень верное решение. Алексей снова поднял флаер на большую высоту и начал всматриваться в сигнатуры.
— Алексей Николаевич, а мы можем приземлится где-нибудь. Мне очень надо.
— Светлана Анатольевна. Возьмите в корзине с фруктами салфетки и закройте дверь в кабину. Я остановлю платформу и вы спокойно всё сможете сделать в люк.
— А если кому на голову упадёт?
Алексей улыбнулся.
******
— Безымянный- Силаеву.
— В канале Безымянный.
— Вы куда пропали?
— Летаем по немецким тылам. Уничтожили один аэродром бомбардировочной авиации.
— Это вы молодцы. Хорошо придумали. Держите меня в курсе.
— Хорошо, товарищ подполковник, Сержант Калинина ещё спалила один танк и взорвала грузовик с гаубицей и снарядами. Мы пока работаем понемногу, чтоб немцы не поняли, что и откуда прилетело. Хуже будет если сообразят, что у Советского Союза появились новые возможности. Тогда начнут напрягать разведку…
— Кстати о разведке. Вам это как сложно делать?
— Считать сложно. Колонны войск идут постоянно и пыль над дорогой не успевает оседать. Тем более, что сейчас мы хотим более плотно очистить небо.
— Хорошо, пока действуйте по своему усмотрению.
— Конец связи?
— Да. Конец связи.
Немного смущённая Света вернулась из грузового отсека.
 
— Новости есть?
— Силаев выходил на связь. Я сообщил о проделанной работе. Продолжаем свободную охоту.
— Скоро солнце сядет.
— Поэтому нужно дотемна найти достойную цель.
Над дорогой показалась звено Мессершмиттов и Алексей начал отслеживать их передвижения. Мессеры покружили по окрестностям минут десять и легли на обратный курс. Аккуратно проводив мессеры до аэродрома, где Алексей обнаружил склад с бомбами. Он почесал лоб и начал смутно припоминать, что вроде некоторые модели Мессершмиттов могли брать по одной бомбе. Тем хуже для них.