Дракон вредный, подвид мстительный (СИ)

Посреди просторного подземного зала возвышался настоящий дворец, только в миниатюре. Он состоял из хрусталя, мерцающих кристаллов и золотых слитков, и магией фонил так, что у меня закружилась голова.
Тут были и колонны, и башни, и лестницы, и даже подвесные галереи! А ещё имелись миниатюрные дорожки с хрустальными бордюрами, так вот — именно дорожки были присыпаны монетами.
— Невероятно, — прошептала я.
Янтарный утвердительно кивнул и, указав лапкой на одну из «недостроенных» дорожек, сказал:
— Вон туда высыпи.
Я высыпала. Отставила ведро и огляделась снова. Как ни странно, мерцающий в свете пульсаров дворец оказался не единственной достопримечательностью. Там дальше виднелась очень интересная стена.
Вернее, это был фрагмент. Сама стена совершенно простая, гладкая, обыкновенный обработанный камень. А фрагмент — тёмное, украшенное сложной чеканкой золото. Этакий вмонтированный в камень гигантский золотой лист.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я сначала восхитилась, а когда приблизилась, поняла, что хаотичные узоры складываются во вполне читаемые символы. Опять-таки знакомые! По теме, которой так увлекались Дин и Дор.
Прошлая цивилизация! После лабиринта я отскочила и исполнилась ужаса, а Янтарный сказал:
— Не бойся, Августа, это совсем другое.
В этот раз верить духу я не спешила.
Спрятала руки за спину, чтоб ненароком не прикоснуться к сокровищу, и попятилась.
Но было в этой стене нечто настолько притягательное, что в итоге остановилась и продолжила смотреть.
— Так что это? — спросила после долгого молчания.
Дух всё это время занимался разравниванием монет на дорожке, любовался добычей и прямо-таки мурлыкал.
— Это Храм Обретения, Августа.
Я судорожно вздохнула — ах, ну да. Конечно. Разумеется. Что ж ещё?
— Не понял, — посерьёзнел дракончик. — Что за скепсис на хорошеньком личике?
— Скепсис? Разве? — я натянуто улыбнулась.
Угу, конечно. Храм. Легенда, в которую не верят даже фанатики, и которую давно признали мифом. Уж не помню какие аргументы приводились, но однозначно доказано, что Храма Обретения не существовало. Цивилизация возможно и была, а храм — точно нет.
Я даже собралась отвернуться от золотой стены, но тут взгляд зацепился за одну деталь — мне почудилась замочная скважина. Будто в центре одного из чеканных завитков вполне характерная щель.
Это была ерунда, но я зачем-то подошла ближе. Потом ещё ближе. А когда очутилась в двух шагах, поняла, что скважина настоящая. Но хуже другое — ключ, который я теперь носила на шее как кулон, неожиданно потяжелел.
На несколько долгих минут я застыла. Затем сделала глубокий вдох, развернулась, и…
— Уважаемый Янтарный дух, мы уже закончили? Я могу вернуться к себе в комнату?
— Мм-м? — дух оторвался от монет, моргнул и ответил невпопад: — Знаешь, а зови меня просто Янтарчик. Ведь хорошее имя, да?
Я кивнула и тут же очутилась в комнате. Сквозь плохо задёрнутые занавески сочился лунный свет, а пространство наполнял выразительный храп Миоль.
Судорожно вздохнув, я добралась до своей кровати и села, а фантом, изображавший спящую меня, плавно развеялся.
— Всё, Августа, — сказала себе тихо. — Приключение закончилось, забудь про всё лишнее.
Словно подтверждая правильность этого решения, Миоль всхрапнула так сильно, что в окнах задрожало стекло.
Эрвин
 Три дня. Ровно столько леди провели на подведомственной мне территории, и дурного не случилось.
Никаких катастроф. Драк, переворотов, извержений вулканов и падения небес на землю — ничего.
Это, с одной стороны, удивляло, а с другой, я не спешил обольщаться. Чуялось мне, что что-то затевается. Интуиция буквально выворачивалась наизнанку, сигнализируя — Эрвин, ты упускаешь нечто важное!
Но что именно? Как? И главное — кто виноват?
На последнем вопросе я скривился, сразу вспомнилась леди Августа. Что бы ни было, кадетка эс Тирд точно замешана, без неё никак.
 
Необоснованный вывод? Предвзятое мнение? Возможно. Но интуиция шептала, что я прав на двести процентов. Поэтому утро моё началось с того, что я предупредил магистра Остриса о замене. Первую лекцию желторотым сегодня прочитаю сам, тем более предмет… это даже не предмет, а скорее организационное занятие. «Устав».
Когда появился хоть какой-то план действий, жизнь стала лучше. Я принял душ, оделся, позавтракал в преподавательской столовой в компании коллег.
Затем была чашка изумительного кофе, ну и всё, вперёд, навстречу первокурсникам. В аудитории мои подозрения окрепли. Все кадетки держались бодро, а леди эс Тирд украдкой зевала. Словно не спала полночи. И чем занималась, позвольте спросить?
Но я не спросил. Промолчал. Вернее, начал занятие. Принялся озвучивать и объяснять базовые понятия, которые необходимо знать всем. На мой вопрос — «сколькие из вас взяли устав в библиотеке?» поднялся лес рук, и только леди захлопали глазами.
Я удивился вслух, и Валетта пояснила:
— Так устава нет в перечне обязательных учебников.
О, Небо, зачем ты вообще дало женщинам голову? Что с головой, что без — один хвост.
Но насмехаться я не стал, ответил прямо:
— Конечно нет. Устав — это книга, которая нужна вам по умолчанию.
Логично?
Логично!
Но…
— Откуда же нам было знать? — пробормотала леди Пенелопа.
— А они, — я кивнул на парней, — откуда узнали?
Кадетки с ответом не нашлись.
Но это ладно, леди Августа вообще уснула! Она сидела, подперев кулаком подбородок, потом прикрыла глаза, и…
Я замер. Остановился напротив неё, глядя пристально, но Августа продолжала нагло нарушать дисциплину. Леди Дорина хотела толкнуть сокурсницу в бок, но я сделал запрещающий жест. Затем вообще велел Дорине пересесть за другой стол и продолжил излагать учебный материал негромким, спокойным, в целом усыпляющим голосом.
Но никому задремать не хотелось! Спала одна только кадетка эс Тирд.
Лишь когда прогремел колокол, возвещавший конец занятия, подскочила. Захлопала ресницами, зевнула, ну а я… сдержанно улыбнулся и произнёс:
— Доброе утро, леди. Надеюсь, вы выспались?
Августа залилась милым, недостойным будущего офицера румянцем.
— И чем занимались ночью, что спите на лекциях?
Леди порозовела ещё больше, а моё настроение, которое было прямо-таки чудесным, резко испортилось. Если сейчас услышу имя того второкурсника, если узнаю, что вертихвостка мешает рыжему учиться, обоих прибью.
— Ничем, — ожидаемо заявила Августа.
Но это была ложь!
Я медленно втянул ноздрями воздух, в котором появились кислые нотки, и…
— Ко мне в кабинет, леди.
Августа побледнела, лицо вытянулось:
— Что, прямо сейчас? Но сейчас же занятия.
Моя хищная улыбка и ответ:
— Два замечания, леди эс Тирд. Первое за сон во время лекции, второе за споры с командованием.
На бледном лице снова начал проявляться румянец, а я резюмировал:
— Итого у вас три замечания. Они равны одному выговору, поздравляю. Ещё два выговора, и вы вернётесь домой, к своим кружевам, шляпкам и подвязкам.
Августа нахмурилась и попыталась взять себя в руки. Запихнула в сумку тетрадь, писчие принадлежности и встала. Сделала три шага ко мне, потом спросила:
— Лорд директор, я прошу прощения, но как добраться до вашего кабинета? Где он находится?
Вообще-то для общения с кадетами у директора Высшей Военной школы имелся отдельный кабинет в учебной части, и туда принято было ходить ножками. Но для леди эс Тирд я открыл портал в кабинет, расположенный в моей личной башне.
 
Чтобы нам уж точно никто не помешал.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Аудитория исчезла, лица первокурсников тоже. Мы очутились наедине, в обстановке строгой роскоши — столь любимый моим предшественником стиль.