Опальный герцог (СИ)
Накануне я подслушал разговор двух своих слуг, а они в свою очередь услышали это в городской таверне. Кстати, надо будет наведаться туда как-нибудь. Речь шла о большом матером волке, которого видели в лесу.
Если же верить словам старого охотника, дикий волк, чей след оставался где-то в этой темной тишине, должен был находиться поблизости. Я собирался поохотиться, и теперь пришло время проверить свою долю удачи.
И вот, немного дальше, мои глаза углядели следы, оставленные на земле. В этом месте, как утверждал охотник, скрывался дикий волк. Рядом с ними были маленькие круглые кучки белесых волчьих экскрементов.
Это место, это место, о котором говорил охотник. Фекалии не могли быть старше нескольких дней, ибо он сам видел этого волка всего лишь вчера. Значит, он был где-то здесь, в этом мраке.
Мои тонкие пальцы уверенно обхватили факел, вспыхнувший в темноте, и в этом мгновении я почувствовал, как моя дыхание стало более частым. Все вокруг было погружено в мрак, но я был готов.
Сабля, которую я держал в другой руке, оказалась настоящим произведением искусства. Ее изогнутое лезвие и длинная, изысканно вырезанная рукоять заставили меня задуматься о ее истории. Вес этого оружия давил на мою руку, но я знал, что ее острое лезвие будет моей надеждой в этой темной ночи.
Склонившись я внимательно и осторожно вставил факел в небольшую расщелину камня, который выделялся из-под покрова снега. Огонь факела пляшущим светом осветил мои действия, и я убедился, что ветер не угрожает его пламени, а волк не скроется в темноте, неожиданно набросившись на меня.
Когда моя рука освободилась от факела, я медленно и осторожно потянулся к бумажному пакету. Внутри него, словно сокровище, лежал кусок свежей говядины, которую я приобрел утром на рынке. Аромат этого аппетитного куска проникал в окрестности, соблазнительно заполняя воздух своей непередаваемой привлекательностью для хищных зверей.
«Да, я собирался выманить серых хищников и напасть на них из засады.»
Спрятавшись за массивной скалой, я стал тихо ожидать. Мои мысли скользили между моментами: от блеска сабли в руке до волнения, которое грозно нарастало внутри меня.
И вот, вдали, в этой тихой ночи, раздался жуткий волчий вой, словно плач ребенка, пронзивший небо. Мгновение решимости пришло, и сабля сжалась в моей руке с напряжением, словно предвещая битву.
Я неподвижно уставился в этом направлении, и в следующее мгновение, в свете моего факела, появилась стремительная темная тень. Она была так быстра, что мои глаза даже не заметили ее — она схватила кусок мяса и исчезла в темноте, словно ее тут даже и не было.
Мое тело напряглось, готовое к броску в погоню, но внезапно, как морозный дух, меня пронзило чувство опасности. Я ощутил, как от холодного дыхания ветра мурашки побежали по спине. Широко раскрыв глаза, я молниеносно обернулся и махнул саблей наотмашь.
Глава 4
Дамский утешитель
С молниеносной реакцией я взмахнул своей саблей, создавая впечатление, будто моя душа воплотилась в оружии. Сабля со свирепым свистом столкнулась с чем-то плотным и крепким.
«Чвях!!!»
Таинственная фигура в темноте совершила несколько вращений в воздухе, падая безжизненно на белый снег. Только теперь, когда волнение отступило, я смог рассмотреть своего противника — дикого волка, разделенного моей саблей пополам, как если бы мой клинок был богом смерти.
Но здесь не было времени на восхищение. Внезапно, из мрака окружившей меня ночи, выскочили еще два хищных зверя.
Вновь, моя физическая форма предоставила контроль инстинктам, и я совершил атакующий выпад на упреждение. Сабля, в грациозной дуге неслась влево, и в тот же момент мой мощный удар отбросил одного из волков далеко в сторону.
Затем, с несравненной ловкостью, я повернулся и рубанул второго волка своим фамильным оружием. Похоже эта сабля имеет свою душу и помогает своему владельцу в бою.
Первый волк, ударившись об дерево оказался лишь раненным и предвидя свое поражение он медленно начал отступать. Также как и второй волк вовсе не погиб от удара и последовал за своим сородичем.
Эти два безупречных движения обессилили меня, ведь это тело недавно принадлежало молодому богачу, совершенно необученному искусству войны.
Я дышал тяжело, поднял свою саблю и решил преследовать раненных волков.
В свете мерцающего факела мои глаза следили, как летящее лезвие разорвало воздух — голова зверя отскочила по снежной поверхности, оставляя след из крови.
Затем острие сабли вошло в шею второго волка, и тонкая струйка крови начала медленно выступать из свежей раны.
Мое тело было измучено, но я собрал последние остатки сил… Вся мощь моего тела сосредотачивалась в моей руке.
Этот финальный удар не достиг той разрушительной мощи первого, но несмотря на это, шея второго волка подверглась неотвратимому разрушению.
Наконец, я мог позволить себе отдохнуть, и мое лицо было покрыто потом, как символ моей невероятной усталости.
И вот снова рык.
— Арррргхххррр!!!
Из преисподней ночной чащи я встретил еще одного властного представителя племени волков, того самого, который недавно скрылся во тьме, забирая с собой кусок мяса.
Этот неуловимый зверь, сливаясь с контурам каменных гор, направил на меня зарево огненных глаз, словно угли горевшие в ночной мгле.
Но лицо моё сохраняло бесстрашие. Ведь мне было известно, что встречая представителя волчьей стаи лицом к лицу, нужно рассеять внутренний страх.
Я распахнул глаза в широком жесте и призывающе посмотрел в недра волчьей души.
Тот властный хищник внезапно остановился на своих мощных лапах и на какое-то мгновение задумался, словно, решивший изучить свою добычу получше. Но потом медленно отошел назад в таинственный мрак, как будто смирившись перед непокоримой решимостью моей души.
Только после этой суровой встречи я осмелился отпустить облегченный вздох.
Мои силы были на исходе, мои изможденные руки едва удерживали сверкающую саблю. Если бы эта необузданная волчья душа решила предпринять агрессивное нашествие, я, возможно, не мог бы гарантировать невредимость своей тушки.
Убедившись в том, что вожак стаи действительно покинул меня и не скрывается в ночи, я поднял факел повыше и, едва волоча свои уставшие ноги, направился обратно к городским стенам.
Теперь я точно знал, что моя сила духа несравненно могущественнее, чем я думал. Даже такой сильный и матерый зверь, как вожак волчьей стаи отступил перед моей решимостью. Это придало мне необычайную уверенность и силу.
В фамильной книге я читал, как основатель рода Черкасских однажды столкнулся с волчьей стаей вдали от стен города. Именно в тот момент, трое серых волков окружили его, и лишь сабля была его верной спутницей. Борьба с зверями окончилась для него победой, но цена была высока — истерзанная рука, которая потеряла свои функции до конца его жизни. И сейчас я сделал почти то же самое и той самой саблей.
Мне казалось, что это был грандиозный исход схватки.
Местные волки, отличались от тех, что я помнил из своей прошлой жизни. Они были крупнее и сильнее, нежели простые земные волки. В книге отмечалось также, что волки местных дебрей никогда не позволяли себе объединяться в большие стаи. Возможно то, что их было всего четверо, а не больше и спасло мою жизнь сегодня.
Я оставил свою окровавленную куртку в первом попавшемся в кустарнике и дальше шел налегке. Никто не должен видеть, что я где-то сражался. Наконец я вернулся к неприступной городской стене и пролез через дыру, по которой я ранее покинул город. Никто меня не видел и я смог незамеченным пробраться внутрь усадьбы.
* * *На рассвете, в тот момент, когда первые лучи утреннего солнца аккуратно проникали сквозь перламутровые шторы, мои глаза обнаружили величественное появление дворецкого Сармага
Особого магистра сервировки, лично несущего на драгоценной тележке изысканный завтрак. Переступив порог моей комнаты, Сармаг увидел меня стоящего перед массивным книжным шкафом, предаваясь изучению толстой и старинной книги.