А волки здесь тихие (СИ)
— Я ухожу. Но не потому, что сомневаюсь в тебе. Мое заявление, в связи с переездом подписал еще ваш отец, я отрабатывал время и передавал дела. Хочу сказать, что если вдруг понадобиться моя помощь, я в любое время готов ее оказать и проконсультировать.
Он кашлянул
— Я много лет здесь работал и благодарен всем вам, друзья. Но обстоятельства — он развел руками.
— Спасибо, я ценю ваши слова. А теперь, если больше уйти желающих нет, приступайте к работе. Первое время держим связь через Максимилиана. Встреча окончена, всего доброго.
— Что скажешь?
— Пока все нормально, а там жизнь покажет.
Подъезжая к дому, мы заметили, что возле ворот стоят две машины. Макс сжал от злости зубы
— Падальщики, начали слетаться на добычу. Быстро назад! — коротко приказал он. Я одним движением переметнулась на заднее сиденье и пригнулась.
Он, не останавливая машину, нажал на сигнал, и не отпускал, пока ворота не открылись. На скорости мы въехали во двор, и ребята быстро закрыли ворота.
— Я выйду, послушаю, что скажут, и во всеуслышание, объявлю дом закрытым.
— Один не пойдешь! Ребята, идите с Максимилианом, и в случае опасности…
Хотя, разве им нужно говорить? Они прекрасно тренированные волки.
Дома, я вжалась в кресло от страха.
— Все только начинается, Мара! Все только начинается. Возле ворот первые вестники беды. Стервятники начали окружать и скоро начнут рвать по кусочкам. Они не дали нам времени оплакать потерю, именно на это и рассчитывают, напасть на растерянных и упавших духом волков. Но разве я смогу противостоять всему миру? Разве у меня хватит сил? — разговаривала я сама с собой.
Вошел Макс и я облегченно выдохнула.
— Это только начало — хмуро констатировал он.
— Мне страшно, Макс
Он кивнул и сел рядом, сцепив руки в замок.
— Я знаю, Мара. Я знаю. Знаешь, мне тоже страшно. Но не за себя, я умереть не боюсь, я многое видел и многое прошел. Мне страшно за вас — он до крови закусил губу и опустил голову.
— Вы росли на моих руках и …. — он поднял лицо вверх и закрыл глаза.
Я не смогла ничего ответить, на меня накатила очередная волна страха. Я положила руку на его плечо и встала
— У нас есть немного времени, Макс — и вышла из комнаты.
Оставшись одна, я едва не завыла. Действительность накатывала на меня как стихийное бедствие, от которого нельзя скрыться. Она сметет нас всех, переломает и уничтожит. Сказать, что я растеряна, значит, ничего не сказать. Я прекрасно понимаю, что выстоять в мире матерых волков будет очень- очень трудно. Эта задача практически невыполнима для молодой, хрупкой и наивной волчицы. У меня нет их хитрости и изворотливости, нет их физической силы и выносливости, нет их опыта. Короче говоря, я проигрываю по все параметрам.
Я легла на кровать, свернувшись клубочком, словно закрываясь от мира, но уснуть я так и не смогла. В голове крутились сотни мыслей о суровой действительности и воспоминаний из прошлой жизни. И только под утро мне удалось задремать.
А утром меня разбудил Максимилиан
— Пришла тетя Манила, ждет внизу.
Я, пошатываясь, от усталости спустилась.
— Ну как ты, милая.
Я криво усмехнулась и села в кресло.
— Я конечно, понимаю. Такое горе, что уж тут скажешь. Я вот что пришла. Тебе нужна помощь- молодой девушке будет сложно одной справляться с таким …хм хозяйством. Может дядя часть возьмет на себя? Бизнес возможно или что-то еще. И тебе полегче будет, все таки не чужой он, да и я помогу, дом вон какой большой остался.
Манила аккуратно подбирала слова, прежде чем сказать.
А я, словно в ступоре, смотрела на нее, не отводя взгляда.
— Пусть дядя пока бизнесом управляет, а вы спокойно придете в себя. Да и учиться тебе нужно, и за младшими присматривать, да?
Она была необыкновенно тактична, что в принципе ей не свойственно, ласкова и убедительна. Внутри меня стало очень горячо от мысли, что дядя прислал ее для этого разговора. Я не могла поверить, что сейчас слышу такое, неужели они захотели прибрать все к рукам, пользуясь случаем. Не верю!!
— Манила, а дядя вообще в курсе, что вы здесь?
Ее глаза забегали
— Конечно-конечно. Родня все-таки.
Я протянула руку к телефону
— Проверю.
— Ну конечно он не знает об этом разговоре, просто я подумала, что наша помощь вам не помешает, правда же. Кто же еще вот так протянет руку помощи? — она судорожно сглотнула.
Понятно
— Значит, так! Все, что отец создал, достанется его наследнику! Я не собираюсь раздавать папино наследство.
— Ну почему сразу…
— Отдавать, дарить тоже! Если мне понадобиться дядина помощь, я обращусь к нему напрямую.
Манила скривила губы, ведь я только что практически принизила ее в социальном статусе. Она криво улыбнулась.
— Конечно-конечно, дорогая. Если нужно будет, обращайся, мы не чужие, мы родня.
Она кивала головой и медленно выходила из дома. А я смотрела ей в след. Что-то ты, родня, не спросила как Ларита, как Маркор перенесли похороны. Ты пришла и сразу начала делить шкуру неубитого медведя. Во мне бушевал гнев. Я подняла глаза и наткнулась на взгляд Максимилиана. Мы молча поняли друг друга.
— Приглашу дядюшку в гости, все-таки родня — скривилась я.
*
Дядя задержался в дверях, смотря на меня хмурым взглядом, а потом просто подошел и крепко обнял, как в той прошлой счастливой жизни. Я не смогла сдержаться и разревелась в его объятиях. От него пахло воспоминаниями о детстве и том времени, когда еще было все хорошо. Дядя не отпускал руки, пока мои рыдания не начали стихать. Так же он обнял Лариту и Маркора, и только после этого мы смогли сесть. Но дядя не выпустил из своих больших ладоней моих рук, а крепко держал их.
— Как вы дети? Хотя, что я спрашиваю — он покачал головой.
— Даже представить сложно, что их больше нет. Первым должен уйти я, ведь я гораздо старше вашего отца, да видно судьба решила иначе. Но вы держитесь, дети, держитесь. Вместе все на свете можно пережить и даже самое страшное.
Он гладил мои руки, и я чувствовала, что он совершенно искренне сочувствует нам.
— Дядь, я чего позвала то… — осторожно приступила я к разговору.
Хочешь, не хочешь, а сделать это нужно, чтобы или убедиться, или опровергнуть догадки.
— На меня тут столько навалилось после смерти родителей. Боюсь, что не справлюсь одна. Может, поможешь с бизнесом, а? А уже как время покажет…
Пока я это говорила, в горле стоял ком, который я тщетно пыталась проглотить.
— Я?? Ваш бизнес?? — он внимательно посмотрел мне в глаза.
— Ты что Мара, разве я смогу такую громадину потянуть, то? Я простой человек, волк в смысле. Ты же знаешь, у меня в автомастерской дел полно, чего мне через голову прыгать и хвататься за то, чего не умею. Спасибо вашему отцу, конечно, что в свое время помог мне создать небольшое дело, да он заставил меня, если честно, но на большее я не согласился. Ты прости, родная, не понимаю я ничего в больших делах. Это как на сцену Большого театра выйти и балет станцевать. Ну, правда, прости. Не обижайся, пожалуйста, что не могу помочь с этим. Подежурить если нужно, или морду кому набить, это я приду, помогу.
Ма-а-а-ар — жалобно закончил он.
— И почему одна то? Максимилиан рядом, и всегда был рядом. Да, Макс? Он всегда подсобит, подскажет если что.
По мере того, как он говорил, я, оказывается, дышала вполсилы. Внутри меня будто потихоньку разжималась тугая спираль страха.
— Я поняла, дядь. Не волнуйся, родной. Теперь я точно справлюсь.
Я посмотрела на Максимилиана, он одобряюще моргнул мне и улыбнулся краешком губы.
Значит, это волчья сучка сама проявила инициативу и припёрлась сюда, в надежде урвать хоть что-нибудь. Я ничего не стала говорить дяде, главное, что он не в курсе дела.
Я пригласила всех за стол, чтобы продолжить общение. У меня совсем не было аппетита, а вот Маркор, отвлекаясь на разговоры дяди, наконец-то хорошо поел.