Академия отступников (СИ)
«Наверняка все наги сейчас сходят с ума» — подумала она. Это было им на руку, ведь в первую очередь змеи станут воевать друг с другом, а не с другими королевствами. Ни о каком объединении даже нескольких особей не может быть и речи. Но вернуть им разум все еще было возможно просто убрав блок. И тогда Рина решилась сделать последний выпад и разорвать связь хранителя со всем своим народом.
Все эти мысли мелькнули за какую-то долю секунды, и столько же потребовалось для реализации. Но наг был в бешенстве, ведь он до сих пор прекрасно помнил, кто причинил ему боль. Шаян возвышался над девушкой, а его лицо, руки, и даже тело были в крови. Ее крови, которую он хотел испить до дна. Инстинкт подсказывал, что жертву надо не только поймать, но и убить.
Но схватка с принцем, внушение и боль от кандалов не прошла даром — Рина не могла убежать, и прекрасно понимала это. Самое большее, что она сумела сделать, так это подбежать к окну, надеясь позвать на помощь.
«Рина, осторожно!» — только и успел предупредить ее Дарий, но было поздно. Одним прыжком Шаян добрался до нее, желая повалить на землю, но просчитался. Гела стояла слишком близко к окну, и они оба вывалились из него. Удар был сильным, но пришелся в основном на спину нага. На какую-то долю секунды девушка даже обрадовалась, считая, что теперь ей помогут. Возможно, так бы и случилось, если бы Рина, выпав из окна, осталась лежать на месте, но нет — прыжок змея заставил ее прокатиться еще дальше и угодить прямо в нестабильный портал.
Глава 26
Гоблины всегда умели быстро оценивать ситуацию и принимать подходящее решение. Именно поэтому, когда в кабинет ректора ворвался Глосс в сопровождении Ская и четырех теперь уже бывших учениц Ашхема, он сразу же оставил все дела. С каждым словом его лоб все больше хмурился — ничего подобного он и предположить не мог. Да что уж говорить — в академии никогда не было похищений, и он был уверен, что это просто невозможно. Как оказалось, был слишком беспечен.
Спустя несколько минут, он поднял руку, призывая Римуса замолчать.
— Что ж, ты сообщил достаточно, чтобы мы прямо сейчас отправились в Йоденхел. Разговор будет не из приятных, но это необходимо сделать. Что же до вас, — он перевел взгляд на девушек, а затем хмурый — на своего шпиона. — Я попрошу пока никому и ничего не сообщать. Нам ни к чему лишняя паника в академии. Не хотелось бы, чтобы ученики считали, что их может кто угодно похитить.
— Возьмите и нас с собой — мы можем быть полезны, — вызвалась Фрейя.
— Исключено, — непреклонно ответил гоблин.
— Какая разница, когда мы покинем Ашхем и куда отправимся? Тем более, что мы знаем, кто такая Рина, — с вызовом сообщила Амелия.
— Похоже, гелы совершенно не умеют держать язык за зубами, — с раздражением пробубнил себе под нос шаи Нар. — Я не могу взять вас с собой. Как мне объяснить ваше присутствие ее родителям? Тем более, не уверен, что они будут так уж благосклонны к тому, кто принесет недобрую весть.
— Возьмите нас в качестве свидетелей — наши слова смогут помочь разобраться во всем, — продолжала настаивать Фрейя. И чего вдруг девчонка уперлась? Будто ей когда-то было дело до других…
Гоблин вздохнул, не зная, как ему поступить, но Глосс вдруг ненавязчиво отвел его в сторону и прошептал:
— В их словах есть логика — они действительно смогут помочь. Да и в случае чего, никто лучше Фрейи и ее подруг не защитит нас.
— Нас?! — ректор дернулся, удивленный больше последним словом, чем всем, что сказал Глосс.
— Конечно. Я ее куратор и должен был за всем проследить. Я так понимаю, вы рассказали мне далеко не все, что стоило. Впрочем, это мелочи. — С легким намеком протянул Римус. — Это не уменьшает моей вины — Рина была под моей опекой.
Ректор колебался, впервые не зная, какое решение принять — будь его воля, отправился бы в Йоденхел сам. Рисковать почем зря своими людьми он никогда не любил.
— Мы не знаем, что случилось с ней, так что каждая минута на счету, — с нажимом произнес Глосс, чем окончательно убедил ректора в своей правоте.
— Хорошо, — наконец, сдался гоблин. — Но вы во всем слушаетесь меня, и, если в этом возникнет необходимость, немедленно воспользуетесь порталом, — безапелляционно произнес он. У вас есть четверть часа для того, чтобы собраться. Если не придете к этому времени, я покину Ашхем сам.
После его слов, профессор и девушки буквально вылетели из кабинета, не тратя времени даже на дежурное прощение.
— А ты чего стоишь? Тоже будешь клянчить пропуск? — хмуро посмотрел ректор на своего шпиона. — Ты должен был следить за ней! Когда ты упустил Рину, и почему теперь каждая собака знает тебя в лицо?! — раздраженно бросил он.
— Я раскрыл ей тайну по вашему же приказу, — спокойно сообщил Скай, выдержав тяжелый взгляд мужчины.
— Что ты несешь?!
— Прошлой ночью в саду, помните? Я пришел в том виде, в котором меня привыкли видеть все последние несколько месяцев. Но вы потребовали сменить облик. Рина была там и все видела.
— Что? То есть как это «была там»? — нахмурился ректор.
— Ни один из нас ее не заметил. Наверно, она, думала, что вы все равно разрешите полетать. Так что ничего страшного не будет если выйдет раньше.
Гоблин скривился и эмоционально выругался на своем языке. Затем, взяв себя в руки, кивнул в сторону дверей:
— А эти?
— Рина атаковала меня, так что все силы ушли на то, чтобы хоть как-то защититься от нее. Я не смог бы изменить внешность, как бы не хотел.
— Из-за тебя она и потеряла браслет?
— Можно сказать и так.
— Ладно, неважно. Глосс будет молчать, а остальные уже сейчас покинут Ашхем. В любом случае ты остаешься.
— Это еще почему? — с вызовом спросил Скай. Впервые за долгое время он готов был спорить с ректором.
— Ты провинился, слаб, и мне ни к чему, чтобы остальные прознали о твоем даре. Выбирай любое из объяснений. Я не стану менять свое решение — это не обсуждается.
— Вы так же сказали и им. Но…
— Они — не ты! — резко оборвал его шаи Нар.
— Это моя вина. Я должен был лучше скрываться и тщательнее следить за Риной. Но я оплошал. Дайте мне возможность исправить все. Вы же знаете, что в этих играх она стала лишь разменной монетой. Ее участь предрешена, если только мы не поторопимся.
— Ты настолько наивен, что думаешь, тебе удастся чем-то помочь ей?
— Более чем. Их преимущество — сила, — кивнул он на двери, — моё — хитрость. Ни один артефакт или зелье не смогут сделать то, что делаю я изо дня в день. И раскрыть себя я не боюсь — если будет надо, то смогу покинуть Крус, вы же знаете. А после — вернусь, как только обо мне забудут. Я добровольно согласился служить вам, и до сих пор был верен и в действиях, и в мыслях.
— Даже если я соглашусь, от твоего присутствия не будет толку — ты слаб, а твои резервы пусты.
— Магия быстро вернется. А если с этим возникнут проблемы — воспользуюсь одним из артефактов. Уверен, у Луки найдется что-то подходящее.
Ректор молчал, раздумывая над тем, что сказал Скай. У каждого из них была своя правда и свои аргументы, но, похоже, парень прав — Рине может понадобиться его дар. Как, впрочем, и каждому монарху в этом и остальных мирах.
— Шаи Нар, — с грустью произнес парень, — вам нужен такой союзник, как я. Не заставляйте меня изменять данному вам слову.
— Ты мне угрожаешь? — удивленно поинтересовался гоблин.
— Ни в коем случае. Но было бы лицемерием с вашей стороны продолжить использовать мой талант, при этом утверждая, что вы хотите защитить нас от меркантильных королей.
«Похоже, взбалмошная гела повлияла на учеников Ашхема намного больше, чем они на нее», — подумал ректор и прикрыл глаза. Да уж, Скай жил в академии значительно дольше, чем остальные его подопечные. За это время парень стал ему ближе, чем многие, кто окружал шаи Нара. Но птенчик вырос и рвется из гнезда. Пусть сейчас он считает, что это только желание помочь девушке, но на самом деле все куда сложнее. Ему стало тесно в этом месте, и захотелось узнать другой мир. Тот, где не надо все время бороться за выживание, отстаивать свои интересы и следить, чтобы тебе не подкинули крысу в постель. Его время пришло, и с этим не поспоришь. Что ж, метаморф вправе сам решать, каким будет его будущее. Если все же захочет пойти в услужение к кому-то, то это будет лишь его желание.