Маска (СИ)

— Хорошо. Я выслушаю вас, — ответила, думая, что разговор состоится прямо сейчас.
— Кушайте, завтрак стынет.
— Но как же…
— Дайте мне подготовится, собраться с мыслями. Я ещё никому так не изливал душу, — волнуясь произнес молодой мужчина.
— Как скажете, ваша светлость. Я подожду, — теребя в пальцах чайную ложку добавила.
— Сегодня вечером? Я постараюсь ответить на все ваши вопросы. Вас устроит сегодня вечером?
— Да, вполне.
— Прекрасно. Приятного аппетита, — молвил, и ты тихо приступила к завтраку. Он тоже, начал кушать.
Закончив трапезу, вы с мужем разошлись. Он в свой кабинет, ты в сад. Играя с собачкой, думала о произошедшем. Неужели Кай расскажет все? Неужели наконец покажется без маски? Тебе сейчас так волнительно и страшно. Не знаешь чего ожидать. Не знаешь, что будет. Эти несколько часов до вечера, были такими мучительно долгими. Ты не знала, чем занять себя, чтобы сократить время. В голове были тысячи предположений, и они съедали изнутри. Побыстрее хотелось правды. И вот, управляющий сообщил, что супруг приглашает тебя в свой кабинет. Уже садилось солнце, и поместье, потихоньку, погружалось в сумрачную темноту. Служанки начали зажигать свечи, и в этом мерцающем свете, ты поднялась на второй этаж, и выдыхая замерла перед самой дверью кабинета. Ещё один шаг, и правда откроется. Еще один шаг, и твой муж будет честным и откроет свои секреты. Еще один шаг…
21
Превозмогая свое волнение, ты открыла двери в кабинет графа. Молодой человек сидел в кресле, склонив голову. Рядом, на столике, стояла бутылка вина и бокал. В помещении не хватало света, ведь горела всего одна свеча, от этого атмосфера казалась ещё загадочней.
— Ох, вы уже пришли? — произнёс Кай, словно вырываясь из своих мыслей.
— Да. Доброй ночи, — тихо ответила, опуская глаза и перебирая свои тонкие пальцы от переживания.
— Что же, садитесь. Разговор будет долгим.
— Хорошо, — молвила, сев в кресло рядом с ним. Кай налил в бокал вина, и хотел было отпить, но вспомнил, что на нём маска, отчаянно вздыхая.
— Если хотите, я могу отвернуться, — предложила ему, но он лишь отрицательно кивнул.
— Стало быть, вы хотите знать мое прошлое? Верно? — уточнил, трогая бокал пальцами.
— Да, хотелось бы. Так мне будет проще.
— Ясно, ясно… Да, я должен был сразу быть с вами откровенным. Простите меня.
— У вас есть возможность рассказать все сейчас.
— Верно. С чего бы начать? — произнес, переводя взгляд в другой конец комнаты, будто избегая зрительного контакта с тобой.
— Начните с себя, — молвила, — все что я знаю о вас, это слухи и россказни. Вы лично ничего о себе не говорили.
— Что именно вас интересует?
— Начнем с маски. Это болезнь или все же проклятие? — и Кай тяжело вздохнул, снова отворачивая голову в сторону.
— Все началось очень давно. Я был ребенком, — откидыаясь в кресле, и найдя комфортное положение говорил, — все, что мне помнится, это как в этот дом пришла странная женщина. Отец усердно пытался ее прогнать, но она не была намерена уходить. А потом, глядя прямо на меня, выкрикнула какое-то заклинание. Слыша это, матушка унесла меня в спальню. Этой же ночью со мной стало происходить нечто необычное. Сильный жар и сыпь на лице. Ничего не помогало, а эти пятна становились все больше и уродливей. Уже через месяц я был сам на себя не похож. Как выяснилось позже, эта женщина была местной ведьмой. А ещё любовницей моего отца. Он бросил ее, когда наигрался, а она не простила и прокляла меня. Узнав об этом, мама тоже не смогла смириться с этим. Она очень обозлилась на батюшку, и от своей злобы начала болеть. Через два года умерла.
— Я вам сочувствую, — сказала ты, но граф просто продолжил.
— Я остался один с отцом. Стоит отдать ему должное, он любил меня больше жизни, ведь видел и чувствовал свою вину, и за меня, и за смерть мамы. У меня было все. Книги, игрушки, но вот только не было друзей. Из-за моего уродства мне пришлось носить эту маску, дабы не отталкивать людей вокруг, но и это не помогало. Они все равно сторонились меня. Все, с кем я дружил до болезни, перестали ходить в наш дом, ведь стали бояться меня. Я не злился на них, ведь понимал причину. Единственный, кто остался со мной вопреки всему, был кузен, сын маминой сестры. Но они с тётушкой вскоре уехали в Испанию, и я виделся с ним крайне редко, — говорил, глядя в пол, — так шли годы, отец старел, но не покидал надежд вылечить меня. Кого только не было в этом доме. И гадалки, и колдуны, и шаманы, и лекари со священниками. Все они лишь разводили руками. Я почти смирился с этим. Научился жить, прячась за маской, но папа очень переживал, что когда и он умрёт, я не смогу быть один, и от этого был помешан на моей женитьбе. Он свято верил, что мне нужна супруга и дети, ведь сам я не справлюсь. Но никто из девушек не соглашался выйти за меня, ведь были наслышаны о проклятье. И вот, батюшка решил заплатить семье той, что будет готова стать моей женой и родить таких желанных внуков. После оглашения суммы, в наш дом приехал мужчина и его дочь Сара. Отцу эта девушка сразу приглянулась. Она была так любезна с ним, говорила, что любит детей, ну и просто готова на все. Объявили о будущей свадьбе. Папа не стыдясь болтал об этом направо и налево, словно доказывая горожанам, что мол и его сын женится на такой красавице. Об этом событии уже знали все вокруг. Назначили дату свадьбы, и вот день женитьбы настал. Я не очень хотел этого, да и не понимал зачем это всё, ведь Сара не любила меня, а я не любил ее. Тем не менее, нас обвенчали. В первую брачную ночь, девушка сообщила, что не может принять жениха, в силу "женских" причин. Меня это насторожило, но папа подвоха не видел и беспрекословно ей верил. По истечении более чем недели, служанка доложила отцу, что Сара подозрительно долго откладывает брачную ночь, и что-то тут не так. Он поговорил об этом со своим свекром, и девушка сообщила что ждёт меня в эту же ночь. Я не хотел идти, но отец настоял. Ему был нужен внук в кратчайшие сроки. Слушаясь его, я отправился в покои своей жены. Мне нужно было снять маску, но перед этим девушка хотела мне кое в чем признаться. Она сказала, что не невинная и скрывала это. Просила промолчать и сохранить ее секрет. Меня эта новость ни коем образом не ранила, ведь я не любил ее. И вот стояло мне снять маску, как от уверенной и смелой девушки ничего не осталось. Сара очень испугалась, и начала просить не трогать ее. Заплакала. Мой лик действительно тяжело созерцать, поэтому я принял решение покинуть спальню, дабы не пугать бедняжку ещё больше. Следующим утром, войдя в ее покои я обнаружил открытое окно и связанные несколько простыней, свисающих с него. Сара сбежала. От ее отца тоже и след простыл. Для меня ее поступок был ожидаем, но вот мой батюшка воспринял новость весьма болезненно. Он привык к Саре, как к родной дочери, и поверить не мог, что она убежала. Папа слег. Давняя болезнь обострилась, и врач сказал, что он долго не протянет, тем не менее, он намерен был отыскать Сару и вернуть обратно. Так как сил у него не было, он приказал это сделать мне. Я не смог ему отказать, и занялся ее поисками в этот же день. В городе, мне сообщили, что эти люди ночью уехали за город, в небольшую деревню. Их видели несколько свидетелей. На следующий день пришлось отправиться туда. Действительно, Сара и ее батюшка поселились там, у одной семьи. Оказалось, в этой семье жил юноша, с которым у Сары была непосредственная любовная связь. Узнав меня, девушка хотела бежать, но я попросил выслушать меня, и она все же согласилась. Я сообщил, что не хочу и не буду заставлять ее возвращаться, чему она была очень рада. Лишь попросил признаться зачем она и ее отец дурили голову нашей семье. Как выяснилось, сама Сара не хотела за меня замуж. Это ее папа, узнав что старый граф щедро заплатит невесте и ее семье за брак со мной, и внука, решил воспользоваться этим шансом. Они хотели, чтобы Сара родила ребенка, а после забрать деньги и сбежать, оставив малыша мне. Но увидев мое лицо, девушка передумала, и убежала сама. Отец понял ее, и они боясь гнева моего папы, приняли решение скрыться. В конечном итоге, эти люди остались там, и просили никому не рассказывать, что они пытались провернуть, ведь им было стыдно. По возвращению домой, я солгал отцу, сказав, что не нашел ни Сару, ни ее папу, ведь если бы признался, он все равно не сдался бы, и донимал эту семью. Всем слугам в доме я также приказал молчать, уточнив, что моя жена пропала без вести. Боясь, что надо мной будет смеяться весь город, от того, что невеста сбежала в первую брачную ночь, папа слишком сильно разнервничался и его сердце не выдержало. Вскоре он умер.