Под сенью разрушенного мира 1: Учеба маленькой лесной девы (СИ)

— Слушаю.
Ог встрепенулся, словно возвращаясь в реальность. Облизнул пересохшие губы, отпил немного и затараторил:
— В Эрве снова случился прорыв. На этот раз задело наш дом… Я перевел во временное убежище Гайтрана, теперь собираюсь отправиться на поиски нового мира, который смог бы стать нашим домом. Чую, Эрв долго не протянет, прорывы все чаще.
— Что?! Твой дом же даже не был в зоне риска! Я схожу посмотрю… Ты перевел только Гайтрана? — растерялся Критир, хватаясь за голову.
— Только… Да, все спали, когда это произошло, — глухо ответил Ог и покачал головой. — Как продвигается обучение?
Критир замялся, не зная, что ответить.
— Я сожалею, Ог… Неужели… Ох, я не буду спрашивать. Насчет обучения не беспокойся, торопиться некуда. Как вырастет, точно сдадим на младшего адепта. Сам знаешь, раньше и большего не примут, такие порядки.
— Спасибо. В таком случае, доверяю ее тебе, Критийре… Все равно неизвестно, когда мне удастся вернуться. — Ог похлопал друга по плечу.
— Удачи, брат. Я присмотрю.
Названные братья обнялись на прощание, и Огнез пошел, чуть оглянувшись на пороге, снова будто желая что-то сказать, но в конце передумав.
— Ог, постой. — Критир остановил его и с тревогой спросил:
— Кто тебя отправил на поиски мира?
— Чутье, — глухо отозвался он.
— Я пойду с тобой. — Критир цепко ухватился за его плечо.
— Критийре. Ну что ты будешь делать в междумирье? Я найду, что требуется, и мы встретимся снова. Я уверен. Со мной все будет хорошо, ты знаешь. Чутье поможет найти мир лучше прежнего, нужно лишь подождать. Береги себя. И за Ни присмотри. — Ог тепло улыбнулся, убрал с плеча руку друга и быстро отправился прочь.
Критир проводил старого друга взглядом. Как всегда, налегке. С одной лютней за спиной да маленькой сумкой. Будто бы уходит не на поиски в запутанном междумирье, а на прогулку. Сколько в молодости они провернули вместе! И в ледяной пещере были, и в подземелья древние лазили, и даже в Гнилой лес забирались, правда, недалеко: иллюзий слишком много оказалось. Ог тогда почуял опасность и отговорил идти. Да Крин и не спорил. Чутье никогда не подводило друга — они выбрались даже из проклятого древнего лабиринта под лесом Кона. Ог справится, в этом не было никаких сомнений. Критир же будет лишь обузой в этих поисках. Ладно. Его задача — присмотреть за маленьким сокровищем друга, доверенным ему.
Критир собрал свои конспекты по прорывам и сел в гостиной. Как же так! Огнез, как никто, рвался к свободе. Он, казалось бы, беззаботно играл на лютне свои с виду простоватые, но пугающе меткие на деле песни, при этом неизменно собирая для общины необходимую информацию. Был нераскрываемо прост с виду, но те, кому довелось увидеть его без маскировки, знали, насколько этот беззаботный пьяница и до неприличия многодетный папаша страшен в деле. Любые хитрости, любые переговоры, невероятное чутье — это все про него.
Уж Критир-то точно знал! В юности они перерыли весь Эрвилессин в поисках зацепок, готовясь к Последней битве. Ог плевал на все правила и обычаи, подвязываясь простой веревкой вместо положенного пояса, находя совершенно невообразимые выходы из, казалось бы, безысходных ситуаций. Критир поежился, вспомнив мрачный лабиринт, полный ловушек. Провалились Ловы знают куда, а ведь все равно вышли!
А уж как Ог женился на лесной деве, вытащив ее из заповедного друидского леса, и вовсе забавно вспоминать. Ему сказали, что можно забрать Ми, но нужно получить документы на содержание, оплатить залог и отчитываться в заповедник, потому что любимицы лесного Лова несамостоятельны, нуждаются в уходе, и заповедник несет ответственность за каждую особь. Ог выслушал, кивнул, но вносить залог не стал. Никто не удивился — простому служителю подобное удовольствие было совершенно не по карману. Крин даже предложил добавить, сколько мог, и заработать на сложных заданиях.
Ог возмутился страшно, мол, Ми не вещь, не продается и не покупается! Но других вариантов, кроме как выкупить лесную деву, не было. Крин не стал спорить, тем более что на задания Ог согласился. Правда, как выяснилось позже, все сбережения потратил на домишко в Красном лесу.
 
Ог продолжал навещать Ми. Хранители заповедника смеялись, когда тот научил лесную деву грамоте, и просили ее почитать. Та читала очень нескладно и забавно, особенно поначалу, но охотно — все хвалили, радовались, Ми нравилось. В конце концов она наловчилась читать довольно бегло, и ее стали показывать как диковинку хранителям других заповедников.
Но Ог не остановился на этом — он неведомым образом объяснил Ми (Крин с ужасом представлял, каким трудом) базовые заклинания и помог ей заполнить прошение на экзамен. Вот скандал-то вышел! Оснований отклонить прошение не существовало — формально лесные девы считались такими же членами общины, как и элькрины. Ограничений никто не вводил, ведь прецедентов не было. И Ми сдала. Стала свободным младшим адептом общины Эрва, который сам может о себе позаботиться и сам решает, где жить — в заповеднике или с любимым.
Ог тогда плакал от счастья в обнимку с Ми и обещал ей жениться после Последней битвы. Как же он мечтал о простой счастливой жизни! Его единственный друг!
Какого Иста прорыв случился в таком неподходящем месте? Ог столько копил на этот дом! Столько сил они с Ми вложили в то, чтобы ее признали самостоятельной! Столько…
Критир покачал головой, пригубил чай и начал листать свои записи. Нужно осмотреть место. Почему-то ткань мира оказалась именно в том месте невероятно тонкой. Это было подстроено? Или случайность? Есть ли еще такие слабые места?
От размышлений его отвлекли аромат жасмина и поцелуй в щеку. Критир, не отрываясь от бумаг, отозвался:
— Доброе утро, Ни.
— Доброе, Учитель! Что-то ты сегодня на одном чае… Давай покормлю?
Критир тяжело вздохнул. Ему нужно сходить все осмотреть. Что ей сказать? Правду? Или скрыть? Ни потрясла его, заглядывая в глаза:
— Учитель, что-то случилось?
— Сегодня покажу тебе кое-что. Завтракай и собирайся, — отозвался он и закусил губу.
Она наскоро съела плод, выпила чай и стала завязывать плащ, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, явно предвкушая что-то интересное. Может быть, все-таки не стоит ей показывать?
Критир уже собрался — в сумке лежали все инструменты и бутыльки для проб и замеров. Он покосился на ученицу. Ее точно ждало огромное разочарование. Когда тяжело, лучше всего себя чем-то занять. Он в свое время пережил потерю, углубившись в исследования… Надо и ей тоже дело предложить. Критир припомнил несколько полезных растений из Красного леса, набросал на листке и протянул Ни список:
— Тебе нужно будет собрать их сегодня.
— Хорошо, Учитель.
Критир зашнуровал сапоги, накинул плащ, взял сумку и посох и вновь посмотрел на Ни. Может быть, все-таки не стоит ее туда вести? Нет, нужно. Он бы ни в каком возрасте не хотел бы, чтобы от него скрывали правду. Да и все равно узнает, но лучше увидеть своими глазами, чтобы принять.
Пройдя через барьер скрытого дома в междумирье, они вышли в Эрв по туманной тропе из привычного прохода недалеко от дома Ога. Прямо перед ними среди могучих бурых стволов в лесу простирался огромный темный разлом. Трава рядом пожухла, а кора потемнела, и чем дальше от прохода, тем шире становился прорыв.
Критир вздохнул, почувствовав, как сжалось сердце. Как же так? Еще совсем недавно здесь царила жизнь! Ми уютно улыбалась и ластилась к другу. Доносился смех и крики, а Гай подозрительно косился на гостя, думая невесть что. Имен остальных детей Ога Критир даже и не знал, но их было так много! А сейчас… пусто и тихо. Только от прорыва едва заметной дымкой поднималась сероватая оскверненная энергия.
 
Критир посмотрел на Ни. Фигурка в сером плаще замерла, прикрыв рот руками. Под капюшоном не видно лица, но ей, конечно, еще тяжелее. Ни сдавленно произнесла:
— Мой дом…
— Твой отец жив, Гай тоже, — ровно сказал Критир, про себя подумав: «Главное, чтобы не начала прямо здесь плакать. Или лучше, чтобы начала?»