Стрекоза и Муравей (СИ)

Глава 1
Неприятный, скребущийся звук раздавался со стороны двери. Юра поднял голову, прислушался. Кто-то явно пытался открыть дверь к нему в номер. Кстати, он закрыл её на ключ? Вроде нет. Привычка просто прикрывать дверь за собой, похоже, въелась в подсознание. Во всех отелях, где ему приходилось останавливаться, были обычные электронные замки, приставил карту — замок открылся, вошёл, захлопнул дверь — закрылся. Давно он не останавливался в ретро-гостинице, зато как отлично хозяйка разрекламировала по телефону уровень сервиса! Один бассейн чего стоит!
Юра прислушался — точно, к нему пришли. Неужели воры? Очень интересно, очень.
Дверь вдруг распахнулась, раздался удивлённый женский вскрик и в номер, неуверенно пошатываясь на высоченных каблуках, ввалилась девица.
В мерцающем свете уличного фонаря было сложно разглядеть лицо, но в том, что перед ним странная и, кстати, весьма нетрезвая девушка, Юра не сомневался.
Девица шумно плюхнулась в кресло, задрала вверх ногу и с довольным стоном стянула босоножку. Повторила тот же трюк со второй ногой, потянулась, сняла обтягивающую летнюю майку.
Да в этом городишке девочки по вызову совсем обнаглели, сами к клиентам ломятся!
Юре надоел бесплатный стриптиз, он нащупал возле изголовья кнопку выключателя, над головой ярко вспыхнул светильник.
— Свободна, не заказывал, — сказал Юра.
— Ой! — девица взвизгнула и прижала к себе майку. — Вы кто? Что вы здесь делаете?
Юра зевнул. Всё-таки устал он сегодня — перелёт, такси, пыльная, с плавящимся асфальтом дорога. Теперь ещё и незваная гостья — многовато для одного дня.
— Могу я попросить вас покинуть мой номер? — вежливо спросил он. — Дверь там.
Юра кивнул в сторону выхода.
— Какая дверь? — возмутилась девица. — Никуда я не пойду, я спать пришла!
— Отлично, идите спать. Девушка, я не заказывал дополнительных услуг, выйдите, пожалуйста.
— Какие услуги? Что вы вообще делаете в моём номере? Убирайтесь отсюда, я сейчас охрану позову!
— Хорошая мысль. Если бы она тут ещё была — сам бы пригласил. Вы собираетесь уходить или нет? Не знаю, как вы умудрились войти, но здесь живу я, это понятно?
Девица вскочила, упёрла руки в бока, сердито блеснула глазами.
Юра отметил, что фигура у неё очень даже не плоха, да и личико тоже. Волосы, разумеется, светлые, крашенные — куда же без блондинок. С бюстом красотка явно перестаралась, или попала под нож в благословенный момент отсутствия жаждущих неземной сексуальности клиенток и период скидок. В любом случае, таких пышных окружностей у тонкокостных стройных девиц не бывает, силикона хирург не пожалел. В другое время Юра, может быть, замутил бы с ней интрижку, но последние события в личной жизни отбили всякую охоту развлекаться. Он и на море поехал исключительно для того, чтобы побыть в одиночестве, успокоиться и зализать раны. Специально поселился в маленьком гостевом доме, подальше от городского пляжа, шумных развлечений и надоедливых предложений.
— Мужчина, вы чего зависли? — поинтересовалась девица, натянув назад майку. — Вы уходить собираетесь? Я кричать буду.
— Кричите, — согласился Юра. — Жалко соседей, но раз вам так необходимо.
— Ты вообще слов не понимаешь? — красотка неожиданно перешла на ты. — Мужик, ты в окно залез, да? Ночевать негде, увидел, что балкон открыт и забрался? А если бы я не одна пришла?
— Что помешало прийти не одной? — Юра вопросительно поднял бровь.
— Не важно. Всё, поговорили и баинькать, прошу на выход, с вещами. Хозяйка явилась, ещё что-то непонятно?
— Много чего. Во-первых, как ты вошла, — Юра решил не церемониться. — Во-вторых, когда ты уйдёшь и дашь мне спокойно отдохнуть. В третьих, что за бодягу надо пить, чтобы потом дорогу в номер не отыскать?
— Никакую не бодягу, только шампанское! — возмутилась гостья. — Хочешь сказать, я свой номер не узнаю? Да я в нём живу! Вон картинка с яхточкой — моя, над кроватью висит. И занавески синие. Покрывало на кровати из той же ткани. Кресло, зеркало, коврик пушистый. Только ты зачем-то его на другую сторону переложил, к балкону. Шкаф опять же.
 
Девушка подошла к шкафу-купе, распахнула дверь.
— И вещи в шкафу тоже мои, не видишь?
Она, не глядя, достала с полки Юрины трусы, развернула и зачем-то потрясла.
— Точно твои? — усмехнулся Юра. — Может примеришь?
Гостья посмотрела на труселя, на Юру, опять на труселя. Повернулась, наконец, к шкафу, заметила висевшие на вешалках шорты и футболки.
— Нет, не мои, — растерянно протянула она. — Твои, что ли?
— Ага! — обрадовался Юра. — Как догадалась? Мадам, вы в каком номере проживать изволите?
— В двести третьем.
— А здесь сто третий. Первый этаж, понимаешь? Первый, а не второй. И балкона, заметь, здесь нет.
Девица подошла к окну, отодвинула штору, выглянула наружу.
Зачем нумеровать комнаты в мини-гостинице трехзначными числами оставалось загадкой. Вероятно, владельцы считали, что нумерация, как в больших отелях, придаёт заведению солидности. Во всяком случае цена за ночь была вполне приличной, с заявкой на серьёзный сервис, всё как у больших.
Юра подумал, что надо было, все-таки, лететь на Кипр, хоть прошлогодний заезд и оставил не самые хорошие воспоминания. Да что уж там, откровенно плохие. Из-за падемии отдых был испорчен — жить возле океана и не иметь возможности к нему подойти, что может быть хуже?
Здесь, во всяком случае, он в своей стране. Если бы Юра озадачился поездкой заранее, как он это обычно делает, то и отель бы нашёл приличный, и сервис. Но обстоятельства сложились так, что ему просто необходимо было уехать, остаться одному, подальше от близких, друзей, знакомых и даже коллег. Особенно коллег.
Он вернется как ни в чём не бывало, будет спокойно отвечать или не отвечать на бестактные вопросы, научится снова быть спокойным и счастливым. В жизни всякое бывает, его случай — просто банальность, и волноваться не о чём. Но что же так больно?
— Кажется, это действительно не мой номер, — растерянно пробормотала девица.
— Удивительная догадка! — заметил Юра. — Надеюсь, теперь вы уйдёте?
— Уйду, — согласилась гостья. — Только куда? Мой-то где?
Юра встал, натянул шорты. Взял несопротивляющуюся девушку за руку и вывел в коридор.
— Справа от вас лестница. Видите? — тихо и вежливо сказал он.
Девушка кивнула.
— Поднимаетесь по ней на второй этаж — не промахнётесь, их всего два. В коридоре отсчитываете третью дверь, открываете, заходите и падаете спать. Это понятно?
Девушка вырвала руку, гордо вскинула подбородок:
— Не надо со мной говорить, как с умственно отсталой! — возмутилась она.
— Человек в алкогольном опьянении с головой не дружит, — объяснил Юра. — Всё поняла, подруга? Теперь топай, не заблудись.
Он легонько подтолкнул её в спину, вернулся в номер и, для надежности, до упора повернул в замке ключ.
В пансион отеля входили завтрак и обед. Завтрак Юра пропустил — пешком дорога до моря занимала почти час, но его всё устраивало. Хорошая утренняя пробежка, чистая, ещё прохладная не нагретая солнцем вода и неторопливое возвращение по тенистым извилистым улочкам привлекали его больше, чем завтрак в компании незнакомых людей, капризных малышей и кудахтающих, как растревоженные куры, мамочек. Вчера он обратил внимание, что население отеля в массе состоит как раз из таких мамочек с детьми. Часть из них, наверняка, не замужем и будет рассматривать Юру как потенциального жениха и спонсора. Если он не хочет испортить себе десять дней отдыха, значит никаких знакомств.
Стоило подумать, как его догнали две шумные, похожие друг на друга девушки в ярких, донельзя откровенных сарафанах. Набор лямок, полосок и развевающих кусочков не оставлял места для фантазии и показывал больше, чем прикрывал. Зачем вообще одеваться, с таким же успехом можно дефилировать по городку в купальнике. Юра мысленно усмехнулся — состарился он, что ли? В тридцать два рассуждает, как древний, уставший от жизни дед, вот и наряд у девушек его раздражает. Или это последствие стресса? Тогда надо было к врачу идти, а не на море ехать и критически осматривать молоденьких загорелых нимф, выискивая недостатки. Всё-таки ему нужен отдых, отдых и хорошая встряска, чтобы мозги встали на место, голова забыла обиду и то противное, липкое, как грязный стол в затрапезном общипите, ощущение чужого любопытного сочувствия. Когда люди исподволь бросают на тебя жалостливые взгляды, а за спиной провожают насмешливой кривой улыбочкой.