Измена. Предателей не прощают (СИ)

Но тут Ромка рушит тишину:
- Какого черта ты тут делаешь, Ира?
Это не сон, не галлюцинация. Это действительно моя бывшая жена.
- О, явился, – скрипуче говорит она, глядя на меня, - я смотрю хорошо устроился, да?
Мои глаза моментально наливаются кровью. Руки сжимаются в кулаки, я бросаюсь вперед, но Ромка молниеносно останавливает меня, схватив за рукав.
- Дрянь. Мерзкая дрянь. – ледяным голосом начинаю я, - Да как ты посмела заявиться в мой дом!
- Бабу смотрю какую-то приволок… - продолжает моя бывшая жена. – Жаль, не познакомилась с ней…
- Ты сломала жизнь всем! Мне, Ваське, маме! Всем! - начинаю закипать я, - Погоди…
Холод заползает в мое сердце. Страшная догадка скребет сознание своим острым когтём.
- Это твоих рук дело? – киваю в сторону Маринки. – Я убью тебя.
В моем голосе столько ледяной ярости и силы, что все понимают - это не пустые угрозы. Я делаю быстрый шаг вперед, и слышу, как трость летит на пол из Ромкиных рук, и друг уже крепко обхватывает меня, чтобы я не наделал глупостей.
- Леха! Леха! - бормочет он, - не надо, Лех!
- Моих рук…? Что…? – поворачивая слова вялым языком уточняет Ира.
- Я убью тебя! Убери руки, Ромыч! Или я и тебя…
- Да она же угашена в хлам! Ты что не видишь? - уже срываясь на крик орет Ромка, - Ты хочешь из-за нее на нары отъехать? А Васька? Мама? Маринка? Успокойся, Лех! Успокойся!
Говоря все это, Ромка старательно оттаскивает меня в другую сторону коридора. Взгляд снова падает на Маринку. Ну где-же скорая! Снова, невольно, вижу перед собой эту мерзкую женщину, к которой давно не испытываю нечего кроме ненависти.
- Тварь! - бросаю ей в лицо.
Ира задумчиво чешет голову.
- Вызови ментов, Лех! Надо разобраться как она сюда пробралась! Отпускаю? Ты себя контролируешь?
- Да отпусти ты меня! - вырываю руки из хватки друга.
Злюсь, но очень благодарен ему. Я и правда мог ее убить.
- Какого хрена ты тут делаешь? Как ты тут оказалась? Кто тебя пропустил?
Ира смотрит на меня пустыми глазами слегка покачиваясь при этом.
- Где мой малыш? – вдруг говорит она, пытаясь остановить на мне взгляд.
- Твой малыш? - переспрашиваю, и слышу, как мой голос гремит в стенах дома,- возможно в том притоне, где ты его пыталась продать? Почти восемь лет назад, помнишь? Твой малыш? Да как ты смеешь вообще упоминать нашего сына, после того, что из-за тебя с ним было?
- Скорая, Лех! – кричит Ромка. – Я открою ворота!
Мы остаемся втроем. Я и две женщины. Я смотрю на свою женщину из прошлого, и понимаю, что она могла уничтожить мое будущее.
- Напомню условия нашей сделки: я даю тебе на хлеб, а взамен, ты никогда близко не подходишь к сыну, моей маме и моему дому. Я даю тебе на хлеб, но я догадываюсь, на что ты тратишь на самом деле. – смотрю на ее пятна на руках. – И мне уже все равно. Слишком долго я пытался тебя спасти.
Хотя, сможет ли понять хоть что-то, из моей фразы, ее разрушенный мозг?
В дверь врываются два фельдшера с Романом.
- Что с ней? - наклоняюсь я над Мариной.
- Не мешайте работать! – огрызается один из врачей, отпихнув меня в сторону.
- Она беременна, - поясняю врачам, и чувствую, как Ромка поднимает на меня вопросительный взгляд.
- Какой срок? – деловито уточняет фельдшер.
- Около месяца, – мотаю головой, отвечая на не поставленный Ромкин вопрос. - Как она?
- Плохо. Повреждения позвоночника вроде не наблюдается. Но надо смотреть в больнице. Кровотечение тяжелое. Возможно, потеря ребенка. Везем в первую городскую.
- Нет, - прерываю я. – В «Вита-Мед» и быстро!
- Но это частная и дорогая…
- Это моя клиника! - прерываю я. – Марку сейчас позвоню.
Вытаскиваю телефон и быстро иду к дверям.
- Погоди, - мне преграждает путь Ромка, - а менты? Я вызвал полицию, они мчатся. Но хозяин ты! Тебе и показания давать. Приедешь позже. Не переживай, я поеду с Маринкой. Предупреди Марка. И последи за этой… - он проглатывает слово, и кивает на сидящую на полу Иру, - чтобы не сбежала. Но не убей ее!
Когда дверь за фельдшерами закрывается, я перевожу взгляд на бывшую жену:
 
- У меня один вопрос: кто дал тебе пропуск?
Продолжение, как обычно, завтра!
  
Глава 38. Алексей
 
- Таким образом мы видим… - указка менеджера елозит по какому-то графику, про который она рассказывает больше часа. Но что это за график, убей не понимаю.
Устало тру глаза.
- Я понял, Ольга. Спасибо, коллеги. Давайте перенесем совещание, – бросаю взгляд календарь, – на следующий понедельник. Нам нужен выезд на стройку в ближайшие дни? - спрашиваю у подчиненных.
- Нет, я там вчера был, - вклинивается Ромка.
- Спасибо, Роман Евгеньевич. – киваю Ромычу, - Все свободны, всем спасибо.
В полной тишине народ покидает комнату. Ловлю на себе осторожные взгляды Олечки из проектного отдела и кого-то еще. Слухи наверняка расползлись по офису. Но мне все равно. Голова занята другим.
- Ты сегодня спал? - Ромка садиться на стол рядом со мной.
- Пару часов, в больнице. – бросаю в ответ.
- Леха, на тебе лица нет. Тебе надо…
- Что мне надо? – вспыхиваю я, - Отдохнуть? Поспать? Расслабиться?
- Для начала сходить в душ и не орать на друга.
- Извини, - устало тру глаза.
- Я так понял, новостей пока нет? – вздыхает Ромка.
- Нет. Марина не приходит в себя. За ребенка борются. За нее тоже. Марк предупредил, что шансов на сохранения мало. Каждый день в коме, огромный риск для Марины и малыша.
Ромка вздыхает и идет к бару.
«Хорошо ему, - думаю с какой-то злобой. – хорошо никого не любить. Можно спокойно спать ночами и ездить по разным бабам». И тут же с досадой бью кулаком по столу. Ромка мне пытается помочь, а я…
- Что говорят менты? Тебе плеснуть? – спрашивает друг, даже не обернувшись на звук удара.
- Я за рулем. – собираю документы в стопку, хотя дикое желание порвать все в клочья, - Нечего не говорят. Допросили Иру и отпустили. Доказательств, что она столкнула нет. Как прошла через ворота непонятно – говорит, случайно. Ну а про пропуск ты уже знаешь.
- Да, ребята из айти отдела ищут пути, как на компьютере охраны появился пропуск на ее имя. Как только появится информация, скажу. Слушай, Лех, - мягко говорит Ромка, - поезжай к себе. Ну хоть к матери. Поспи часочек. Давай я в больницу сам сгоняю, подменю. Ненадолго! На ночь у меня планы, учти!
Губы невольно сжимаются в полуулыбке. Ромка такой… Ромка!
- О! Отлично! – говорит друг, заметив, как искривился мой рот, - Давай, вали к себе на часик-два и потом в больницу.
***
Смотрю, как вода стекает в сливное отверстие. Смотрю долго. Ни одной мысли в голове. Боюсь думать.
Сейчас я сделал все, что мог. Марка знаю сто лет. Еще со времен, как пытался вытащить Иру. Потом реабилитировал сына, и он советовал лучших неврологов. Когда Марк захотел основать свою больницу помог деньгами не раздумывая. Марина в хороших руках. Самых лучших в городе. Я знаю. Я уверен.
Хотя я так же был уверен, что в моем доме нечего не может случится.
Черт! Черт! Черт!
В исступлении бью кулаком кафель. По плитке растекается красная полоска. Кажется, сбил костяшки. Но никакая физическая боль не может заглушить внутреннюю. Я виноват. Я не уберег. И я сделаю все, чтобы найти того, кто стоит за этим.
А потом… А потом я уничтожу этого человека.
Разумеется, ни в какой сбой системы у охраны я не верю. Имя Иры появилось в списке пропусков. И это не случайность.
Выхожу из ванны, как раз, чтобы услышать, как открывается входная дверь в квартиру.
- Папка!
- Привет, сын! Привет, ма!
Васька скидывает кроссовки и бежит ко мне. Смотрит с выжиданием.
- Новостей нет, сын, - тихо говорю я, догадываясь, о чем он хочет узнать.
- Жалко, - вздыхает, - нам такую замену поставили, она такая…