Измена. Предателей не прощают (СИ)
- Зато я тут задержусь! - она окидывает взглядом мою кухню. – И не все созданы для работы, как ты! Кто-то должен быть просто красивым и счастливым!
- Счастливым? За чужой счет? - Я смотрю ей прямо в глаза и чувствую, как полыхают мои щеки.
- За какой чужой счет? - вклинивается в разговор мой муж. – Тут все мое. Тут твоего вообще нечего нет.
- Это и моя квартира тоже! Мы покупали ее вместе. – я перевожу взгляд на мужа.
- До брака! Мы покупали ее до брака. И я оформил ее на себя. Неужели ты думаешь, что я такой идиот, чтобы это не сделать? А ты, ты даже не удосужилась проверить документы! Ленка права: ты – клуша!
Меня второй раз накрывает ледяная волна. Получается, он предал меня гораздо раньше? Он что, сразу планировал меня предать?
- Убирайся отсюда! – кричит на меня моя собственная сестра. - Ты слышала? Ты вообще не знаешь, что надо нормальному мужику! Ты даже ребенка родить не можешь! Ты пустышка! Надменная дура, которая считает, что она умнее всех!
- Да как смеешь?! Я же тебя с детства растила! Я же для тебя… - кричу я.
- Да ты мне завидовала всю жизнь! Пока ты за книжками своими сидела, я хоть с парнями тусовалась! А ты всю жизнь никому не нужна была! Единственное, в чем тебе повезло в жизни, это с мужем! И того ты сейчас потеряла! Поняла? - истерит моя родная сестра. – У нас будет ребенок! У нас! Слышишь?!
Она визжит на меня и ее красное личико мелькает перед моим лицом. Я смотрю на нее с каким-то диком ужасом. Я вижу ее словно впервые. Эти искаженные злобой глаза. За что она так ненавидит меня? И это мой единственный родной человек на земле? И она за моей спиной спала с моим мужем?! В моем доме, где я всегда была ей так рада! И она сейчас поливает меня грязью?! Я очень хочу остановить ее крик и заношу руку, чтобы дать ей пощечину. Вдруг резкая боль на запястье останавливает меня. Мой муж сильно хватает меня за руку и притягивает к себе.
- Не стоит поднимать руку на мать моего будущего ребенка!
Он резко отпихивает меня от себя. Я смотрю на него и понимаю, что это больше не мой Глеб. Ленка приглаживает свои волосы.
- Котя, спасибо! Ты меня защитил от этой ненормальной в нашем доме.
В нашем доме? Прекрасно! Ну что ж, раз это ваш дом, то ты должна быть в курсе, что у меня стоит вот тут на плите в кастрюле с длинной ручкой.
Скоро каникулы. И мы с ребятами решили делать карнавал в честь окончания года. А что надо для карнавала – конечно же маски. И делали мы их сами. Из папье-маше. Я сварила две кастрюли клейстера. Одна нам пригодилась на уроке. А вторая сейчас стоит на плите.
- Ваш дом? - переспрашиваю я сестру, – а что у тебя тут? В твоем доме?
- Откуда я знаю?! - визжит сестра.
Я даже не подозревала, что она такая истеричка.
- Смотри! – говорю я и беру ковш холодного клейстера и резко выливаю на нее.
Глеб отпрыгивает в сторону, и вся клейкая масса летит на волосы, лицо, шею моей сестры. Там крахмал. Он не ядовит. Отмоется.
А мне кажется, никогда не отмыться от той гадости, что я увидела сейчас.
И я выбегаю из квартиры.
Глава 3. Марина
Я выбегаю из квартиры, но бегу не в лифт, а наверх к техническому этажу.
Прижимаюсь спиной к стене и зажимаю руками рот, чтобы не начать кричать от скопившийся боли. Понимаю, что это было правильное решение.
Слышу, как распахивается дверь тамбура и оттуда несется моя сестра.
- Котя! Котя, вези меня в больницу срочно! - верещит Ленка. - Я не знаю, что это! Что со мной, котя?
- Милая успокойся, - бормочет Глеб и я слышу звук лифта.
- А вдруг это навсегда останется на моем лице? А вдруг я останусь без волос? Ты будешь меня любить, котя?
Лифт открывается. Окончание фразы я не слышу.
«Да, Лена, мозгов у тебя точно нет, надо просто умыться…» – думаю я. И сразу одергиваю себя. Это не у Лены нет мозгов, а у меня, ведь даже сейчас я думаю о других, а не о себе.
Я медленно сползаю по стене, и утыкаюсь лицом в колени.
Глеб, мой Глеб…
Мы познакомились в институте на третьем курсе. У нас намечался новогодний бал в костюмах, но беда всех педагогических институтов – отсутствие парней, вот кто-то знакомый из деканата и попросил его к нам заскочить, потанцевать. Он к тому времени уже закончил что-то экономический вуз и работал в фирме отца.
Я была в костюме Золушки, который сделала из свадебного платья мамы, а он был в плаще и представился Суперменом.
Мы танцевали с ним весь вечер, потом он пошел провожать меня домой. Падали снежинки, в парке светили фонари, и я впервые поцеловалась.
Он был моим Супергероем – парень из другой жизни. Красивый, успешный – девчонки на курсе тогда шутили, что мне и правда повезло, как Золушке, встретить своего принца.
Летом на мой день рождения, он сделал мне сюрприз. Мы полетели в Турцию, и я оказалась с ним наедине в шикарном номере, украшенном свечами, с бутылкой шампанского, а вся кровать была усыпана лепестками ярких цветов. Я даже представить себе не могла, что такое бывает не в кино, а в жизни. Он протянул мне бокал. Мы зажгли свечи и это было так красиво, как в самых романтических фильмах, мы целовались и кружились по комнате и в какой-то момент упали на кровать... И тот рассвет, я встретила со своим первым мужчиной, с моим Глебом.
Поле нашей свадьбы родители Глеба решили, что им надоел прохладный воздух нашего города и они переехали к морю, оставив фирму ему.
Ту самую фирму, в которую я просила его взять мою сестру. Глеб еще хвалил Ленку все это время, говорил, что с работой она превосходно справляется, хоть и без образования.
Ну да, для такой работы образование и не надо. Ну сестричка! Спасибо тебе…
Хватит сидеть! Я вытираю слезы встаю. Надо уходить отсюда. Надо идти. Но куда? К Кому? Все это время Ленка и Глеб были для меня самыми близкими людьми. И в одну минуту я семьи, сестры и дома.
Я доверяла своему мужу. Я действительно отдала ему деньги на покупку квартиры. Я и подумать не могла, что он может обмануть меня. Зачем? Он хорошо зарабатывает. Я уверена, что он и без моих денег смог бы купить квартиру. Какая же я была дура. И что теперь?
Для начала я хочу уйти из этого дома. Я спускаюсь вниз, на свой этаж. Быстро вызываю лифт, не хочу встречаться сейчас с соседями. Надо проскочить мимо консьержки на свежий воздух. Выхожу из лифта, делаю пару шагов.
- Марина Игоревна, у вас дома все в порядке? – консьержка высовывается из своего окна. - Ваш муж с вашей сестрой выбежали минут пять назад, она так кричала. Стряслось что?
Наша консьержка и по совместительству, бабушка одной из моих учениц, замечательная женщина, что же мне ей сказать.
- Она… - придумываю на ходу, - помыла голову не тем шампунем. Испугалась за прическу.
- А с вами-то все в порядке? На вас лица нет. Устали так сегодня, с нашими шалопаями, да?
- Да. Все хорошо. – силюсь улыбнуться. Не буду же я ей все рассказывать. Мерзко таким делиться. Закусываю губу, чтобы не расплакаться. Скорее бы на свежий воздух. Там можно плакать.
- Аааа… Ну ладно. – протягивает консьержка мне в спину.
Выхожу на улицу.
Ну вот и все. Можно свернуть за угол дома и дать волю слезам, но плакать уже нет сил. Медленно бреду по улицам. Понимаю, что в голове нет ни одной мысли. Только чувство боли, распирающее изнутри. Что дальше? Как мне жить? Что мне делать? Я не знаю…
Иду какими-то улочками, куда-то сворачиваю. Мимо проходят люди, катятся велосипедисты, бегают дети. Мир продолжает существовать, у людей все хорошо, это только моя жизнь кончена. Обхватываю себя руками, кажется меня колотит дрожь.
Вдруг из сонного состояния меня вырывает резкий звук. Я знаю, что это за звук, но не сразу понимаю, откуда он. И через секунду до сознания доходит, что это был звук торможения колес электросамоката. Громкий визг. Чей-то крик. Удар!
«Мой ребенок!» - думаю я и оказываюсь на асфальте.