Моя летняя интрижка (СИ)

— О, я уверена, что в этом нет необходимости, Ноа, — говорю я ему, пытаясь изобразить улыбку на лице. Я не позволю тому, что произошло между нами, испортить радость брата.
— Используй его, Миллс, — говорит Тедди, прежде чем осыпать Энни тоннами поцелуев в макушку. Она счастливо виляет хвостом. — Будет много работы.
Я улыбаюсь и киваю, сосредоточившись на своем коктейле, а не на горячем теле Ноа рядом с собой.
  
ГЛАВА 2
 
Ноа
О, черт. Если бы взгляды могли убивать.
Милли не рада видеть меня, но, черт возьми, зато я очень рад. Я пожираю ее взглядом, как будто умираю с голоду. Я не видел ее лет восемь. Черт, Милли хорошо выглядит. Длинные ноги и соблазнительные изгибы. Волосы завиты в идеальные волны, которые так хорошо смотрелись бы, обернутые вокруг моего кулака, пока я трахаю ее сзади.
Она косится на меня, пока я глазею на нее, и затем подмигиваю ей, улыбаясь так, что у меня появляется ямочка на щеке. Милли закатывает глаза и отводит свой взгляд, отодвигаясь от меня на несколько дюймов, к краю сиденья.
— Когда знаменательный день? — спрашивает она Тедди, изо всех сил стараясь отвлечь свое внимание от меня.
— Мы выбрали двенадцатое августа. — Тедди почти все внимание уделяет собаке. Целует и гладит ее.
— Свадьба на пляже в самый жаркий месяц года, — говорю я, откидываясь на спинку кресла и расставляя ноги так, что мое колено соприкасается с коленом Милли. Она быстро отстраняется, и я не могу удержаться от улыбки, глядя на выражение ее лица. — Я надеюсь, там необязательна одежда? Можно прийти в плавках? Я бы хотел увидеть всех подружек невесты в купальниках.
Я толкаю Милли локтем, и она стонет.
Ну, хотя бы Тедди рассмеялся.
— В твоих мечтах, Ноа.
— О, определенно в моих мечтах, Милли-Му.
— Фу… — начинает Тедди, прежде чем Милли разворачивается и хватает меня за ухо, как побитого щенка.
— Назовешь меня так еще раз, Ноа Александр Хардинг, и я тебя задушу.
Моему члену нравится, как это звучит.
— Такая жестокая, — говорю я после того, как она отпускает мое ухо. Я делаю вид, что потираю его. — Мне нравится.
— Я и не так могу, — обещает она, голубые глаза вспыхивают раздражением. Ее лицо раскраснелось от нашей словесной перепалки, от этого ее милые веснушки стали еще более заметными.
Прежде чем она успевает остановить меня, я фоткаю ее, запечатлевая хмурое выражение ее лица. Она стонет и толкает меня в плечо.
— Ладно, вы двое, — перебивает Тедди. — Ссоритесь, как пожилая супружеская пара, да, Энни?
— Наверное, надо предупредить гостиницу, а может быть, и весь курортный персонал, что к нам приедет много гостей, — говорит Милли, меняя тему. — Господь свидетель, никто не поместится в маленьком коттедже бабушки Милл.
— Хорошая идея. Позвоню им на этой неделе.
— Все в порядке. Я сама разберусь, когда приеду туда.
Бет зовет Тедди, и он быстро извиняется, проползает мимо Энни и целует Милли в макушку, прежде чем убежать. Она не хочет даже смотреть на меня, не говоря уже о том, чтобы говорить.
Я не совсем уверен, что такого сделал и чем заслужил такой гнев. Конечно, мы расстались не в лучших отношениях, когда она училась в Южной Калифорнии, но это было много лет назад. Так давно, что она не может зацикливаться на этом…
Верно?
— Милли, — начинаю я, но она быстро перебивает.
— Послушай, Ноа, — говорит она, поворачиваясь ко мне всем телом. — Я могу справиться со всем сама. Мне не нужна твоя помощь. И я не хочу, чтобы ты прилетал ко мне, хорошо?
— Миллисент Айрис Буфорд, — тихо говорю я, протягиваю руку и убираю несколько локонов с ее лица за ухо. Ее взгляд становится немного мягче, и я пользуюсь возможностью наклониться и прошептать ей на ухо: — Если ты думаешь, что сможешь держать меня подальше от себя, ты, черт возьми, сошла с ума.
— О, пошел на хрен, Ноа.
Она встает и зовет Энни к себе, стремительно возвращаясь в бар.
— А поможешь мне с этим? — кричу я ей вслед.
 
Она так быстро поворачивает голову, что, я боюсь, как бы она не слетела с плеч. Ее щеки такие яркие, что могли бы стать маяком. Она отмахивается от меня, и я просто подмигиваю, прежде чем она поворачивается обратно и пытается забыть о моем существовании.
Но я не хочу забывать ее. Я наблюдаю за ней остаток ночи, пока она переходит от одного человека к другому. С ней так легко ладить, она заводит друзей, куда бы ни пошла.
Я знаю, она чувствует, что я наблюдаю за ней. И не пытаюсь это скрывать. Но Милли очень хорошо справляется с тем, чтобы игнорировать меня. И когда она выходит на танцпол, танцуя с Бет и ее подругами, я пользуюсь возможностью сделать еще несколько снимков.
Один миг, зафиксированный фотографией, где она, откинув голову назад, смеется, и сверкающая гирлянда над ее головой, что идеально отражают медь в ее волосах. На другом снимке Милли обвивает руками шею своего брата, а он смеется и поднимает ее на руки.
И еще, когда она слегка поглядывает в мою сторону — ровно настолько, чтобы камера смогла это уловить. Она быстро отводит взгляд, как будто ничего не произошло, но у меня это на пленке.
— Еще кое-что, Ноа, — говорит она невнятно, когда подходит ко мне, прежде чем сесть в такси.
— Да, красотка?
Ее дыхание может опалить брови. Моя девочка пьяна.
— Ты никогда, никогда больше не залезешь ко мне в штаны. — Она тычет указательным пальцем мне в грудь с удивительной силой. — Капишс (прим. пер.: итал. «Понял?»)?
Я смотрю в эти покрасневшие глаза и одариваю ее своей лучшей ухмылкой, прежде чем наклониться. Она слегка наклоняется ко мне и вдыхает.
Если бы я был менее мужественным, я бы настоял на том, чтобы отвезти ее обратно в отель. Не думаю, что она бы долго ломалась. Но это виноват алкоголь. И если я хочу затащить Милли в постель — снова, — то только не в состоянии алкогольного опьянения. Я не хочу, чтобы она проснулась и пожалела об этом.
— Кто сказал, что я вообще хочу в них залезать, Милли-Му?
Я даже не уверен, зачем это сказал. Хочу пнуть себя по яйцам за это. Словесная рвота. Чертова словесная рвота.
Когда я отстраняюсь, Милли смотрит на меня более настороженно, чем ранее, и весь юмор покинул ее выражение лица. Я испортил ей вечер. Одной глупой фразой улетучилась радость, которую я видел всю ночь.
Щелкнул выключатель света.
— Спокойной ночи, Ноа. — Она закатывает глаза и забирается в машину с собакой.
— Спокойной ночи, — говорю я, закрываю дверь и смотрю, как машина едет по дороге.
Так о многом приходится сожалеть, когда дело касается ее.
Но следующее лето может все изменить. Целых три месяца непрерывного времени с Милли. Я улыбаюсь при мысли о том, как она отреагирует, когда я появлюсь в ее родном городе.
Дерьмо будет бесценным.
Громко смеюсь, когда подъезжает мое такси. Забираясь в машину, я всю дорогу домой мечтаю обо всех выходках, которые смогу вытворить следующим летом.
  
ГЛАВА 3
 
Милли
Следующее лето…
— Вы знаете, сколько людей придет?
Я смотрю на пекаря и пытаюсь быстро проглотить кусочек торта «Красный бархат».
— Последний раз было сто тринадцать. Верно, Миллс?
Клянусь богом, я чуть не выплюнула кусок изо рта.
Ноа обходит вокруг и, черт возьми, плюхается на стул рядом со мной. Я сглатываю и просто смотрю на него, когда он закидывает руку на спинку моего стула, и его пальцы сжимают мою руку сбоку.
— Тогда трехъярусный свадебный торт был бы идеальным! — восклицает пекарь, улыбаясь, когда Ноа подмигивает ей.
Я едва могу сдержать рвотный рефлекс.
Он наклоняется вперед, откусывает кусочек моего торта и стонет. Бедное лицо пекаря становится ярко-красным, когда Ноа большим пальцем стирает глазурь с нижней губы. Он точно знает, что делает, и я вот-вот потеряю самообладание.