Вышедший из ночи (СИ)

Но для начала Онар вновь подошла к ручью. Ей хотелось промыть разбитое колено и ссадину на лбу, она подумала, что поступила необдуманно, когда измазала раненое колено грязью. 
Наклонившись к воде, Онар какое-то время всматривалась в своё отражение, а затем закричала и отпрянула назад.
Её будучи некогда небесно голубыми глаза теперь поблекли, потеряли свой цвет и выглядели сплошным светло-серым пятном под длинными ресницами с бельмом на месте зрачков. 
О прекрасных глазах осталось только воспоминание. Теперь глаза Онар стали её уродством, так ужасно сочетающимся с чахоточной красотой. 
  
Глава сорок первая
 
День выдался пасмурным. В Северном лесу было темно и сыро. 
Рыцари ночи, собравшиеся на совет у скалы Меер, что полукольцом охватывала небольшой клок земли, были одеты в плащи и накидки с капюшонами, под которыми едва можно было различить их лица, только порой слишком отчётливо сверкали взгляды, да волосы некоторых из членов ордена выбивались им на плечи. 
Сегодня не горели костры, не слышалась музыка, в воздухе не витал запах жареного мяса. Совет шёл уже целый день.
Зябко кутаясь в длинную вязаную шаль, поодаль от остальных на стволе поваленного, поросшего мхом дерева, сидела Алия и сосредоточенным взглядом обводила собравшихся. 
На скалах, на земле, на чёрных валунах, устроились Рыцари ночи, а на выступе скалы Меер находился Мэл, чей зоркий взор улавливал любое изменение в совете. Вот и сейчас от него не укрылось, как один из членов ордена презрительно усмехнулся. 
– Айре, тебе есть, что сказать? – голос вампира прозвучал приглушённо и угрожающе.
Эльфийка, откинув капюшон, вскинула голову. Светло-серые глаза, казавшиеся такими яркими на фоне смуглой кожи и тёмных волос, надменно воззрились на предводителя Рыцарей ночи.
– Есть, как и всем, вот только именно эту тему почему-то все старательно отдаляют! Мы говорили всё это время о том, что нам нужно выбирать, с кем мы будем в этой войне, с Вэриатом или с людьми. Как мы уже решили, в стороне нам не получится остаться. Была бы Офелия у нас, было б проще. Так она как сквозь землю провалилась! Да и кто рискнул бы вернуть сюда ведьму, на мольбу которой откликнулась сама богиня кошмаров? И, что же выходит, займи мы сторону людей, то против нас выступит Вэриат, которому покровительствует Карнэ. А займи мы их сторону, то попадём под власть короля Нижнего мира, и вряд ли уже когда-нибудь Рыцари ночи будут прежними! Если не станет людей, а мы захотим отделиться от Вэриата, то разве не станем мы его врагами, как люди сейчас, которые не принимают его в качестве своего повелителя? Мы должны думать о том, как пойти войной против Вэриата, но только не напрямую и не примыкать при этом к Илиндору. Давайте обсудим вопрос, что нам нужно сделать для победы людей, чтобы самим, насколько это возможно, не принимать участия в битве?
– Рыцари ночи не будут бежать и, как крысы, скрываться от войны в щелях скал и под корнями деревьев! – вскочила на ноги Тесса, после слов которой среди рыцарей прошла волна шёпота. 
– Сядь, – пренебрежительно бросил ей Мэл, и девушка подчинилась. – Продолжай, Айре.
– Нужно сделать так, чтобы Илиндор первым нанёс удар Нижнему миру. И мы может это устроить, вопрос лишь в том, решимся ли? 
Все стали переговариваться, спорить, ругаться. Мэл же думал над словами эльфийки. Ветер перекинул на одну сторону его светлые пепельные волосы, и тёмно-красный вампирский взгляд отыскал в толпе Алию.
– Что думаешь ты? – несмотря на шум, все услышали его и поняли, кому это было сказано.
– Здесь воплощение тьмы упомянули, – пожала плечами колдунья, – и мне тоже интересно, кто решится пойти против неё.
– Карнэ заточена в бездне! Вы боитесь пленницы! – вскричала Тесса. 
Её светлые волосы, взлохмаченные ветром, колыхались при каждом слове, а в карих глазах сверкало воинственное пламя. Когда эта хрупкая девушка с вздёрнутым, усыпанным веснушками носиком так себя вела, Мэлу нравилось, но он не показывал вида. 
 
– Она богиня! – Айре хотела ещё что-то добавить, но Тесса опередила её.
– Самопровозглашенная! Да и с каких это пор ты с таким трепетом говоришь о Карнэ? 
– Может быть с тех пор, когда на наших глазах её сила вселилась в Офелию?
– А не думаешь ли ты поклоняться богине кошмаров? Может, раз она вызвала в тебе такой ужас, ты уйдёшь от нас и станешь служить её сыну? – Тесса пробиралась через толпу к эльфийке.
– Я всего лишь трезво смотрю на вещи! И я не сказала ничего, с чего можно было решить, будто я могу предать рыцарей или что я предложила нам прятаться и бежать!
– Видимо поэтому этот разговор мы старательно заменяли темой – на чьей будем стороне, – задумчиво проговорил Мэл, а потом, повысив голос, пресёк назревающий бой между Тессой и Айре: – Довольно! 
Тишина воцарилась не сразу, но постепенно все стали успокаиваться и тогда вампир вновь отыскал глазами Алию.
– Мы решимся, – кивнул он Алии. – У нас есть глаза и уши, как в Нижнем мире, так и в Илиндоре, нам известно, что происходит, и я уже придумал, как можно помочь людям сделать ход против Вэриата. Но прежде, чем поделюсь со всеми своим планом, хочу услышать от тебя, как ты считаешь, насколько опасно гневить богиню кошмаров?
Алия встала, толпа расступилась пред ней, и колдунья подошла ближе к выступу скалы, на которой сидел Мэл.
– Опаснее будет, если война Вэриату нужна не только для получения власти над землями Илиндора. Я боюсь, что собрав достаточно сил, властитель тьмы освободит Карнэ из бездны. Если это случится, Рыцари ночи перестанут существовать, часть из нас уничтожат, другую поработят. Поэтому, да, я думаю, мы должны добиться победы людей, даже если из-за этого попадём в немилость Карнэ. Её гнев легче стерпеть, пока она находится в бездне. 
Из зашумевшей толпы вперёд вышел высокий, всклоченный, небритый мужчина с блестящими чёрными глазами. Опираясь на трость, он поднялся к Мэлу, что-то тихо ему проговорил и встал у него за спиной. Мэл кивнул ему, то ли соглашаясь, то ли на что-то отвечая, потом поднял руку, призывая всех к тишине, и когда воцарилось молчание, вампир спрыгнул со сколы и, проходя среди рыцарей, спросил:
– Спасибо Кларку, напомнил мне спросить. Кому из вас трудно пойти против воли Вэриата, у кого сила рождена от проклятия или кем-то дарована? 
Из толпы отделилось несколько рыцарей.
– Отлично, значит вы на время войны, чтобы не попасть под власть короля Нижнего мира, где-нибудь скроетесь, – сказал Мэл, а потом различил среди вышедших двух проклятых и усмехнулся. – А вы вообще на всякий случай обкрутитесь цепями и желательно сделайте это подальше от нас. 
Где-то в стороне раздался нервный смешок, а проклятые бросили на Мэла тяжёлый взгляд и ушли вглубь толпы.
– Обиделись, наверное, – хмыкнув, едко выдал Мэл и продолжил ходить среди своих людей… или нелюдей. Удостоверившись, что остальные при надобности могут вести бой против короля Нижнего мира, он вернулся на своё прежнее место, где его ждал мужчина с тростью.
– Кларк, – обратился к нему Мэл, – как насчёт тебя, тебя магией Карнэ одарила. 
Прожигающий взгляд Кларка вперился куда-то в толпу.
– Да, я был её слугой, – его скрипучий голос звучал неприятно, – но это было давно, сила же, которую она мне подарила, не во мне находится, – он сильнее сжал трость, опёрся на неё и погладил круглую рукоять, – поэтому меня против моей воли Вэриат не сможет подчинить. А вот ведьме многие не доверяют, – указал он узловатым пальцем на Алию. 
– Мне не доверяют только потому, что я природная ведьма, – спокойно ответила она, – а не потому что, как некоторые, из-за своей силы могу вдруг не решиться пойти против властителя тьмы.
– А обратившись в зверя и, обезумев, наброситься на своих, ты тоже не можешь? – повернулась к ней Айре. 
– Ну, так держитесь от меня подальше, раз боитесь этого, – одарила её Алия самой милой улыбкой, на которую была способна.