Вышедший из ночи (СИ)

"Слабовольная? – раздался мелодичный смешок Карнэ. – Не думаю. Эта девочка ради любви оставила службу во дворце, с помощью самого Ветра зачаровала Арона и увязалась с ним в поход, а теперь пожинает плоды своих поступков – гибнет. Она глупая, но не слабовольная". 
– Карнэ, ссора произошла между нами – крикнул Рьян, – отпусти её, Анна здесь не при чём!
"Для тебя размыты границы миров, тебе подвластно пространство, ты древнее меня и недавно дал мне понять, что я не имею права ставить тебе условия, а теперь ты просишь меня? Как непредсказуема жизнь, не правда ли?"
– Я не прошу, а предупреждаю, отпусти Анну, иначе наживёшь себе врага в моём лице, – Рьян прикоснулся к лицу девушки рукой, и та заметила беспокойство в его тёмных глазах. 
"Мне угрожает тот, кто вскоре будет моим слугой? – рассмеялась Карнэ. – Что за ирония! Я предлагала тебе сделку, ты отказался, теперь угрожаешь мне, когда я уже решила твою судьбу и ты станешь моим оружием, не получив взамен ничего!"
– О чём ты говоришь? – но вопрос Рьяна остался без ответа.
– Помоги... – одними губами произнесла Анна, и поцелуй ветра в очередной раз наполнил её лёгкие воздухом. 
Рьян посмотрел вниз и увидел чьи-то пальцы, что держали Анну за ноги и тянули вниз. 
Ветер принял свой природный облик, и словно лезвием меча рассёк держащие Анну руки. Затем Рьян подхватил девушку и потянул наверх. 
***
Анна очнулась, глотнула болотной воды, глаза её, как и во сне, залепила грязь, пошевелиться было сложно и она начала задыхаться. Но ей всё же удалось протянуть вверх руку. 
Лишь кончики пальцев показались на поверхности грязной воды, и Арон потянулся к ним, только вот Анна была далеко от него. 
– Ещё немного! – обернулся он к Джону, но тот не мог подойти ближе, иначе их обоих поглотила бы топь.
Внезапно поднявшийся ветер, казалось, свёл на нет все их старания: Джона откинуло назад, из-за чего он выпустил из рук ветвь, оступился и тоже стал тонуть. 
Арон по шею оказался в воде, руку Анны захлестнули поднявшиеся волны и теперь Арон не видел, где она находится. 
Но вот раздался треск, между Ароном и Джоном повалилось то самое полусгнившее дерево, у которого Джон сломал ветвь. Мужчины схватились за трухлявый ствол, они были спасены. Арон заметил под мутной водой волосы Анны, дотянулся до неё, схватил её за воротник платья и вытянул на поверхность. 
Вскоре Арон, Джон и Анна оказались на безопасном, поросшем осокой, клочке земли. 
– Не дышит, – Арон попытался ослабить шнурки платья на груди Анны, но натянувшаяся мокрая ткань не поддавалась. 
Джон ножом перерезал пару шнурков, Арон потряс девушку за плечи, хотел ещё что-то сделать, но вдруг Анна закашлялась и распахнула покрасневшие от набившейся в них грязи глаза. 
Она увидела склонившихся над ней мужчин, а так же белый клубочек воздуха, замеченный только ею, который проник ей в рот, затем в грудь, а потом вышел вместе с болотной водой. Анна, наконец, смогла дышать. 
Арон с облегчением прижал к себе дрожащую девушку, а полуночный камень, который всё это время держал в руке, вдруг от порыва ветра выскользнул и сгинул в болотистой жиже. 
"Ибо хватит заниматься ерундой", – сказал Ветер, наблюдая за происходящим, паря над топью. 
Неслышимый и невидимый людям, он спас их и погубил драгоценность Арона. Рьян знал, что теперь им ничего не останется, как возвратиться в Илиндор, чего так не хотела Анна. Но ветер решил, что с неё приключений достаточно, и больше не стоит потакать её прихотям. К тому же, вернувшись в Илиндор, Арон узнает где Онар и, возможно, даже догонит отряд, посланный Селестиной и Армиром на разведку в Нижний мир. 
Пора заканчивать эту игру. Игру, так как всё, что делали Арон, Джон и Анна, до сегодняшнего дня лишь развлекало Рьяна. Но теперь всё было иначе, Карнэ грозит не только людям и ему, но и мироустройству. Нельзя допустить её освобождения из бездны, поэтому Рьян больше не останется в стороне от войны. Он станет союзником людей и примет участие в битве. 
 
  
Глава двадцать девятая
 
Онар шла по каминному залу и внутренне содрогалась каждый раз, когда огонь громко вспыхивал в каминах, к которым она приближалась. Здесь не было окон, это большое помещение освещалось лишь пламенем. В обеих стенах друг против друга было встроено по тридцать три камина, и когда идёшь мимо них, казалось, что огонь желает достать тебя своими жаркими языками. 
Царевна зашла за поворот и оказалась у высокой двери, на которую падал свет от большого окна, выходившего в сторону обрыва. Прежде чем повернуть дверную ручку, Онар подошла к окну и с замиранием сердца посмотрела вниз. От высоты у неё закружилась голова, и царевна перевела взгляд на дверь, за которой её ожидал Вэриат. Вчера он сказал ей, что хочет поговорить и не примет отказ. И вот Онар готовится к встрече с ним, ей страшно, хочется уйти, но одновременно с этим какое-то странное, невероятно сильное желание увидеть хозяина Нижнего мира, заставляет её открыть дверь и с гордо поднятой головой перешагнуть порог. 
Первое, что бросилось ей в глаза, это мягкий белоснежный ковёр на полу и высокие овальные окна, освещающие уютную комнату, выдержанную в тёплых коричневых и кофейных тонах.
Вэриат, как всегда, чуть небрежно, но вместе с тем изысканно одетый, сидел в кожаном кресле у стола и читал книгу. 
Онар охватило неожиданное чувство уюта, она даже легонько улыбнулась властителю тьмы, когда он, отложив книгу, посмотрел на неё и жестом пригласил присесть напротив. 
– День добрый, – голос Вэриата, идеально правильный и чистый, и в этот раз заставил сердце Онар замереть от страха.
– Добрый, – ответила она, села в кресло и расправила на коленях складки красного платья.
Вэриат, улыбаясь, долго смотрел на неё, царевне уже начало казаться, что он потешается над ней. И она оказалась очень близка к правде.
– Прости, – он поднялся, взял с полки шкафа кубок, налил белого вина и предложил его Онар, – меня веселит твой страх. 
Онар приняла кубок и сделала маленький глоток: тут же внутри неё разлилось приятное тепло.
– Страх? – переспросила она. – Я вовсе не боюсь.
Вэриат снисходительно согласно кивнул:
– Пусть будет так.
– Зачем ты пожелал меня видеть? – она чувствовала себя неловко под его проницательным взглядом.
– Хотел объяснить, что тебе не угрожает опасность. Я не желаю тебе смерти. Да, ты моя пленница, но это вынужденная мера. Тебя же саму никак не касается то, что теперь происходит между Нижним миром и землями людей.
– Я будущая королева Илиндора, меня не может не касаться это! – словно натянутая струна, зазвенел её голос. 
– Я к тому, что по собственному желанию ты не способна повлиять на ход событий, поэтому не обязательно вести себя со мной так, будто я враг тебе.
– Но ты мой враг, – возразила Онар, чувствуя, что уже нисколько не боится своего собеседника.
– Нет.
– Почему же? – отставила она кубок и сложила на груди руки.
– Потому что враги это те, кто сражается друг против друга или желают друг другу зла. Если же перечисленное исходит только с одной стороны, то это, по меньшей мере, глупо.
– Значит я глупая? – вспыхнула царевна.
– Да, – пожал плечами Вэриат. – Ведь только что ты дала понять, что желаешь мне зла. Ты сказала это прямо в лицо властителю тьмы. 
Онар занервничала, она не знала, что ответить и куда себя деть, а Вэриат спокойно, холодно наблюдал за ней.
– Нет, я вовсе не то хотела сказать! – выпалила она, и Вэриат оживился.
– Вот и отлично! – хлопнул он в ладони и развёл руками. – Значит, мы разобрались, что не являемся врагами! Теперь можешь идти, – указал он в сторону двери.
Замешкавшись, Онар неловко встала, зацепила рукой кубок с вином, чуть не скинув его на пол, и растерянная вышла из комнаты.
Вэриат какое-то время смотрел на закрывшуюся за ней дверь, потом, что-то обдумывая, прошёлся по мягкому белому ковру и негромко позвал Роук.