Вышедший из ночи (СИ)

– Мэл…
– Молчи, – перебил он, – тихо, Ра.
За всё их знакомство он считанные разы называл её по имени, может быть поэтому Ра не поддалась панике и послушала его. Она замолчала, придвинулась к Мэлу, стараясь находиться строго посередине лодки и не обращать внимания на её раскачивания. Вода вокруг была уже не спокойна, по ней ходили волны, слышался всплеск и странные, хлюпающие звуки, будто кто-то пытался кричать под водой. Об лодку стучали руки утопленников, и сразу же в воздух поднимался зловонный пар. Прикасаясь к осиновому дереву, мертвецы обжигались.
– Мэл…
– Я сказал, молчи, – он ударил утопленника веслом, но с другой стороны лодки уже напирало несколько других мертвецов, и вампир оттолкнул одного из них другим концом весла. – Не бойся, и не разговаривай. Я ещё ладно, им на меня наплевать по большей мере, я для них сам будто мёртв, моё сердце почти не бьётся, и кожа холодная, – пояснил он. – Ты же другое дело, живая, смертная. Они тебя чувствуют.
Лодку толкнули и Ра вскрикнула. На неё обрушился шквал брызг, и чьи-то липкие пальцы схватили её за волосы. Она вырвалась и метнулась к Мэлу. Ей было так страшно, что хотелось свернуться в калачик и замереть, а он, чтобы всё так же стоял над ней и следил за водой.
– Я же рядом, а ещё на тебе поцелуй Смерти, – раздражённо произнёс Мэл, но Ра ясно различила в его голосе тревогу, – замри, и насколько можешь, задержи дыхание, мой холод и отпечаток Смерти скроют тебя.
У Ра так колотилось сердце, так не хватало воздуха, что задержать дыхание казалось ей нереальным, однако она глубоко вздохнула и, закрыв глаза, перестала дышать. Так Ра сделала несколько раз, отчего у неё закружилась голова. Утопленники утихали, но когда она вновь дышала, приходили в движение и пытались перевернуть лодку, но всё же, пусть и с боем, а Ра и Мэл добрались до берега.
– Могло быть хуже, повезло, – затащив на песок лодку, сказал Мэл и перевёл дух.
– А ведь обычно мне не везёт, – ответила Ра, поспешив к своему вампиру. Но от всего пережитого она плохо держалась на ногах, её повело в сторону, и Ра даже не успела понять, что произошло. Последнее, что она увидела, это как Мэл бросился к ней, протянул руку, а затем Ра ощутила укол в спину, и её поглотила звенящая пустота. 
*** 
Онар очнулась и резко села на кровати. Она часто и прерывисто дышала, дрожала и первое время не могла понять, спит или нет. Что было сном, что реальностью, и где она сейчас находится? Обведя испуганным взглядом комнату, Онар охватил ещё больший ужас. Царевна поняла, что не спит, ведь во сне не чувствуешь боли, а её плечи и грудь ноют, на них синяки от Его прикосновений. Тогда Онар пришла в себя лишь на миг, но успела узнать человека, которого встретила у пшеничного поля. Он чуть не задушил её! Но что Онар делала в воде? Как Он оказался рядом? Сейчас царевна не у себя во дворце, это было ей ясно, ведь из овального окна она видит серые горы и небо, затянутое тучами!
«Где же я, что же это, меня похитили? И где Он, если всё это по Его вине? Что мне делать? Бежать? Дверь… Интересно, она заперта?». Онар спустила босые ноги с кровати и поморщилась от холода: каменный пол был ледяным. Но рядом стояли тёплые, меховые туфельки, как раз её размера, однако Онар не обратила на них внимания. Она медленно обошла огромную кровать, с неким подозрением посмотрев на пуховое одеяло, сверкающее белизной и множество подушек. 
Комната была заставлена старыми, но дорогими вещами. Потёртый столик с малахитовыми и серебряными шкатулками, зеркало в тяжёлой золотой оправе, медный подсвечник у двери. Перила кровати из красного дерева, рядом большой резной шкаф. Два обитых бархатом и мехом кресла у окна. И вся комната в серо-коричнево-белых тонах. Куполообразный высокий потолок тёмен, от пола идёт холод, но от камина, что находится справа от зеркала, веет теплом: в нём мерцают оранжевые угли.
Онар протянула дрожащую руку к двери, и только сейчас заметила, что одета в шёлковую красную ночную рубашку, длинную и пышную, больше похожую на лёгкое и не совсем приличное кружевное открытое платье.
 
Громко сглотнув, царевна толкнула дверь, и та поддалась. «Не заперта!» – пронеслась радостная мысль, и Онар шагнула во мрак коридора. Ей было невдомёк, что дверь оставили открытой только потому, что не подумали, будто она попытается сделать невозможное – сбежать. 
Первое время ничего не было видно, но когда глаза привыкли к темноте, Онар рассмотрела каменные стены и головы чудовищ под потолком. Они казались настоящими, и пусть Онар видела, что скульптуры сделаны из глины, ей было не уютно. Обхватив себя руками, царевна остановилась, не зная, в какую сторону ей идти. Коридор был настолько длинным, что ей казалось, будто она стоит посреди направленных друг на друга зеркал.
– И куда ты в таком виде собралась? Знаешь, это неприлично! – прозвучал за её спиной склочный девичий голос. Онар, коротко вскрикнув, обернулась. 
Перед ней стояла девчонка с виду лет четырнадцати, со светлыми короткими волосами, в которых виднелись яркие салатовые пряди. Одета она была в узкие штаны и белую блузку, стянутую коричневым корсетом. Девчонка стояла, сложа на груди руки, недобро сузив глаза.
– Где я нахожусь? – голос царевны дрожал, но звучал громко и оскорблённо. – Я, царевна Онар из рода Вермонд, невеста Арона из рода Эйрисандр, будущая королева Илиндора, надежда людей и защита их, требую, чтобы меня доставили домой, сейчас же! – чем больше она говорила, тем сильнее креп её голосок, и гордо выпрямлялась спина.
– А я оружие и слуга властителя тьмы, Роук, – представилась девчонка, – вышедшая из мира Карнэ, лично знакомая с богиней забытья и не желающая с тобою нянчиться, – отпарировала она, схватив Онар за локоть и втолкнув её обратно в комнату.
Царевна услышала, как щёлкнул замок и, дёрнув за дверную ручку поняла, что её заперли! Онар заколотила в дверь, потом подбежала к окну, увидев внизу обрыв, отшатнулась к кровати и, забравшись на неё с ногами, опять обвела комнату испуганным взглядом.
«Властителя тьмы? Роук сказала, она слуга властителя тьмы? О, небо, неужели я в плену у Вэриата?! Нет… Нет. Только не это, – и ею завладел неудержимый ужас, а потом новая, ещё более ужасная для царевны мысль поразила её: – Тот незнакомец, встретившийся мне у поля, и явившийся мне во сне, и есть властитель тьмы? – она легла, и локоны её волос разметались по белоснежной постели. – Мой похититель само зло. Я погибла. Арон… спаси меня!»
  
Глава четырнадцатая
 
– Очнулась? – услышала Офелия знакомый голос.
– Да... Наверное... Нет. Или да? – она открыла глаза и увидела низкий деревянный потолок, неровный и грубый, до такого дотронешься и тотчас же занозишь палец.
– Это не сон, не волнуйся... Или я сплю, но точно не ты, – Джек отошёл от соломенного матраса, на котором она лежала, и сел за хромоногий стол у окна, сквозь которое в комнатку проникал свет утреннего солнца.
– Почему ты уверен в этом? – приподнялась Офелия на локте.
– Потому что только во сне я мог так поступить, – пусть он это сказал, но в его взгляде Офелия не заметила и толики раскаянья в содеянном. 
– Как поступить? Помочь мне? – всё же с вызовом спросила она.
– Нет, предать короля... – он взял со стола кружку и подал её Офелии. 
– Ты не предавал его, я по-прежнему скована.
И это была правда, на запястьях Офелии висели кандалы, вот только не такие тяжёлые, как прежние, и не прикреплённые к чему-либо, её руки просто были замкнуты. Она приняла кружку, и бледные иссохшие ладони обдало жаром, но Офелия лишь сильнее сжала её, с наслаждением вдыхая сладко-горький аромат напитка.
– Что же ты молчишь? – заглянула она в лицо палачу. – Что? Уже жалеешь, что спас меня?
– Нет, – последовал твёрдый ответ.
– Сколько я была без сознания? – ей казалось, что она спала вечность, тело приятно ломило, в мыслях стоял туман, но взгляд был ясен.