Вышедший из ночи (СИ)

Онар хотела закричать, вырваться, но властитель тьмы обхватил её сзади руками, сдавив так, что Онар не могла дышать и потеряла сознание. Тогда Вэриат бережно поднял бесчувственную царевну на руки и лёгким шагом направился прочь от этого места. 
– Вы не убьёте её? – Роук оказалась рядом и заглянула в посиневшее от холода лицо Онар.
– Нет. По крайней мере, пока.
«Благодарю, Карнэ, я не напрасно истратил силу, подаренную мне вами. Через сон заставить Онар уйти из дворца, оказалось просто. Она даже не поняла, что видит сон, пребывала в полной моей власти и сделала то, что я хотел», – на миг прикрыв глаза, мысленно обратился он к матери. 
Роук заходила то с одной стороны, то с другой, то забегала вперед Вэриата, с любопытством рассматривая царевну и с подозрением поглядывая на властелина тьмы. 
– Мой господин… – она, как обычно, немного выждала, удостоверилась, что Вэриат не зол на неё, и предложила: – зачем вам руки марать, позвольте я понесу её? – и потянулась к Онар, но Вэриат не дал ей прикоснуться к ней.
– Не путайся под ногами, – презрительно бросил он.
– Простите, повелитель… – какое-то время Роук стояла с поникшей головой, но потом, встрепенувшись, медленно продолжила путь. – Даже жалкий человек ему важнее, чем я, – прошептала она и стрельнула глазами в своего повелителя, боясь, что тот услышал её.
– Онар, не жалкий человек, а будущая королева Илиндора, её статус нельзя не учитывать, – спокойно произнёс Вэриат, и Роук, поняв, что он слышал её слова, с досады закусила губу. – А ты даже не человек. 
– Вы ставите меня ниже их! – последнее слово она сказала с таким презрением, так сочился ядом её голос, что Роук, желая донести до повелителя своё негодование, даже повторила: – Ниже их!
Вэриат не стал отрицать или соглашаться с ней, он лишь тихо и спокойно, безразлично к её обиде и злости, попросил:
– Иди молча, Роук.
И она не посмела ослушаться. 
  
Глава двенадцатая
 
Когда лес сомкнул ветви над головами Вэриата и Роук, они остановились. 
– Онар должна очнуться у меня в замке… Не хочу проблем в дороге.
– Идти далеко, она придёт в себя… – Роук задумалась, – когда, повелитель?
– Примерно на закате этого дня. Ты можешь перенести с собой только кого-то одного, поэтому, когда мы выйдем на равнину, я доверю тебе Онар.
– Повелитель, – Роук замялась, боясь, что её слова прозвучат, как указание Вэриату на ошибку, – но ведь, перенеси я кого-то, кроме вас, то он умрёт от боли.
– Я приму её боль на себя.
Рука Онар безвольно свисала вниз, отчего рубашка стянулась набок, обнажив хрупкое плечо царевны. Вэриат заметил это и взял Онар удобнее, теперь она мирно лежала на его руках и казалась безмятежно спящей. 
Рассвет едва занимался, когда они вышли на равнину. Вэриат положил свою ношу на землю, и к ней подошла Роук. Она склонилась над царевной, взяла её за руку, но, прежде чем они белой дымкой растворились в воздухе, Вэриат жестом заставил Роук помедлить.
– Ты можешь использовать свою силу на ком-то только раз в день и ночь, поэтому за мной не возвращайся, останься с ней, – бросил он равнодушный взгляд на царевну. – И будь почтительна с моей гостьей. Чёрное озеро вы минуете без помех, оно будет во льдах до самого вечера. И помни, Роук, что бы ни произошло с Онар в моё отсутствие, отвечать будешь ты. 
– Да, повелитель, – поклонилась она, и с неприязнью посмотрев в бледное лицо царевны, взяла Онар за руку. И вот вместо них в воздухе повисла белая дымка, которая вскоре исчезла в дали. 
– Если бы Роук могла делать так не только на открытом пространстве, было бы всё проще и быстрее, – сказал сам себе Вэриат, по старой привычке озвучивая свои мысли, – но вышло всё лучше, чем могло быть. Пусть люди думают, что Онар погибла, и не подозревают, что её похитили. Я подожду, пока её оплачут, а затем совершу очередной ход… 
Он запрокинул голову и посмотрел в тёмное небо. Из-за облаков выглянул лунный серп, свет которого окрасил в серебро острые травы. 
 
*** 
Ра засыпала на ходу. С ней такого ещё не было, девушка чувствовала, что её сердце замирает, и она вот-вот упадёт без сознания.
– Может, остановимся? – с трудом произнесла Ра и приложила большие усилия, чтобы держать смыкающиеся глаза открытыми.
Мэл презрительно хмыкнул и с чувством превосходства ответил:
– Уж извини, но лучше продолжать идти, если я остановлюсь отдохнуть, то усну, как и ты, а ночью здесь опасно… Вот рассвет наступит, тогда ладно, я не смогу заснуть под солнечным светом. И вообще это я, а не ты ранен, имей совесть, не жалуйся.
Ра в расстроенных чувствах продолжила идти, спорить ей не хотелось. Она с надеждой поглядывала на небо и с радостью замечала, что оно светлеет. Рассвет медленно разгорался на горизонте, но за завесой ветвей Ра не могла этого видеть. 
Зацепившись о корень, она упала, попыталась подняться, но не сумела: голова кружилась.
– Ладно, – услышала голос Мэла и поняла, что он присел рядом. 
Она заснула мгновенно и, казалось бы, совсем не успела поспать, как Мэл разбудил её.
– Вставай, полдня прошло, мне надоело тебя ждать! До границы Нижнего Мира уже немного осталось, – он помог ей подняться. – Что-то ты выглядишь не очень, – недовольно скривил Мэлс губы.
– Чувствую себя плохо, – ответила Ра, и отпила из фляги воды. 
Она посмотрела на своего провожатого и поняла, что его рана зажила. Мэл даже выглядел не таким уж и бледным, только вот глаза его из-за дневного света казались краснее. Но вид у него был всё равно болезненный, да в придачу ещё раздражительный, видимо, из-за солнца.
– Пошли, – бросил он и потянул за собой Ра. – Тебе ещё рано умирать, как я понял, у тебя в запасе несколько дней. 
– Издеваешься, да? – пробормотала она, и Мэл вопросительно изогнул одну бровь. – Ясно же, что даже если я в Нижний мир попаду, то не найду властителя тьмы…
– Вэриата, – перебил её вампир.
– Да, его… 
– Ну и что, к чему ты клонишь, хочешь сказать, что тебе можно сейчас умереть и не мучиться? – криво ухмыльнулся он, и какая это была улыбка! Тонкая, притягательная, опасная, издевательская, ироничная. – Если я зря тебя провожаю, так и скажи, у меня своих дел по горло.
– Нет, прости, – заторопилась Ра сгладить сказанное, – я не то имела в виду, просто устала и мысли путаются, – затем она подумала, что это прозвучало как оправдание или жалоба, когда Мэлу должно быть хуже, чем ей, и замолчала. Он же опять хмыкнул и грубо дёрнул Ра за руку, не дав ей упасть, когда она споткнулась о камень. 
Поздно вечером они добрались до озера, и Мэл сделал то, чего Ра совсем не ожидала. Он собрался уходить, сказав, что обещал довести её до Нижнего мира и сделал это, так как за Лунным озером начинаются владения Вэриата. Осталось только перебраться на другой конец «водного серпа», в сторону его рожек, по бокам которых возвышались горы, войти в рощу теней, и Ра на месте. 
– Но я думала, ты доведёшь меня до конца. И ночь уже скоро, как я дальше пойду? 
– Мы из-за тебя поминутно останавливались отдыхать, вот и пришли так поздно! – Мэл развернулся и зашагал прочь.
– И что мне делать? – Ра чувствовала безнадёжность, и в растерянности стояла, глядя в след своему вампиру.
– Хочешь, утопись, – передёрнул он плечами.
– Стой! – терять ей было нечего, и Ра поддалась злости, в эту минуту спасительной для неё. Она достала коричневый камушек на шнурке, что ей подарил Мэл, и выставила его перед собой. – Ты сказал, что этот талисман может мне пригодиться, когда я узнаю о рыцарях Ночи. Так понимаю, ты хотел сказать, когда я встречу кого-нибудь из рыцарей, и талисманом я только один раз воспользоваться могу? Что-то мне подсказывает, что теперь ты не откажешь мне в помощи!
Он остановился, Ра не успела заметить, как Мэл оказался перед ней. Свысока, сузив глаза, он с ненавистью уставился на неё, а Ра с упрямством не отводила от него взгляда.