Бесконечная. Чужие (СИ)

- Охренеть, Кати. Ох-ре-неть.
- Тебе легко говорить, - продолжаю невозмутимо. – А у меня, может, интрига лопнула.
Правда, секс с ним от этого хуже не стал. Не могу представить, что он вообще от чего-либо способен стать хуже.
- Но меня все устраивает. Не могу представить, что его – нет. Им же, в основном, только это и надо.
- «Им»? – переспрашивает Рози. – Откуда это у тебя вдруг такие познания, что «им» надо?
- Нету у меня никаких познаний.
- Нету – так и нечего тут. И вообще, может, он не такой.
- Может и не такой. Да сдался он тебе – чего так о нем распереживалась?
- Не о нем – о тебе. Зачем ты так? Он, кажется, нормальный.
Мгм. Все бабы – суки. Да ладно, к чему рассказывать ей все будоражащие детали нашего с ним «романтического» знакомства. Незнакомства, если уж на то пошло.
Приходит сообщение, сетующее, что меня потерял начальник.
Я тут, на входе. Иду - отбиваю ему.
- Черт его знает, - говорю, - что ему надо. Мне бы насчет себя определиться.
- Да? – точит меня Рози. – И что тебе надо?
В провозглашение наступившей четверти часа Дырявый Зуб вторит ее вопросу единократным «бом-м-м».
***
- Я подтвердил, чтобы начали встраивать.
- Хэ?..
Я редко так вот по-тупому переспрашиваю, честно.
- Кати, имэйлы хотя бы для приличия читать надо... – деланно возмущается Мартин. – Хотя бы изредка...
- М-м... для приличия... – бормочу, - у меня с ним напряг... с приличием...
Рози рядом со мной фыркает.
- Так, что вы там опять мутите?
Мартин, когда оказывается один в нашей с Рози «бабской» компании, любит поделать вид, что его заклевывают.
- Так кому ты там навставлял?
- В Бланкенбурге. Чего ждать? А вот Йеноптик нас в следующий раунд продвинули, представляешь. Молодец, так держать.
- Э-э... а мы готовы к следующему раунду? Надо ж было б им совместную встречу с Клинрум Консалтинг организовать.
- Так организуй.
- Поняла, шеф, - говорю. – Займусь.
Теперь сижу вот на своем сегодняшнем рабочем месте и организовываю.
Приходит имэйл от Рози, озаглавленный словами Ту ду лист.
Так, с каких это пор... – набираю ей по мессенджеру, не прочитав еще имэйла, но затем, пробежав имэйл глазами, невольно улыбаюсь – ее «список» велит мне:
 1. Не крутить мозги - не заниматься ерундой 
 2. В промежутках между крышесносными встречами поговорить с Риком - выяснить, что с ним и как ему помочь  
 3. = разработать степ-план по 1. и 2. 
 4. Отчитаться по мере выполнения степ-плана ответственному/(-й) по проекту.  
 Срок выполнения: неделя. 
По истечении которой в следующий понедельник за очередной порцией мороженого со стороны ответственного/(-й) по проекту меня ждет жесткий фоллоу-ап.
 П.С.: время пошло 
Сахарок, я все понимаю, - отвечаю ей, - но тут два нюанса.
 Какие, на фиг, нюансы?.. 
«Готовим трехмерный макет... Есть у вас планы – поделиться на ВиКо...»
И тут планы.
Отправляю архикады на печать. Подхожу в секретариат забрать планы с плоттера.
- Во-первых, - объясняю Рози в качестве продолжения нашей с ней перебранки по степ-плану, – мне только таких мужиков не хватало, которым помощь нужна. Во-вторых, ты меня знаешь – ну какая из меня, на фиг, помогальщица?..
- А по-моему, очень даже. Может, вам с ним именно этого не хватает. Ну сделайте шаг навстречу друг другу.
- Мне лично не надо никаких шагов – я как-нибудь так. И он пускай тоже.
- Кому помочь? – деловито осведомляется Йонас. – Кто плоттер забил? А-а...
Как гриб после дождя, е-мое. И где его костюм Супермена?..
Йонас берет у меня из рук кипу «архикадов» для «трехмерных», заправски и не без нарочитой молодцеватости взваливает их на свой несуществующий горб, и, устремившись по направлению к моему кабинету, ненадолго исчезает.
Мы с Рози, не поворачивая на него голов, смотрим друг на друга, я на нее – спокойно, она на меня – сузив глаза. По ней видно, что она готовится шипеть на меня или, может, уже шипит, просто я не слышу.
 
- Чего еще помочь? – справляется вернувшийся Йонас.
- Спасибо, все, - пожимаю плечами. – И этого не надо было. Справляюсь.
- Обращайся, - не сдается он.
- Она справ-ля-ет-ся, - поворачивается к нему Рози. – Тебе сколько еще повторять, м-м?..
Но тон у нее при этом шутливый и ласково-снисходительный, потому что ей нравится Йонас.
Я могла бы выказать больше благодарности за навязываемую мне помощь. Да нет, я не эмансипированная сучка в самом худшем смысле этого слова. Но во-первых, я не лукавлю, да и сахарок права: я справляюсь и силы у меня и у самой есть.
А во-вторых, я сейчас вдруг почему-то вспомнила, как мне нельзя было поднимать тяжелое после выкидыша. Я этого не афишировала, запретила разглашать и Рози. Та не разглашала, но всячески подчеркивала, что по некоему туманно обрисованному «состоянию здоровья» у меня сейчас «физическая реабилитация», и посему тяжести мне категорически ни-ни. И кажется, ряды тех, кому максимально было на это положить, возглавлял Йонас. Но у него нет раздвоения личности. Просто вероятно, тогда я была я тогда на столько, на сколько себя чувствовала, то есть, ну очень паршиво. Так, собственно, до недавних пор и выглядела постоянно. А таким паршивым – к чему им знаки внимания? Чтоб с ними – да обходительно, элементарно вежливо?.. Нет, зачем. Сами пусть справляются.
Так что я равнодушно «отпускаю» Йонаса, сопровождая сей акт сухим кивком головы. А Рози даю понять красноречивым взглядом: твой, мол. Когда захочешь. Если захочешь. Только на фига тебе?..
- С Йонасом зря ты так. Ты ж ему тупо нравишься.
Рози не завидует – просто констатирует факт.
Поясняю ей:
- Вспомнила кое-что.
- Злопамятная ты.
- Незлопамятная, - отвечаю на автопилоте, даже не задумываясь над ее стопроцентным попаданием. – Наоборот – вспоминать не хотела. Это он напомнил.
Не поясняю, про что напомнил. Внутри у меня этакое холодное болотце, в котором что-то еще более холодное перекатывается подобно шарикам ртути. В них, этих ртутных шариках перекатываются мои слова: я-то кому и чем могу помочь?..
Рози явно хочется, чтобы наш разговор на этом не кончился, поэтому я узаконенно спасаюсь бегством – отправляюсь на встречу в KfW – банк реконструкции и развития, на которую, как говорю хорошо слышимо для всех, мне нельзя опаздывать.
***
Напомнил – вот ведь какая штука.
Да Йонас и не подозревает, о чем он мне напомнил. Если Рик вляпался в фигню, то помогальщик из меня никакой.
Почти не удивляюсь, когда в КаЭфВэ по делам своего Объединенного Ипотечного рисуется Миха. Поди, затем же, что и я, пришел – субсидии для клиента выбивать. Что-то ему с некоторых пор хронически приятно меня видеть.
Но не его появление смачно макает меня носом в прошедшее, и даже не фотографии в кабинете банкира-ка-эф-вэшника с женой и новорожденным ребенком. Потеряв свое, я не стала психопаткой и на чужое материнство, как и чужих детей, реагирую нормально. И даже Миха никак с моей личной трагедией не связан.
Нет, последней каплей, которая переполняет меня, захлестывая долбаными воспоминаниями, оказывается звонок мамы. Моей любимой мамы.
- Катюш, ты где?
- На работе, мам.
- Привет передавай, - просит невольно подслушавший Миха – и это он зря.
Дебил он, конечно. Или же у него просто полное отсутствие проблем, а посему и задних мыслей. Маме не нужны его приветы, равно как и передавать их ей – это дело лишнее. Хотя бы уже потому, что она и так его услышала.
Мама даже не дожидается его благополучного ретирования из шикарных мраморных стен КаЭфВэ:
- Кто это там с тобой? Неужели?..
Как и Каро, мама считает Миху виновным во всех моим бедах, мнимых и действительных.
Сейчас она просто собиралась спросить, куда это я пропала и ждать ли меня на выходные, но вместо этого набрасывается на меня: