Тени исчезают в Раю (СИ)
Место тренировок обнаружилось по дергающемуся на нитке воздушному змЕю. Для особо тупых на нем была опознавательная картинка: темно-синяя закольцованная волна вокруг сёрфера. Коллингейм приметил его на записи, и теперь змей, как маяк, вел Алекса к намеченной цели. Возле инструктора стояли трое мужчин в простеньких гидрокостюмах и что-то увлеченно обсуждали. С мужчинами он всё что угодно может обсуждать. Детектив обвел взглядом с десяток смельчаков – калек на всю голову, – которые полезли искать волну в бушующее море. Среди них фигурка Роул выделялась голубыми легкомысленными цветочками на черном фоне. Она вставала на доску, и ветер, словно поджидавший в засаде, переворачивал китиарку в воду. Она улыбалась, убирала мокрые волосы со лба и лезла снова.
– Правда, она у меня красивая? – раздался за спиной голос.
Алекс обернулся. Собеседники фигуранта уходили в сторону отелей. Правильно. Нормальным людям, особенно новичкам, в такую погоду в море делать нечего. А ненормальных попробуй оттуда вылови. Инструктор смотрел на китиарку довольно-отческим взглядом. «У меня»? «Она у МЕНЯ красивая»? Да парень просто мечтатель! Даже Коллингейм не позволял себе подобных заявлений.
Воспользовавшись дезориентацией слушателя, инструктор продолжил:
– Ты с космодесанта? – спросил он и подставил кулак под обычное приветствие кадешников.
– КаДе фарева, – согласился Коллингейм, без особого энтузиазма повторив знакомую связку, напоследок просто пожимая руку бывшему коллеге, и переключился на более актуальное: – Где ты такую нашел?
– Прости, братан, самому мало, – с важным видом выдал Чет.
В этом Алекс с ним тоже был солидарен.
– Она, конечно, дикая и необъезженная, но в том и смак, – поделился инструктор. – А ты сюда каким ветром?
– Надуло, – неопределенно ответил Алекс и сделал жест в сторону моря.
– То есть улетишь, как только сменится направление? – заржал Чет.
От ответа детектива избавило появление рядом традиционного белого привидения в перчатках и цветном – на этот раз малиновом, – платке с разносом в руках.
– Мистер желает? – довольно чисто спросил разносчик с широкой улыбкой.
– Вали отсюда, гнида черномордая! – гаркнул в его сторону инструктор.
Абориген как-то сразу скукожился и ретировался.
– Ты чего так? – не понял детектив.
– Задолбали, козлы бородатые. Ведь уже запретили им лезть к отдыхающим, но нет…
– А мне тут рассказывали, что им нельзя неверующих касаться.
– Ты… Как тебя, кстати?
– Алекс, – представился Коллингейм одним именем. С кем поведешься, от того и наберешься. От Роул – паранойи.
– Чет, – назвался инструктор. – Ты не представляешь, насколько это подлые, завистливые, лживые людишки. И мозолят глаза, и мозолят, и мозолят, и мозолят…
– А чего они с этим вином до всех докапываются? – спросил Коллингейм.
– Так им за каждый бокал копеечка падает. А с тебя снимается. Смотри, отправят тебя назад в грузовом трюме. Ты откуда, кстати?
– С Атована.
– Рудокоп? – поинтересовался Чет.
Ага! Будь Алекс «рудокопом», он бы на Парадиз годам к девяноста накопил. Но тому времени у него бы уже свой пляж под ногами насыпался.
– Нет, телохранитель.
Чет присвистнул:
– Неплохо устроился. А я тут инструктор по дайвингу и сёрфингу. Сёрфинг – это вообще искусство. Люди делятся на тех, кто по доске идет, кто на ней стоит, и кто на ней живет…
Чет закончил фразу и замолчал. До детектива дошло, что род занятий бывшего коллеги по войскам озвучена, и от Коллингейма ждут ответных действий.
– Не-не, мне эти ваши тонкие искусства ни к чему. Куда мне на Атоване нырять? В штольню, разве что, – Коллингейм-таки включил «дебиловатого парня», которому голова дана, чтобы в нее есть. Он широко улыбнулся и подмигнул. – Я просто мимо проходил – посмотреть на чудиков, которые в такую погоду купаются. Слушай, – якобы настороженно продолжил детектив, – а местные – они не воруют? Ну, там, когда в номере убираются? Были случаи?
– Нет, насчет воровства у них строго, – признал Чет. – Если поймают – руку отрубают.
– А если не поймают? – Алекс изобразил «ну, ты меня понимаешь».
– Нет, черномордых тут в ежовых рукавицах держат. Любая жалоба от клиентов – сразу пинка под зад! Знаешь, какие тут очереди на «чистенькие места». На полях-то никто батрачить не желает…
– На каких полях? – детектив огляделся, силясь увидеть сельхозугодья за высотками отелей. – Они там бананы выращивают?
Чет посмотрел на Коллингейма снисходительно:
– Бананы растут на пальмах. А черномордые растят овощи, хлеба, рис…
– Что, тут реально что-то выращивают? Прямо в земле? – старался Алекс.
– А где еще? – удивился Чет с усмешкой.
– Ну, у нас на растворе и с подсветкой, – напомнил Коллингейм.
Инструктор рассмеялся:
– И, правда, я забыл. Ты ж там, небось, на бич-пакетах.
«И живу в квартире размером с коробку для обуви», продолжил его мысль детектив. Вроде, правда, и ничего кроме правды. Почему тогда так обидно за свою родную планету?
– Почему сразу «бич-пакеты»? – детектив изобразил вид оскорбленной невинности, чтобы Чет уверился в своих подозрениях относительно рациона нового знакомого. – Будто все у нас одними «бич-пакетами» питаются. Есть и те, кто по-человечески живет.
Перед мысленным взором Алекса, как наяву, проплыл труп Данаи. Есть на Атоване те, кто живет по-человечески. Но, как ни странно, именно в них меньше всего от людей.
– Слушай, Чет, а как можно посмотреть на эти поля? Я сниму и братанам покажу. Они ж не поверят, – Алекс провел по своей голове, с придурковатым видом взъерошивая волосы пальцами.
– Никак, – обрезал тот. – Это за пределами курортной зоны. Они туда никого не пускают. Варвары!
– Слушай, а правду говорят, у них женщины не работают? Мне одна девчонка рассказывала, здесь познакомились.
– А что тут такого? – удивился инструктор.
– Ну, у нас, в большинстве случаев, если жена не будет работать, зарплаты мужа даже на двойной комплект бич-пакетов не хватит.
Алекс это знал точно. Он уже пробовал. Чет ответил хохотом, будто это была лучшая шутка сезона. У Коллингейма снова возникло желание врезать своему визави. Но тут Роул направилась к берегу, подгоняя перед собой сёрф.
– Ладно, приятно было познакомиться, ты заходи, если что… – Инструктор протянул руку для прощания.
Детектива откровенно отсылали.
Алекс понимал, что сейчас самое правильное – отступить. Но как отступить, если Роул выходит, а Чет остается?
– Да я не спешу, – «успокоил» Чета Коллингейм и похлопал «приятеля» по плечу. – Девушка, вам помочь донести доску до отеля? – обратился он к подошедшей Тайни. Счастливое выражение, с которым китиарка боролась с волнами, сменилось на нейтральное.
– Молодец, Хэлли, сегодня гораздо лучше, – голосом старшего наставника похвалил Чет, прихватывая китиарку за талию. – Главное, ты перестала бояться воды.
На этих словах Коллингейм чуть было сам не выпал в осадок. «Роул» и «бояться»? Алекс представил, как она изображала этот самый «страх». И кто тут после этого хитропопый?
– Идем, я тебя провожу, – продолжал нахал, разворачиваясь к отелям. – А то такой ветер…
Роул ужом вывернулась из-под его руки.
– Спасибо большое. Но вы же не можете оставить своих подопечных в такую погоду? – ответила «испуганная» Роул нейтрально-прохладным тоном со свежей ноткой наивности, и с тем же выражением повернулась к Коллингейму, протягивая доску: – А вас не затруднит? Буду благодарна. В такой ветер действительно неудобно нести.
Она отошла немного вправо, к пляжному зонтику, на крючке которого висел небольшой рюкзачок, и вынула оттуда полотенце. Парой движений она распустила волосы и стала их промакивать.
Алекс не без злорадства заметил на лице Чета, следившего взглядом за китиаркой, разочарование. Тайни тем временем стянула волосы в тугой пучок, сунула ноги в шлепки, стоящие под рюкзачком, и обернулась к мужчинам.