Барышня-попаданка. Книга 2 (СИ)

– К Алисе? Да ну, с этой заучкой брак точно будет фиктивным, – хохочет Никита. – Уж лучше вдовушка, там хоть что-то перепадёт, если ты понимаешь, о чём я. Плюс, у вдовушки недвижимости и прочих благ земных побольше будет чем у её дочери, а это добро ни в какие времена не помешает!
– Ну ты и жиголо, Никита, – я треплю красивую волнистую гриву своего коня. – Куда тебе ещё недвижимость, тебе что, нашего дома не хватает?
– Благ земных много не бывает, – вмешивается в наш разговор один из опричников, рыжеватый детина с алчным выражением прищуренных карих глаз. – Ты ещё слишком мал, не понимаешь этого, а вот твой старший брат уже знает, как всё в этой жизни работает!
– Только не обязательно жениться на старухе – голову с плеч, и все её богатства к рукам! – советует Никите другой опричник, смуглый брюнет с хищным выражением лица, по-видимому, предводитель этой небольшой компании в десять человек. – Может, в крамоле её обвиним? В заговоре против государя нашего?
– Сначала попробуем по-хорошему, а потом, может, и обвиним, спасибо за совет, Афанасий, – кивает Никита, останавливая коня возле симпатичного дома в два этажа.
Дом похож на наш, тоже красиво украшен, только размером намного побольше, по-видимому, покойный муж вдовы был небедным человеком.
Мы спешиваемся, привязываем лошадей, и идём на крыльцо, где нас уже встречают слуги вдовы Прозоровской.
– Проходите, за столы садитесь, хозяйка скоро выйдет, – говорит нам почтенного вида слуга с длинной окладистой бородой.
– А ну-ка, старик, неси нам вина! – командует рыжеватый опричник, по дороге объяснявший мне, как важны в этом мире земные блага.
– Самого лучшего! – вторит ему Афанасий, предлагавший обвинить вдову в крамоле.
Слуга проводит нас в столовую, и испуганно убегает – по-видимому, за вином. Опричники располагаются за столом, а Никита раскладывает на нём подарки, чтобы вдова смогла сразу оценить его щедрость.
Вскоре слуга приносит поднос с чарками, которые раздаёт опричникам. Хорошо они, однако, работают, если их утро начинается с выпивки!
Вдова Прозоровская тоже не заставляет себя долго ждать, и вскоре входит в комнату. На симпатичном лице её, красиво обрамлённом кокошником, отражаются недоумение и страх – она явно не рада выпивающим за её столом опричникам.
– Свет мой Аграфена Васильевна, а я к вам с дарами – Никита показывает разложенное на столе. – Уважьте верного слугу царского, примите! А то посылаю я к вам сваху, посылаю, а толку никакого. Вот, решил сам приехать, чтобы увидели вы меня, и поняли, что стоит ко мне приглядеться.
– Благодарю за дары, – вдова с опаской поглядывает на сидящих за столом опричников. – Только стоило ли утруждать себя столь долгой дорогой?
– Конечно стоило, Аграфена Васильевна, вы же без этого на моё предложение не соглашаетесь, – ухмыляется Никита. – Так что, станете моей женой?
– Мне нужно подумать, не могу же я так сразу ответ дать, – уклончиво отвечает вдова. – Давайте я лучше вам угощенья принесу, вы наверняка с дороги проголодались!
– И угощенья несите, и вино, а то наши чарки уже пустеют, – развязно требует Афанасий. – А ещё дочку свою зовите, говорят, нашлась недавно!
– Дочь моя ещё не выходила из опочивальни, хворает она, – пытается отговориться вдова.
– А мы подождём, пока выздоровеет, – хохочет Афанасий. – Так что в ваших интересах, чтобы она выздоравливала побыстрее!
– Так что, Аграфена Васильевна, когда мне ждать ответ на моё предложение? – Никита вопросительно приподнимает брови. – Любовь моя к вам не знает границ, так что я хотел бы, чтобы мы скорее поженились!
– Ответ дам через неделю, – отвечает перепуганная, но, тем не менее, не теряющая присутствия духа вдова, приказывает одному из слуг забрать Никитины подарки, а остальных слуг посылает за угощеньями.
– Так, я что-то не пойму, дочку нам покажут? – возмущается Афанасий, и остальные поддерживают его одобрительным гулом. – Не увидим дочку – не уйдём, так и будем гостить у вас до скончания веков!
– Хорошо, Василиса выйдет к вам, – сдаётся вдова. – Но лишь на минуточку, и снова вернётся в свою светлицу!
 
– Хоть одним глазком увидим, и уже хорошо, – мечтательно заводит глаза рыжеватый опричник.
Прозоровская ставит на стол принесённые слугами угощения, и отправляется за Алисой.
А я беру пример с опричников, и начинаю уплетать пряники, коврижки и сладкие пирожки – угощенья у вдовы наивкуснейшие!
Когда Алиса в сопровождении Аграфены Васильевны появляется на пороге, я даже сначала её не узнаю – одета в нежно-голубой сарафан, через плечо перекинута длинная коса, наверное, нарастила волосы специально для путешествия, глаза скромно опущены вниз. Испуганно жмётся к своей «маменьке», будто и в самом деле выросла в XIV веке и не привыкла общаться с парнями. Ну и актриса!
– Василиса, душа моя, не пугайся, поприветствуй гостей, – говорит вдова, и Алиса послушно одаривает нас глубоким поклоном.
Из образа при этом не выходит – глаза всё так же опущены, на лице смесь смирения, послушания и испуга.
– Пусть девица угостит нас вином! – нагло требует Афанасий, и Алиса в страхе ещё плотнее прижимается к своей «маменьке».
– Василиса, доченька моя, не пугайся, эти люди не сделают тебе ничего плохого, – вдова приобнимает Алису за плечи. – Угости их вином, и вернёшься в свою светлицу.
Алиса-Василиса берёт из рук слуги кувшин, и, не поднимая глаз, обходит сидящих за столом опричников, восполняя содержимое их чаш. Наполняя чашу Никиты, успевает что-то тихонько ему сказать – наверное, договаривается о том, как нам встретиться и поговорить. Опорожнив кувшин, Алиса возвращает его слуге, вновь кланяется, и в сопровождении сенной девушки покидает столовую.
Да уж, вот у кого мне нужно поучиться поведению в XIV веке, так это у Алисы. Она явно не бездельничала на уроках по поведению девиц в былые времена!
– Какая чудесная у вас дочь, – Афанасий провожает Алису жадным взглядом своих тёмных глаз.
– Но вдовушка куда краше, – подмигивает Прозоровской Никита.
Бедная вдова заводит глаза от его дурацкого комплимента, да и мне хочется сквозь землю провалиться – послала же судьба такого мерзкого хамоватого «братца»!
После ухода «дочери» Прозоровской мы не засиживаемся – опричники быстро сметают принесённые вдовой угощенья, выпивают наполненные Алисой чарки, и по приказу Афанасия начинают собираться.
– Спасибо за хлеб за соль, – на прощанье Никита масляно улыбается вдове. – С нетерпением жду вашего решения, через неделю приеду, чтобы его услышать!
– И мы тоже приедем, – зловеще ухмыляется Афанасий. – Полюбуемся на красавицу Василису!
– Буду ждать вашего приезда, – криво улыбается вдова.
По её поведению видно, что защитить её от назойливых ухаживаний Никиты некому, и, скорее всего, ей придётся согласиться на его предложение.
– Вы поезжайте, а мы с братом вас догоним, – говорит Никита усевшимся на коней опричникам, и мы с ним возвращаемся во двор вдовы, где под вековым дубом нас уже дожидается Алиса, совершенно не похожая на ту скромную девицу, которая угощала опричников вином – глаза больше не опущены, во взгляде цепкость и сосредоточенность.
– Времени мало, поэтому говорить буду быстро, – Алиса тараторит как самая настоящая заучка, разве что очков не хватает на хорошеньком носике для завершения образа. – Шкатулка, с помощью которой я планирую отправиться назад, принадлежит царице, поэтому я примкну к девушкам из боярских родов, прислуживающим ей.
– А как мы назад отправимся? Ты выкрадешь эту шкатулку? – спрашиваю я.
– Посмотрим, возможно, – Алиса оглядывается на дверь. – Из-за вас одни проблемы, если бы я была одна, всё было бы куда проще! Достаточно было бы просто взять в руки шкатулку, и вернуться домой. А теперь ещё как-то нужно вас обратно переправить…
– А я тут при чём? Это всё Даша со своим возлюбленным путешественником-нелегалом! – оправдывается Никита.
– Вернёмся – со всеми вами разберутся, – строго обещает Алиса. – Ну всё, побежала я, а то маменька моя меня спохватится, проблем не оберусь. В ближайшее время буду работать над тем, чтобы добраться до царицы, а вы просто сидите тихо и не отсвечивайте. Хотя, какое тут не отсвечивайте, если ты, Никита, уже умудрился в опричнину вступить!