В постели с дьяволом

Стив пообещал — значит, не бросит. Это был не тот человек. Он прорвется ко мне. В этом я не сомневалась.
 Глава 26 
 
Когда я проснулась, то чувствовала себя абсолютно больной и слабой, как будто у меня снова начинался грипп, но в таком состоянии я просыпалась теперь каждое утро. В желудке все бродило, и я думала, меня вот-вот вырвет. Я выглянула в окно, пытаясь сосредоточиться. Была уверена, что должна что-то делать, но что?
Взглянула на часы: на циферблате светилось красным 9:15, за окном был новый день.
Я услышала, как Джордан мягко с кем-то говорит, потом раздался женский голос. Она чирикала и щебетала, но убралась.
Джордан кого-то привел? Они были в соседней комнате, пока я лежала здесь без сознания? Во всем, что было связано с сексом, я уже перестала ему удивляться. Но все же это было слишком даже для него.
Я вспомнила, как говорила Стиву, что…
И тут мне неожиданно вспомнился весь наш вчерашний разговор со Стивом. Я это не придумала, мне это не приснилось, и я была в бешенстве. Он позвонил вчера около четырех и сказал, что прямо сейчас едет к маме на ужин. Он должен был быть на месте спустя два часа.
О боже, неужели я его прозевала? Я была без сознания и не могла ответить? Он стучал в двери? Украденный телефон надрывался, но никто так и не взял трубку? Или он решил вообще не вмешиваться?
Я представила его в доме у родителей сидящим за столом на их уютной кухне. Он наверняка рассказал маме, какой безумный и отчаянный был у меня голос. Она могла убедить его мне не помогать.
«Не лезь в это, — так она, скорее всего, сказала. — Такой человек, как Джордан Блэр, тебе не по плечу».
Или же Мэри воспротивилась. Наверное, обе решили, что это безумная затея, и убедили Стива от нее отказаться. И если он решил, что не стоит ради меня ввязываться в неприятности, я не могла его в этом винить.
Кто я ему? Просто бывшая девушка, которая, к тому же, очень некрасиво себя повела. У него теперь была новая жизнь, новая невеста, и свадьба наверняка не за горами. Ему совершенно ни к чему мое появление. Я — призрачное видение. Я была в таком плачевном состоянии, что ему не только пришлось бы подвинуть Джордана, но и обеспечить мне крышу над головой, накормить и помочь снова стать на ноги.
Я была такой эгоисткой, столь многого требовала. Но мне невыносима была сама мысль, что он бросил меня на произвол судьбы. Я пыталась убедить себя, что это не так. Он бы не оставил меня одну, не оставил! Наверное, просто планы изменились.
Я представила его в этот момент в суде, то, как он просит судью предоставить ему полномочия, чтобы уберечь меня от Джордана, как только я окажусь на свободе. Или же он бежал в полицейский участок с зажатым в руке официальным документом, на основании которого полиция могла меня освободить. И теперь в любой момент могли позвонить с пункта охраны и сообщить Джордану, что к нему поднимаются копы.
Внезапно я услышала в коридоре шаги. Джордан открыл дверь и на цыпочках зашел в спальню. Я кожей чувствовала, как он стоит возле кровати и смотрит, проверяя, проснулась ли я. Я чувствовала исходящий от него запах сигарет, духов и спиртного.
Он направился в ванную и быстро принял душ. Буквально через минуту вышел. Джордан резко подошел к кровати и потряс меня, разворачивая к себе лицом. Он был обнажен.
— Вставай, — велел он.
— Хорошо, хорошо. Успокойся.
— Ты сейчас идешь со мной в душ.
— Нет, я слишком устала.
— Мэг! — Он тянул меня за руки и за ноги. — Я хочу тебя трахнуть, но перед этим собираюсь тебя помыть.
— Я не буду заниматься с тобой сексом.
Я попыталась увернуться, но у меня не было сил с ним бороться. Он всегда был гораздо сильнее меня, а сейчас и подавно, — сопротивляться было бессмысленно.
— Не тебе решать.
— У тебя же только что была другая женщина! — жалобно воскликнула я.
— Да, была, — ответил он без тени смущения. — А сейчас я хочу заняться сексом с тобой. Хотя, должен тебе сообщить, женщина, которую я подцепил прошлой ночью, была куда привлекательней и с ней было гораздо веселее. Секс с тобой стал таким нудным и однообразным.
 
— Если я так тебе не нравлюсь, то иди удовлетворяй себя сам. Тебе все равно от этого больше радости.
Это была единственная по-настоящему оскорбительная вещь, которую я за все время отважилась ему сказать. Он засмеялся.
— Боже-боже, мы показываем характер, в нас еще остались жалкие крохи собственного достоинства! Похоже, я теряю навыки.
Он рывком поставил меня на ноги и наполовину повел, наполовину потащил в душ. Я брыкалась и проклинала его на чем свет стоит. В моем воспаленном мозгу возникла уверенность, что, пока мы будем в душе, придет Стив и я не услышу за шумом льющейся воды, как он стучит. А он тем временем развернется и уйдет и никогда не вернется. Но Джордан твердо решил меня вымыть, и переубедить его было невозможно.
Вода была обжигающе горячей, и я закричала, когда он поставил меня под струю. Он намылил меня, взял жесткую мочалку и принялся с силой тереть, едва не сдирая кожу. Когда он закончил, то поставил меня на колени и начал иметь в рот, долго и нудно. А вода тем временем текла, заливалась в нос, так что я не могла дышать.
Постепенно я начинала задыхаться. В тот момент у меня возникло сильное желание умереть. В голове крутилось слово «самоубийство», оно смиряло меня и помогало вытерпеть эту муку. Я стала прикидывать, как бы мне лучше это сделать, подбирая наименее болезненный и быстрый способ. Самым легким было бы откладывать таблетки, которые заставляет меня принимать Джордан. Учитывая их сильный наркотический эффект, чтобы себя убить, мне много не понадобится.
Я дам Стиву еще день или два, но если он не появится, буду справляться собственными силами, постараюсь покончить с этим как можно быстрее.
Удивительно, но, придя к такому решению, я вдруг совершенно успокоилась. Финал близок, и мне не придется мучиться вечно. Теперь я могла терпеть Джордана и его идиотское поведение. Благо осталось недолго.
Он отстранился и помог мне подняться, затем очень аккуратно вытер, так же бережно, как в самом начале наших отношений.
Он тоже вытерся, затем повел меня на постель, где мы занялись простым незамысловатым сексом в миссионерской позе: я снизу, он сверху. При каждом толчке он смотрел на меня сверху вниз, и, как ни странно, в его взгляде угадывалось нечто похожее на нежность.
— Ты же никогда от меня не уйдешь, правда, Мэг?
— Правда.
— И ты все еще меня любишь.
— Ты же знаешь, что люблю, — солгала я. А я вообще его когда-нибудь любила? Не думаю. Я испытывала вожделение, была очарована и восхищена его богатством и зрелостью. И по ошибке приняла эти чувства за признаки чего-то большего.
— Если ты попытаешься сбежать, я все равно тебя найду.
— Я знаю.
— От меня ты не спрячешься.
— Ничуть в этом не сомневаюсь.
— Я буду искать тебя и искать, и когда найду, то приведу обратно, даже если ты не захочешь идти.
— Начнем с того, что я никуда и не собираюсь уходить, — уверенно сказала я, посчитав такой ответ самым безопасным. — Поэтому нет смысла вообще об этом говорить.
— Если ты все-таки это сделаешь, я очень сильно разозлюсь.
— Да, я знаю.
— До сих пор я был очень добрым. Разве я не был добр к тебе?
— Был.
— Разве я не кормил тебя, не одевал, не любил?
Черт, да он, похоже, окончательно свихнулся. Как я только сразу этого не заметила?
— Да, — повторила я. — Ты прекрасно ко мне относился.
— Если я узнаю, что ты это не ценишь или платишь мне черной неблагодарностью, то вполне справедливо будет, если я расстроюсь, не так ли?
— Конечно, но я здесь и я вся твоя. И я очень счастлива с тобой.
Он испытующе на меня посмотрел, после чего кивнул.
— Хорошо. Очень хорошо.
Процесс совокупления стал более жестким, проникновения — более агрессивными. Он перевернул меня и заставил подняться, руками я оперлась на спинку кровати; он имел меня до тех пор, пока от слабости не начали трястись колени, внутри все было стерто в кровь.