В постели с дьяволом

— Сейчас посмотрю. — Она пробежала глазами по монитору, после чего сказала: — После обеда есть небольшое окно у мистера Грея. Вас это устроит?
Ждать нужно было полтора часа. Не слишком ли рискованно?
— А сколько времени будет длиться прием?
— Это зависит от того, о чем вы хотите с ним проконсультироваться.
— У меня возникло несколько вопросов по поводу брачного договора.
— У вас есть с собой его копия?
— Нет.
Уверена, что никогда и не будет.
— Что ж… можем записать вас на час, и тогда уже вы сами объясните ему, что вам нужно.
Она снова заглянула в компьютер.
— Скажите мне ваше имя.
— Мэг.
— А фамилия?
Я уставилась на нее и на компьютер, и у меня началась паника. Что, если Джордан вдруг узнает, что я здесь была? Что, если ему станет известно, что я обсуждала наши с ним личные вопросы с посторонними людьми? Что он со мной сделает?
Но если даже не брать во внимание Джордана и его реакцию, что я скажу адвокату? Он захочет взглянуть на документ, и мне придется объяснить, почему я не могу его показать. Если же он посоветует занести его позже и я вернусь за ним в кабинет, то более чем уверена: договора там уже не будет, так же как не стало календарей и газетной фотографии.
Если каким-то чудом документ все еще будет в ящике, мне придется убеждать адвоката в том, что мою подпись подделали. Разве он поверит? Джордан был очень богат, и, в принципе, было вполне естественно и разумно заключить такой договор.
Меня же сочтут сумасшедшей.
К тому же мне придется заплатить за консультацию. Где взять деньги? У меня в сумочке было ровно два доллара, и я понятия не имела, когда и как смогу получить больше.
Было довольно глупо предполагать, что я могу просто подойти к какому-нибудь незнакомцу и попросить о помощи.
Я тяжело вздохнула.
— Лучше не надо.
— Вы уверены?
— Да.
Я уже развернулась и направилась к выходу, как она бросила вдогонку:
— Если передумаете, просто сообщите. Я постараюсь найти для вас подходящее время.
— Спасибо, не передумаю.
Я немного потопталась перед конторой, решая, что же делать, куда пойти. В голове тикали невидимые часы, зовущие меня скорее возвращаться.
Джордан никогда прежде не оставлял мне таких четких указаний не выходить. Он говорил совершенно серьезно. Нужно успеть вернуться до того, как он выяснит, что я была в городе. Каждая секунда промедления была рискованной.
На углу был таксофон, и я сняла трубку. Не тратя ни секунды на размышления, я бросила монету и набрала номер Мэри. Я не знала, живет ли она по тому же адресу, но мне так нестерпимо хотелось услышать знакомый голос.
Она ответила после третьего гудка.
— Алло?
— Мэри?
— Да?..
Она явно меня не узнала, и это неприятно поразило. Я уткнулась лбом в стеклянную перегородку телефонной будки.
— Это я, Мэг.
В трубке повисло долгое неловкое молчание, пока она силилась меня вспомнить.
— Мэг… Уайт?
Я никогда не чувствовала себя в роли Мэг Блэр.
— Да.
Голос ее сразу стал скучающим и холодным.
— Что тебе надо?
А что мне надо?
— Вот решила узнать, как дела.
— Все хорошо.
Она ограничилась одним кратким ответом, не интересуясь моими делами. Снова неловкая пауза. Наконец я сказала:
— Я слышала, вы со Стивом теперь вместе. Говорят, вы помолвлены.
— Да, помолвлены.
— Это хорошо. Я за вас рада.
И снова она не сделала попытки продолжить разговор. Я живо представила ее дома, как она ходит по кухне, смотрит в окно на находящийся напротив «Моцарт».
— Зачем ты позвонила, Мэг?
— Хотела с тобой поговорить.
— Прошло уже полгода. Почему именно сейчас? Что случилось?
— Я соскучилась.
Она невесело рассмеялась.
— Неправда. Прошло столько времени. Кого ты пытаешься обмануть?
— Я не обманываю.
— Что так? Неужто что-то пошло наперекосяк и этот роскошный брак не оправдал твоих надежд? И тебе хочется сейчас кому-то пожаловаться, да? Я не жилетка, в которую плачутся. Ты зря рассчитывала, что я стану тебя слушать.
Я собрала все мужество, до последней капли, в кулак, чтобы бросить в телефон эти четвертаки, но откуда ей было знать, чего мне это стоило? В ее голосе было столько сарказма, столько равнодушия! Думаю, до этого момента я до конца не понимала масштабов того, что натворила.
 
Я выбрала дорогу и пошла по ней, переступая через других, как закостеневшая эгоистка. Теперь я пожинала горькие плоды.
— Нет, я вовсе не собиралась тебе жаловаться, — сказала я. — Я только хотела поздороваться.
— Вот и поздоровалась.
— Да уж.
— Я скажу Стиву, что ты звонила.
— Спасибо.
— Он так переживал за тебя. Вначале, когда ты только свалила, чуть с ума не сошел. Он вызванивал разных людей, расспрашивал о тебе, но никто ничего не слышал. Он очень волновался, все ли с тобой в порядке. Ты хоть об этом подумала?
— Нет.
— Так я и знала.
— Скажи ему… скажи, что мне очень жаль, хорошо?
— Нет, не скажу. Не думаю, что вообще стану о тебе упоминать. Какие бы там проблемы у тебя ни были, ты сама во всем виновата. Ты и так принесла ему достаточно горя. Хватит с него, он и без того от тебя натерпелся.
Меня никогда еще так сильно не унижали.
Я знала, что заслуживаю порицания, но не думала, что это будет так мучительно. Попыталась вспомнить тот дождливый зимний день, когда я так небрежно распрощалась со старой жизнью ради Джордана. Тогда это казалось абсолютно правильным выбором, единственным направлением, в котором нужно идти.
Когда я успела стать такой махровой эгоисткой? Я была так поглощена своими потребностями, что вся та боль, которую я могла причинить Стиву, казалась не такой уж и большой ценой. Но что я при этом получила? А что потеряла?
— Я поняла, — промямлила я.
— Хорошо. Пожалуйста, не звони сюда больше.
— Не буду.
Я повесила трубку. То же самое сказала мне и Эшли после нашей тайной встречи в библиотеке. На мне что, клеймо позора? Или я заразная?
К чему бы я ни притрагивалась, чтобы ни делала, все превращалось в дерьмо. Я попросту забыла, как нужно вести себя с людьми, как налаживать отношения, и при этом рассчитывала на помощь. Помощь от двух женщин, которые, возможно, и не могли ничего сделать. Я была сама по себе, свободно плыла по течению — человек-невидимка в море незнакомых людей.
Чувствуя себя поверженной, испытывая отвращение к самой себе, я, понурив голову, поплелась прочь.
Что-то нужно менять. Я сама должна измениться. Я понимала, в каком плачевном положении нахожусь, но ничего не предприняла, чтобы как-то это исправить. Все казалось таким сложным, просто выше моих сил. В голове была каша, я не могла выбрать, как поступить. Принимать кардинальные решения, а затем осуществлять их — это казалось непосильным. Легче было сложить лапки и покориться судьбе.
Зайдя в подъезд, я отметилась на посту охраны и поднялась наверх. Вошла в квартиру, повесила свитер в шкаф в прихожей и только потом поняла, что Джордан дома. Он сидел на диване и наблюдал за тем, как я украдкой пробираюсь домой.
Он пил что-то спиртное, хотя вообще алкоголь употреблял крайне редко. От него волнами исходила ярость. Он молча глядел, как я нерешительно переминаюсь с ноги на ногу. Наверняка он ждал объяснений, но я понятия не имела, с чего начать.
— Здравствуй, Джордан, — сказала я наконец.
— Здравствуй, Мэг. Где ты была?
— Да так, выскочила купить мокко.
— Неужели?
У меня не было стаканчика. Ложь была очень явная, но уже слишком поздно что-то менять.
— Да меня и не было-то всего пару секунд.
— Да что ты? Хочешь узнать, сколько я тебя здесь жду?
Я едва сдержалась, чтобы не выдать свой испуг, прошла в комнату, стараясь выглядеть как ни в чем не бывало, но на самом деле поджилки тряслись.
Я с трудом выдавила улыбку.
— На улице так хорошо. Не хочешь прогуляться со мной к реке?