Сквозь зомби стекло (ЛП)

— Нам пора это уже прекратить.
Он лишь кивнул, и формальность этого действия меня обеспокоила.
— Я старалась не давить на тебя, но ты должен поговорить со мной. Твое молчание сводит меня с ума.
Коул скрестил руки, словно готовясь к битве.
— Некоторые вещи не стоит обсуждать, Али.
Я просто не могла с этим смириться. Я зашла так далеко…
— В «Сердцах» ты не подходил ко мне. Почему?
Он провел языком по зубам.
— Я уже все сказал тебе по этому поводу.
— Ты просил меня доверять тебе, а теперь я прошу тебя доверить мне правду. Почему?
Молчание.
Аргх! Я попробовала другой подход:
— Ты сказал мне, что хочешь, чтобы я держалась подальше от Гэвина, и все же именно ты держался от меня подальше. Почему?
Снова молчание.
Черт бы его побрал! Я давала, а он ничего не отдавал взамен.
— То, что мы только что видели в видении…
— Это произойдёт. — В его глазах полыхнула ярость, заставляя меня скучать по непроницаемой маске. — Ты знаешь, что так и будет. Это всегда происходит.
Я верила, что это не случится, но он, нет. Он бы понял мой блеф.
— Может, мы не правильно поняли это видение.
Наклонив голову, он пристально изучал меня. Надеясь?
— И что тогда, по-твоему, оно значит?
— Я… не знаю. — В тот момент я была не в состоянии думать. Но знала, что то, как я стояла с Гэвином, а Коул — с Вероникой, и то, как я обнимала Гэвина, а Коул так спокойно улыбался Веронике, не означало, что мы принадлежали Гэвину и Веронике. — Как ты думаешь, что это значит?
«Пожалуйста, скажи мне то, что я хочу услышать».
Он скажет. Должен был. Не многие люди были такими многослойными, как Коул. Твердая внешняя оболочка покрывала лезвия, а лезвия покрывали сталь. Но тот, кто готов копать… и терпеть боль… мог найти доброе сердце. Я копала. Я нашла его. Он не отпускал меня, не ушел к Веронике.
— Думаю, это означает… что нам надо расстаться, — сказал он и закрыл глаза.
Он сказал это. Действительно сказал.
С таким же успехом он мог дать мне пощечину.
— Нет, — сказала я, качая головой. — Нет.
— Хорошо, позволь мне перефразировать. Я знаю, это означает, что между нами все кончено. К этому все и идет. Я почти потерял тебя дважды, и потеряю навсегда, когда видения начнут сбываться. Я не собираюсь цепляться за проигрышный вариант, Али.
У меня началась паника. Я должна заставить его понять.
— Я не проигрышный вариант. Мы не проигрышный вариант. Мне не нравится Гэвин.
— Но он тебе понравится.
«Нет!»
— Не делай этого, — сказала я. — Пожалуйста. Ты должен доверять мне. Пожалуйста, — повторила я, и мне было все равно, насколько отчаянно я звучала. — Есть вещи, которые нельзя вернуть назад, и это одна из них.
Коул замер. Я не была уверена, что он вообще дышит. Потом он развернулся и ударил кулаком в стену.
Бум! Я вздрогнула. В стене остался след от его руки. А в воздух поднялась пыль.
Сейчас со мной был опасный парень, о котором меня предупреждали с самого начала. Тот, от кого матери прятали своих дочерей. Плавильщик трусиков, как его называли несколько девочек в школе. Парень, которого все боялись. Жестокий преступник. Жестокосердная машина.
— Не будет такого, что я посмотрю на Гэвина и он вдруг понравится мне, — прошептала я. Даже не могла себе этого представить. — Ты единственный. И это на тебя не похоже, — добавила я. — Ты никогда не отступаешь. Ты всегда борешься. — «Борись за меня».
Он прижался лбом к поврежденной стене.
— Коул, — тихо сказала я. Мне нужно достучаться до него. — Ты хочешь быть с Вероникой?
— Нет, — сказал он, и я чуть не зарыдала от облегчения. — Ни капельки.
— Вот, видишь!
— Али, я… — Он выпрямился и повернулся ко мне. Я увидела панику у него в глазах, но через секунду Коул стал безэмоциональным, и это намного хуже, чем ярость, которую он демонстрировал ранее. — Наши чувства сейчас — ложь. Надеюсь, однажды, ты простишь меня. Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу простить себя. Но… между нами все кончено.
Конец.
Вот и все.
Все кончено.
— Коул.
— Между нами все кончено, — повторил он, увереннее. — Все кончено.
 
Как уверенно он говорил. Как решительно.
Второй раз в жизни мое сердце разбилось на тысячи осколков. Мне казалось, что я умираю. Но на этот раз второе сердце, новое, каким бы оно ни было, взяло всю слабость на себя, сохраняя мне жизнь.
Молча, он отошел назад, подальше от меня.
— Я не приползу к тебе обратно, — прохрипела я.
— Я и не жду этого.
Этими пятью словами он уничтожил всю меня. Душу и тело. Я не дам ему шанса сделать это снова. Только не снова.
— Я не прощу тебя, даже если ты приползешь ко мне.
— Знаю, — сказал он, отчаянно. — И я не буду… Не буду… — Он покачал головой. — Чтобы я сейчас не сказал, никому из нас легче не станет, и мне очень жаль. Ты, вероятно, никогда не узнаешь, насколько сильно. Но это не изменит моего мнения. Мы поступаем правильно.
Затем он развернулся и ушёл.
  
Глава 6
 
Добро пожаловать в твой кошмар
 
Я…
Сломана…
Окончательно.
Каким-то образом я нашла в себе силы встать. Мои ноги дрожали. От ярости. Горя. Беспомощности. Сожаления.
От боли.
Мне хотелось пойти за Коулом и сломать его так, как он сломал меня. Мне хотелось ударить его. Мне хотелось накричать на него.
Я хотела, чтобы ему было так же больно, как и мне.
Мне хотелось плакать и умолять его вернуться ко мне.
Я хотела, чтобы он обнял меня.
Хотела его ненавидеть.
Может быть, я действительно ненавидела его. Сегодня он доказал, что не был тем восхитительным парнем, каким я его считала. Как он мог так поступить со мной? Бросить так же, как и Маккензи. Как будто я ничего не значила для него. Разница лишь в том, что у меня были видения. Я просто не хотела смотреть правде в глаза.
Я хотела избегать его вечно.
Но мне придётся с ним видеться. Конечно, придется. Нам придётся даже говорить друг с другом. Естественно. В каком-то смысле он был моим боссом. Он распределял ночные патрулирования. Руководил всеми тренировками. Но дружба, которая у нас была, закончилась. Подшучивания. Поцелуи. Прикосновения.
Навсегда.
Он хотел защитить нас от дальнейшей боли, от проигрышного варианта, от секретов, которые отказывался обсуждать, от опустошения и стыда за то, что мы влюбимся в других людей, когда будем еще вместе.
Я была готова рискнуть.
А он решил, что я не стою таких усилий.
Я оглядела комнату, которая не была моей. Я лишь временно ею пользовалась. Единственными вещами, которые принадлежали мне, были одежда в комоде и шкафу. Я подошла к комоду, сама не зная почему, пока не почувствовала, как мои пальцы обхватили его, а руки толкнули вперед, отчего он рухнул на пол.
Я вытащила ящик и швырнула его, затем еще один, и еще. Носки и нижнее белье полетели во все стороны. Видя, как они валяются на полу, я только больше злилась. Я была такой же, как они. Выброшенная. В месте, которое мне не принадлежало.
Коул только что изменил ход моей жизни, и я не могла это предотвратить. Так же, как не могла предотвратить аварию.
Сколько еще изменений мне придется пережить?
Все изменилось. Мир. Время года. Время. Люди. Ничто и никто не осталось прежним. Принимать новые перемены нужно легко. В конце концов, даже я изменилась. Однажды я забуду о Коуле и чувствах, которые к нему испытывала. Смогу жить дальше.
И он тоже.
Он будет встречаться с другой девушкой.
Я посмотрела на фотографию, которая стояла на тумбочке. Кэт сделала этот снимок втайне от нас. На нем Коул стоял позади меня, обнимая. Он положил подбородок на мою голову, и выглядел довольным. Я мечтательно улыбалась, по уши влюбленная.
Любовь.
Я отказываюсь его любить.
Я подняла фотографию и запустила ее через всю комнату, мое новое сердце колотилось с бешеной скоростью, легкие горели, не в состоянии принимать достаточное количество кислорода… как будто что-то внутри меня крало его.