Без лица

Тиффани потягивала вино, оно было сладкое и холодное. Она надеялась, что алкоголь поможет ей отключиться от всего, что должно было произойти сегодня ночью. Из CD-плейера доносился мягкий, проникающий в самую душу и сердце голос Тедди Трендеграса. Когда Лерой вел ее к себе в спальню, она уже едва держалась на ногах, но тем не менее сумела заметить, что рядом с постелью находится столик, а на нем множество различных инструментов. Затем она полностью потеряла контроль над собой.
Лерой раздевал ее, напевая мотивчик песни «Выключи свет». Это была одна из самых любимых им композиций Тедди, которую он прослушивал по меньшей мере раз в день. Затем он посмотрел сверху вниз на девушку и крепко схватил ее за грудь. Она не издала ни единого звука, так как была просто не способна на это. Пристроив ее поудобнее для того, чтобы камера могла запечатлеть все его выходки, он принялся за работу.
Через несколько дней память вернется к ней. Она вспомнит события сегодняшней ночи до мельчайших подробностей. Он хотел бы увидеть ее лицо, когда она поймет, что с ней произошло. Это только добавляло ему возбуждения.
* * *
Сестра Патрика Расби была огромная женщина с короткими вьющимися волосами и всегда носила разноцветную яркую одежду. Она была до фанатизма религиозна и пела псалмы в церкви. К своему брату она относилась как к собственному ребенку. Несмотря на то что она была на двадцать лет старше его, Расби верила, что он хороший человек и живет честной полноценной жизнью. Ни у кого на свете не повернулся бы язык рассказать ей правду. И причиной тому была не репутация Патрика — люди просто щадили эту женщину, которая свято верила, что все люди на земле такие же хорошие, добрые и честные, как и она сама.
Услышав в своей квартире голос брата, она бросилась ему навстречу.
— Привет, детка. Я соскучился по тебе, — сказал Патрик, обнял ее и расцеловал. Он изо всех сил пытался держать ее в счастливом неведении относительно себя, поэтому старался выглядеть так, как она хотела. — Ты хорошо выглядишь, Расби. Могу я занять столовую, чтобы побеседовать с Макси? У него проблемы, и нам нужно потолковать наедине.
— Конечно, можешь. А я принесу вам курицу, рис и холодные напитки.
Патрик снова обнял ее:
— Спасибо тебе. Я всегда знал, что могу положиться на тебя.
Они с Максом Джеймсом прошли в столовую и, закрыв за собой дверь, над которой висело огромное деревянное распятие, сели за стол.
— Все это похоже на тайную сходку, Пэт, — сказал Макс и засмеялся.
— Это самое безопасное место, Макс. Я всегда прихожу сюда, когда мне надо спокойно обсудить свои дела. Моя сестра Расби огромной души человек. Таким же был Истон, ее покойный муж. Она живет только ради меня и ради своей веры. Поэтому расслабься и ешь. Она готовит самую лучшую курицу и рис во всей Англии.
Расби принесла тарелки с едой и холодные напитки. Макси с удовольствием поглощал пищу, а Патрик смотрел на него и улыбался.
— Ну, и о чем будет сегодня разговор? — спросил Макси.
Патрик достал маленькую бутылочку белого рома и до краев наполнил стаканы.
— Я хочу расширить дело. Собственно, вот и все. У меня на подходе есть два новых поставщика: один в Голландии, другой в Брюсселе. Ожидаются большие барыши.
Макси бросил жевать.
— Но, расширив наш бизнес, мы станем более заметны. Весь товар и так проходит через наши руки. На твоем месте я не стал бы так рисковать, у нас и так хороший навар.
Пэт ожидал подобного ответа.
— Я не спрашиваю твоего мнения, приятель. Я просто ставлю тебя в известность. Все уже решено, и твое дело только найти новых распространителей. Усекаешь?
Макси выглядел обиженным.
— Какого черта ты тогда говоришь мне все это? — Он швырнул свою вилку на тарелку. — Меня просто тошнит от тебя, Патрик. Все эти годы мы были партнерами, а теперь ты обращаешься со мной как с мальчиком на побегушках. Даже Ивон видит это.
Патрик вздохнул:
— Пошли свою шлюху куда подальше. Я ведь уже предупреждал тебя, что твои шуры-муры с ней не приведут ни к чему хорошему. Вы даже уже успели настругать себе подобных… Скажи ей, чтобы она не попадалась мне на глаза.
 
— Ивон — моя жена, и я люблю ее. Если, не дай бог, меня упрячут за решетку, она будет терпеливо ждать меня столько, сколько понадобится. Разумеется, она хочет, чтобы я больше не связывался со всем этим дерьмом. У нас достаточно денег, и мы прекрасно можем обойтись без всех этих новых чуваков и без наркотиков.
Лицо Патрика было непроницаемо. Они с Макси были приятелями еще со школьной скамьи. Но помимо дружбы есть еще и дела. Чтобы выжить, надо было расширять бизнес. Патрик твердо верил в то, что, если у него будет очень много денег, он сможет в случае чего купить себе любого судью и адвоката.
— Так ты со мной или выходишь из игры, Макси? Мне нужен немедленный ответ.
Макси пожал плечами.
— Считай, что я в доле, — сказал он и опустил голову в тарелку.
Его ответ прозвучал так, будто кто-то насильно заставил его принять это решение.
— Ешь, приятель, и мы сможем пропустить еще по стаканчику, перед тем как я отвезу тебя домой.
* * *
Аманда Стерлинг открыла дверь. Ее молчаливое удивление было более чем выразительно.
— Я ушла из госпиталя, — сказала Мария. — Это все равно что снова оказаться за решеткой.
— О господи, заходите, пожалуйста. — Аманда проводила ее в свой кабинет и пригласила сесть. — Что с вами произошло? Я почти уверена, что это не ограбление. За вами охотились?
Мария посмотрела на эту добрую женщину и почувствовала сильную усталость. Вряд ли она сейчас сможет выдержать продолжительную беседу, если речь пойдет о ее жизни.
— Послушайте, мисс Стерлинг, меня сильно избили, у меня все болит, и я дико устала. Я просто хочу спать.
В глубине души Аманда понимала, что здесь что-то неладно. Ей следовало бы проинформировать полицию о возникших подозрениях. Но она хотела предоставить ей возможность самой решить свои проблемы. Откровенно говоря, ей очень понравилась эта женщина, и она абсолютно не хотела, чтобы Мария вновь оказалась в тюрьме.
— Если вам нужно будет выговориться, знайте, я всегда к вашим услугам.
Мария улыбнулась:
— Я знаю это, Аманда. Спасибо вам большое, но у меня все болит, и совершенно нет сил.
Десять минут спустя она уже лежала в кровати и куталась в одеяло. В темноте она могла думать, прятаться и планировать свои дальнейшие поступки. Но сегодня вечером она не могла чувствовать себя спокойно. Ее дочь находится где-то рядом с этим негодяем Патриком Коннором. С тем самым человеком, который был причиной несчастий, выпавших на долю Марии. У нее перед глазами всплыло маленькое личико Джейсона, его красивые глаза и мягкие кудрявые волосы. Она снова как будто почувствовала тепло его маленького тельца, когда он, бывало, засыпал у нее на руках. После его рождения она твердо решила начать новую жизнь. Ей пришлось сразу же после рождения отнять маленького Джейсона от груди. Она понимала, что, возможно, еще в утробе сделала своего ребенка наркоманом. И она открыто сказала Патрику, что решила завязать с наркотиками и собирается начать новую жизнь.
Но он только рассмеялся ей в лицо. «Ты никуда не денешься, Мария. Ты будешь делать то, что мне нужно, детка».
Она хорошо помнила, как он бил ее. Она помнила каждый удар, каждый пинок ногой. Однако странным было то, что она всегда испытывала к нему жалость, ведь Патрик отчаянно хотел казаться кем-то, кем на самом деле не был. Да, он был прав: в ее жизни ничего не изменилось. Всего лишь через три недели после рождения сына она снова оказалась на улице. Когда сейчас она думала об этом, то не могла не поражаться тому, что произошло с ней, Марией Картер. К чему она стремилась тогда, чего искала? И что сейчас хочет найти ее дочь в Патрике Конноре?
Когда она думает о маленькой Анастасии, ее сердце сжимается от боли. Каким образом ее собственная дочь могла родить ребенка от человека, который был отцом ее собственного брата? Но Мария прекрасно знала, как может действовать Патрик Коннор. Скорее всего, сам он считал случившееся самой удачной шуткой в своей жизни. Сначала он как мог издевался над матерью, теперь ему целиком и полностью принадлежит ее дочь. Вскоре он выкинет Тиффани на улицу. Мария прекрасно знала, на что он способен. Одна мысль о том, как этот подонок обращается с ее ребенком, с той девочкой, которая однажды назвала его папой, приводила ее в такую ярость, что она была готова убить этого поганого негра. Именно это она и сделает, если другого выхода не будет. От этой мысли она почувствовала облегчение и в конце концов уснула.