Без пяти минут беременна (СИ)

– А Юрий Константинович в курсе? – интересуюсь, потому что все это круто только, если человек, вечно ловящий меня на опозданиях, будет в курсе.
– Конечно, мы с ним обсудили вопрос рабочего графика на утреннем брифинге.
– Хорошо, – киваю и вчитываюсь в документ.
Но чувство странности происходящего не отпускает. Целый приказ ради меня одной? С чего такая барская щедрость? Неужели плоды соседского протеже наконец дали о себе знать?
– Ой, Маришка звонит, – Лидия Сергеевна хватается за телефон и вскакивает с места. Канадская дочь – это святое. – Лиза, прочитай, подпиши, отдай Лене, – распоряжается, прежде чем выйти из кабинета.
Кажется, я упустила, как на моей улице перевернулся грузовик с водкой и апельсинами, а веселый мишка играет на балалайке для настроения. Точно Венера в Стрелец залетела и балует меня сейчас подгонами. Что-то даже немного страшно, что после настолько кристально белой полосы резанет черная. Да так, что полруки оттяпает!
– Угощайся, – перед носом появляется тара, доверху наполненная черникой. – Сплошные витамины! – трещит кадровик Лена. – В выходные с мужем в лес ездили, понабрали-и-и, – радостно тянет она. – Ты не стесняйся, бери, бери, – пальцами чуть мне в лицо эту банку из-под майонеза, доверху забитую черными ягодками, сует. – Давай я тебе отсыплю!
И прежде, чем я успеваю рот открыть, кидается к шкафчику и достает оттуда огромную корпоративную кружку.
– Не… надо, – вяло сопротивляюсь я. Как вспомню, как эту чернику в детстве с бабушкой собирали, так сразу хочется выбросить ее в окно. Перепачканные пальцы, морда, платье. И переела, да. Особенно варенье. До сих пор обхожу стороной эти ягодки.
Но щедрая Ленка уже пересыпает из своей банки мне в кружку, рассказывая, как мужа пчела укусила прямо в ухо, и он оглох на пару часов, а мне остается только мило улыбнуться и поблагодарить. Сдам Соньке. Ту ягодами в детстве не баловали, ее растили в жесткой питерской коммуналке, не избалованная душонка.
Может, посоветовать суетливой Лене заварить себе еще ромашки, чего-то она больно активная.
– Сама-то замуж когда? – садясь напротив, участливо интересуется она.
– Желающих пока не нашлось, – выпускаю нервный смешок, подписывая-таки документ в руке. Вроде не увольняют и то хорошо.
Протягиваю бланк кадровику, она как-то грустнеет лицом.
– Ох уж эти мужики… – с какой-то вселенской печалью затягивает она.
– Ага, – подтверждаю, вставая с места. – С меня все, больше ничего не требуется?
– Нет-нет, беги, – снова расплывается в улыбке. – И ягодки не забудь. Кушай! Там сплошные витамины! – кидает уже мне в спину.
Я выхожу из отдела по работе с персоналом с кружкой в руке и странным ощущением, что мир перевернулся с ног на голову. Все какие-то… доброжелательные и милые, и… заботливые уж через край. Как в том фильме, где героиня башкой ударилась и очнулась в фильме с рейтингом 16+, где все радостные и солнышко никогда не садится.
Даже проверяю рукой затылок, не втемяшилась ли где, когда автобус резко тормозил на светофоре.
Окончательно убеждаюсь, что черепаха разогнала слонов, и земной шарик сошел с орбиты, когда за обедом ко мне подсаживается Даня. Сам. И заговаривает. Юпитер точно только что встал в один дом с Сатурном. А мне в сумку подбросили кроличью лапку.
– Будешь моей девушкой? – выбивает остатки веры в реальность бытия.
  
Глава 8. Когда складывается пазл
 
Данил
За несколько дней до этого
– Мы приглашаем тебя, приезжай, – слух неприятно режет это «мы», произнесенное раболепным голосом.
– Очень мило, – не скрываю сарказма, на щедрое предложение отца.
Откидываюсь на кресле и кидаю взгляд на часы в углу монитора. Пять минут. Пора сворачивать разговор.
– Ну хорош, сын, неужели мы не можем зарыть топор войны? Для меня это важно. Для нас, – очередной укол под ребра.
– У меня много дел, – гну свою линию, потому что видеть его и этот плюс к его новой жизни совсем не хочу.
– Не надо так. Не надо винить меня в том, что ты поставил свою жизнь на паузу, а я иду вперед.
 
Я стискиваю зубы, крепче сжимая в руке телефон. Козел. Разве не он виноват?
– Нет никакой паузы. У меня все прекрасно. Спасибо, что считаешь меня неудачником, – встаю с кресла и захватываю блокнот со стола. – До следующего созвона.
– Подожди, Данил, – отец останавливает меня в сантиметре от красной кнопки. – Так… кхм, у тебя кто-то появился? – осторожно интересуется он.
– Да, – уверенно бросаю ему.
– Хорошо, хорошо, – слышать облегчение в его голосе отвратительно. Еще не хватало снять груз вины с его плеч. – Приезжайте вместе.
– У нее тоже очень много дел. Все. У меня совещание. Давай.
Прерываю звонок, кидаю мобильный в карман и выхожу из кабинета. Ребята только начинают стекаться к началу рабочего дня, а меня уже ждут за директорским столом.
– Шустрее, шустрее, не хватало мне за вас сегодня отхватить, – раздраженно подгоняю сотрудников. Знают же, что генеральный помешан на дисциплине, но потусить в курилке перед началом рабочего дня – это святое.
– Кого-то сегодня уже вздрючили походу, – ржет за спиной Макеев. Вот и нашелся доброволец ставить новую прогу бухгалтерии.
В кабинете генерального пока пусто, за столом только вездесущая операционка и зам по рознице. Кидаю взгляд на наручные часы и удивленно ищу взглядом Тарелкина. Задерживаемся? Это что-то новенькое.
Генерального в кабинете и вовсе нет. Не дай бог ловит моих на опозданиях.
Заранее взведенный до предела утренним звонком отца, готов пойти поотрывать чьи-то бошки. Начнем с тех, что в моем списке вконец зажравшихся сисадминов занимают верхние строчки чартов. Открываю блокнот и вывожу сверху задачи на сегодня. Убить парочку зайцев в них первым пунктом.
Постепенно в кабинет стекается народ, Тарелкин выходит из своей тайной комнаты, поправляя галстук. Я автоматически анализирую выражение его лица, чтобы понять, сегодня будут жестко иметь или можно расслабиться. Но вижу только задумчивое выражение лица, будто он решает тригонометрические формулы в голове, а галстук перекрыл кислород и думается плохо.
Юрий Константинович снова поправляет узел нервным жестом и проходит к компьютеру.
Под его началом работается в принципе спокойно, контора стабильно развивается и появляются интересные бизнес-задачи, которые не дают застояться на месте. И мое место меня более чем устраивает. Но эти совещания по понедельникам…
В кабинет распахивается дверь и вваливается кто-то очень шумный. Я отрываю взгляд от блокнота и осматриваю вошедшего быстрым взглядом. Лиза. Маркетинг. Одна из тех неугомонных сотрудников, которые заполняют собой пространство, где бы не появились. К счастью, мы почти не пересекаемся в работе.
Она в пару шагов преодолевает расстояние до стола и громко занимает место напротив меня. Слишком громко. Черт, я действительно раздражен, нужно взять себя в руки.
Следом за маркетологом появляется наш вездесущий эйчар. Вот, с кем постоянно приходится взаимодействовать. Тетка в принципе нормальная, но с дикой тягой покопаться в твоем грязном белье и планах на жизнь. Даже если ты упорно отмалчиваешься и выдаешь односложные ответы.
– Лидия Сергеевна, прикройте дверь, – Тарелкин присаживается во главе стола и в очередной раз поправляет галстук. Интересное наблюдение: это уже третий выдающий нервозность жест за это утро.
– Угощайтесь, Юрий Константинович, – Лидия Сергеевна обходит стол по дуге и протягивает ему раскрытую коробку конфет. – Дочь из Канады прислала. Коллеги, – поворачивается к нам с предложением угоститься. – Подсластим пятничное утро!
Я отказываюсь, отрицательным кивком головы. Не люблю сладкое. И есть во время работы. Кровь отливает от мозга и снижает восприятие информации.
В отличие от меня, Лиза напротив с энтузиазмом берется за конфеты. Сгребает сразу две и одна тут же отправляется в рот, едва слетел фантик. Я непроизвольно усмехаюсь. Это забавно. Как с голодного края. Секунду спустя, правда, она меняется в лице, вскакивает с места и вылетает из кабинета.