Сотканные из времени (СИ)
Естественно, Корворд пожелал обеспечить себе безбедное будущее и загнул неплохую сумму. Шон, мой личный волк с Уолл-стрит, почуял запах торгов и вцепился в Джонотона, словно акула. Тот сдался под напором и скинул двадцать процентов, от ранее заявленной суммой.
Я и не надеялся увидеть Кэтрин рядом с прессой. Вероятно, она швырнула им средний палец и с гордостью прошагала в зал, в компании Тайлера и Энтони. Я и сам не собирался давать какие-либо комментарии, но Линда слезно умоляла сделать несколько кадров.
— Люди должны знать вице-президентов в лицо! — Настаивала она.
Линда в целом не упускала возможности со мной поболтать. Она была буквально везде, где бы я не оказывался. Такое внимание выглядело немного странно. Но страннее выглядело лицо Кэтрин, которая, конечно же, оказывалась поблизости и смиряла нас двоих взглядом, от которого стыла кровь в жилах. За все эти дни мы не разговаривали. К тому же, Линда задалась целью стать моим лучшим другом. Осталось лишь купить парные футболки и сплести браслеты из бисера.
Во мне плодились подозрения. И пускай я пытался оставаться дружелюбным, но внимание Линды в какой-то момент начало напрягать. И не хотелось делать преждевременных выводов и разбрасываться обвинениями, но поговорить с Линдой определенно стоило.
Студенты активно позировали. После накидывали верхнюю одежду и уверенным шагом направлялись на улицу. Там их ждала вторая порция внимания и очередные вспышки камер. Джонотон, заметив меня, активно замахал. Натянув дежурную улыбку, я двинулся к нему. Мы шагнули на дорожку и уставились в объективы. Пресса вела себя сносно. Никто не задавал неудобных вопросов, не выкрикивал провокации. Молчаливые щелчки, и я облегченно покинул пьедестал славы.
Мысленно я уже был в зале. И жадно выискивал глазами Кэтрин. На выходе меня нагнала Линда.
— Все идет хорошо. Ребята в восторге от журналистов! — Она накинула кожаную куртку и отбросила светлые локоны за спину. Глаза блестели от предвкушения.
— Ты молодец. Хорошо постаралась.
— Под твоим четким руководством и миссис Стюарт!
Ледяной ветер щипал кожу. Я спрятал руки в карманы и окинул взглядом Линду. Таинственная улыбка сверкала на губах. Опустив глаза, она шла, словно по подиуму. Безусловно красивая и эффектная. Но кроме приятельских чувств, я ничего не испытывал.
И не хотел.
Потому что мое сердце, как и яйца, принадлежали Кэтрин. И было бы неплохо, если бы она вернула их к Рождеству.
Зал выглядел великолепно за счет черного бархата, светлых деталей и белых роз. Стены украшали черные рамки с черно-белыми картинами. По углам стояли манекены в винтажных платьях и украшениями из жемчуга. Длинные столы расположились возле стен, открыв простор для танц-площадки. Официанты в черных фраках разносили напитки и закуску. Несколько фотозон так же были украшены настоящими цветами.
Кэтрин
Я задержал на ней взгляд чуть дольше положенного, так как мое здравомыслие сейчас где-то на уровне паха. Черт. Тайлер Гилл легко мог утереть нос самой Анне Винтур. Потому что даже она бы не смогла подобрать для Кэтрин что-то лучше, чем это платье. Каждый изгиб был идеально подчеркнут. Ноги казались бесконечно длинными. А пышная копна волос подпрыгивала от каждого движения. Кэтрин обнималась с Энтони, фотографируясь на фоне одной из фотозон. Тот по-хозяйски закинул руку ей на плечо и то дело касался губами щеки. Стало трудно дышать. Жар лизал шею, грозясь выдать меня с потрохами, но я не мог отвернуться и отвлечься. Все мое внимание принадлежало ей. Всегда принадлежало ей.
Линда потянула меня за рукав, вытаскивая из омута по имени Кэтрин. Но я не хотел этого. Наоборот. Сердце пело и тянулось к ней, вместе с остальными органами. Мне хотелось ее коснуться. Стереть все поцелуи Энтони. Спрятать от посторонних глаз.
Шумно сглотнув, я направился к столу, предназначенному для учительского состава. Линда семенила рядом, словно была моей спутницей на сегодняшний вечер. Я чуть ослабил хватку тугой петли на шее. Здесь уже был Люк Стоун — преподаватель социологии и философии. Тучный мужчина шестидесяти лет с темной щетиной на впалых щеках и проблесками седых волос.
— Люк, — кивнул я, и получил ответный кивок. Он редко разговаривал, куда чаще скрывался в кабинете, безостановочно улучшая материал. Люк Стоун действительно был лучшим во всей Америке, но отчего-то страдал синдромом самозванца, вытачивая каждое произнесенное слово на лекции. Студенты любили его предметы и охотно сидели, даже когда занятие подходило к концу. И для меня было огромной победой удержать Люка в стенах Болфорд, когда Корворд бессознательно уничтожал университет.
Линда заняла место рядом со мной. Первым делом она взяла бокал шампанского и залпом осушила его.
— Я так нервничаю, — призналась Линда, сократив между нами расстояние. — Боюсь, что что-то пойдет не так. Или ребятам не понравится праздник.
— Все будет хорошо.
К нам присоединились Марта и Стивен. Следом подошла и Джесс, чуть косо взглянув на меня и Линду.
— Журналисты, — Марта наигранно помахала салфеткой. — Столько вопросов, столько внимания, столько фотографий!
— Буду менять аватарку каждый день, — подыграл ей Стивен.
Я не смог расслабиться и проигнорировать, как нога Линды «случайно» касалась меня. Каждое движение отдавалось чем-то горьким на языке. Я пытался перехватить ее взгляд, но Линда вовлечено болтала с преподавателями, громко смеясь и приковывая к себе внимание. К слову, за столом всем все нравилось. Поэтому я решил больше не анализировать, а получать удовольствие от вечера.
Студенты постепенно рассаживались. В этот зал допустили лишь несколько фотографов, которые ненавязчиво делали снимки. С минуты на минуту должен был появиться ведущий. Раскрасневшийся Корворд, наконец-то, соизволил явиться. Он сел по левую руку от меня и сразу же схватился за шампанское. Мы договорились, что Джонотон произнесет речь первым, чтобы никто из учеников не заподозрил изменений. Как только ведущий появился на импровизированной сцене, украшенной цветами и черными бантами, все присутствующие притихли. Вечеринка началась.
Глава 23. Кэтрин
Блонди первая сдвинула пешку. Я же держала ферзя при себе. Потому что искренне не понимала, почему она бросает на меня взгляды. И это вовсе не паранойя или не уверенность в себе. Лишь холодный анализ. На ней дорогое платье. И не менее дорогие туфли и украшения. Дорогие — для девушки, что примчалась в Болфорд, чтобы организовать вечеринку. Ее ложь была плохо склеена. И я чувствовала ее за милю.
Нейт выглядел напряженным. Как только Эль Вудс — черт, мне срочно нужно узнать ее имя — касалась его, плечи Нейта вздрагивали, а руки напрягались. Мы разместились за соседним столиком, из которого открывался прекрасный обзор. Я неспешно попивала шампанское, в пол уха слушая ведущего. Аппетитные закуски выглядели привлекательно, но на ужин я предпочла лишь шампанское и неумелую ложь. Которую срочно необходимо было раскрыть.
Джонотон Корворд толкнул речь, поздравляя всех с началом учебного года и рассказал, почему этот день назначен на конец октября. Оказывается, именно в эту дату Болфорд открыл свои двери. Меня эта информация интересовала не больше, чем морепродукты.
— Ставлю сотню, что она заберет первый танец, — шепнул Тайлер так тихо, что даже Энтони хохотнул.
— Две сотни и второй танец за ней, — выпалил он.
— Три сотни, и я заверну ваши яйца в такой же бант, что и на сцене.
Хвала небесам, эти двое заткнулись, но все еще улыбались. Я не разделяла их задора, но не из-за ревности. Определенно нет. Где-то в глубине души я подозревала, что приезд блонди не может быть совпадение. Как и вечные взгляды, чтобы заметить мою реакцию.
Вот только она не знала, что я умеючи могу спрятать эмоции. И именно это планировала сделать.
Энтони играл в гляделки с первокурсницами. Он несколько раз поднял бокал, выпивая за них. И пока стекло не коснулось губ, я быстро чокнулась и улыбнулась девушкам.