Сотканные из времени (СИ)
Глава 17. Кэтрин
Неуверенный взгляд Эшли застыл на мне. Она не двигалась, лишь сцепленные пальцы слегка подрагивали. Короткие светлые волосы едва касались плеч, светлый объемный пиджак скрыл худенькую фигуру и черные шорты. На тонких пальцах нанизаны кольца: ровно столько, сколько должно быть у девочек. Образец. Пример.
Вот так ты должна выглядеть, Кэтрин.
Я заперла внутренний голос в каморку и спокойно ответила на взгляд Эшли. В этом плане, у меня не было никаких претензий. Шарлота пускай и пыталась вылепить из меня ее копию, но Браун здесь была не при чем. Зато в другом она была причем: когда воткнула в лопатки нож, продавливая до самого сердца.
Тайлер, Энтони и Лили медленно покинули комнату. И лишь Тайлер это сделал с равнодушным лицом, остальные взволновано переводили взгляд, словно хотели убедиться, что по приходе не обнаружат труп. Но я слишком устала за сегодня, чтобы держать оборону и маску в разговоре с Эшли. Потому что мы знали друг друга всю жизнь, и не было смысла выставлять перед ней ту Кэтрин, которой я стала за последние два года.
Как только мы оказались в комнате вдвоем, я ожидала, что Эшли сядет на кровать и что-то скажет, но она продолжила стоять на месте, будто кто-то успел пролить там клей.
— Зачем ты пришла? — Мой голос граничил между холодом и спокойствием. Я выложила свои эмоции на стол, но кроме равнодушия ничего не обнаружила.
Эшли замялась. Переступила. Мне показалось, что она сдерживает порыв подбежать ко мне и обнять. Но я точно не собиралась проводить этот вечер за слезами, соплями и объятиями. Точно не с ней. Никакой ностальгии. Никаких разговоров о прошлом. Если она хочет расставить точки, то я дам ей лист. Но после он смятый полетит в мусорку.
— Я не рассказывала маме о том, что делала Шарлота в детстве.
Я хмыкнула, убеждаясь, что Тайлер в очередной раз был прав. Вместе с равнодушием возникло облегчение. Значит в арсенале Харпер нет правдивого оружия, а от банальных пулей, напичканных ненавистью, я научилась уворачиваться.
— Спасибо за честность и за то, что сохранила секрет.
На этом разговор должен был закончиться, но Эшли продолжила стоять, словно не договорила.
— Когда ты уехала, она сменила мне номер телефона и сама удалила тебя из всех социальных сетей. Подключила программу, которая отслеживала каждый звонок и сообщение.
Ни один мускул не дернулся на моем лице. Ни один. И Эшли это привело в исступление.
— Ты пытаешься оправдаться?
— Я хочу, чтобы ты знала правду.
— На твоих счетах миллионы. Ты могла потратить несколько сотен долларов на новый телефон и спокойно связаться со мной. В наше время нет ничего невозможного, Эшли, тебе ли этого не знать? Вот только ты приняла свое положение, считая, что ничего не можешь сделать. А Тайлеру удалось отвлечь весь персонал, чтобы я успела собрать вещи, вытащить деньги из сейфа отца и не заметно уехать из дома. Он ради этого поджег территорию рядом с домой. И поджег бы еще раз, если бы что-то угрожало мне. А ты сейчас мне говоришь, что из-за контроля матери ты не могла со мной связаться?
Эшли молчала. Ей нечего было ответить. Зато моих слов хватило на двоих.
— Харпер редкостная сука, но и она не стала бы подрывать положение Вульфа и в открытую ссориться с Виктором и Шарлотой. Твоя мать может тявкать наедине, но никогда не полезет на рожон на глазах у других, потому что юные леди так себя не ведут.
В уголках глаз Эшли собрались слезы. И пускай она продолжала молчать, но я прекрасно знала, что мои слова звучат для нее звонче, чем пощечина.
— Я хотела бы все исправить, — тихо произнесла Эшли.
— Зачем? Из-за Тайлера?
Я заметила, как вспыхнули ее щеки, как напряглись хрупкие плечи, как она сжалась. И если бы Эшли могла бы исчезать по щелчку пальцев, то именно это и сделала бы.
Она молчала, и я знала почему: у их отношений не было статуса и ясности. К тому же Харпер никогда бы не позволила мальчишке Гилла ошиваться рядом с дочерью.
— Мы не обязаны налаживать отношения из-за ваших чувств. Тайлер сам решает с кем ему спать, целоваться и встречаться. Мы близки с ним, но не обременены клятвами. И я никогда в жизни не влезу в его отношения. Никогда. Ты пришла за моим одобрением? Засунь его мне же в задницу. Потому что черта с два я буду указывать людям, с кем им общаться. Но я не возвращаюсь туда, где мне были не рады. Где меня не любили и не ценили. Наша дружба разрушена, и я не ударю палец об палец, чтобы попробовать собрать ее по кусочкам. Мы больше не будем дружить, Эшли. Мы больше не будем теми подружками. И если ты так и будешь стоять и молчать, то я попрошу тебя выйти отсюда. С каждым словом я чувствую себя Шарлотой или Харпер, отчего хочу врезать себе.
— Прости меня, пожалуйста.
Вау, Эшли Браун первый человек, который разбил мне сердце и извинился. Земля к утру сойдет с орбиты? Со дна Тихого океана поднимется мегалодон?
— И я не знаю, зачем читаю столько книг, раз не могу связать двух слов. Но при этом понимаю, что любое слово и дальше будет звучать как оправдание. Возможно, когда-нибудь ты сможешь простить меня.
Я хотела ей возразить, но не стала этого делать, иначе Эшли затопила бы комнату слезами. Я была слишком злопамятной, чтобы так просто прощать людей.
Она собралась уйти, но одна мысль не давала мне покоя.
— Если ты разобьешь сердце Тайлеру, или Харпер попытается разрушить его жизнь, я уничтожу все, что вы любите. Спалю дотла. Сравняю с землей. Наращивай броню, Эшли, или оставь парня в покое. Твоя мать, если узнает, не оставит тебя и его в живых. Пускай только даст мне повод, и я с радостью отомщу за каждое слово, что прозвучало в наш адрес.
— Я не разобью, — тихо, но уверена пообещала Эшли. — И больше не повторю эту ошибку.
Эшли ушла, оставив меня в одиночестве обдумывать ее слова. Поверила ли я ей? Нет. Потому что либо Эшли была дурочкой, либо искренне не понимала, что больше, чем меня, Харпер ненавидела Тайлера. Даже в те встречи, когда Гилл тащил сына на встречи, она оберегала ее от общения. Даже не давала здороваться. За четыре года, пока Тайлер не сбежал от Гилла, они не перекинулись и парой слов, лишь короткие кивки. Шарлота пыталась контролировать и наше общение, но я преодолевала все преграды. Она даже не представляла, как часто мы виделись и определенно не представляла, сколько раз Тайлер, сбегая от кулаков Джеффа, ночевал в моей комнате. Потому что я не цеплялась за оправдания и запреты, а тараном шла против них. Именно так Эшли должна бороться за их отношения, если действительно испытывает к нему искренние чувства, а не пытается немного бунтовать.
Я откинулась на подушку и закрыла глаза. Эта пятница пыталась меня трахнуть, но я оказалась сверху.
Глава 18. Нейт
В году существовала лишь одна неделя, которую я ненавидел всей душой — неделя перед вечеринкой. Студенты сходили с ума, курьеры каждый день приезжали в колледж, привозя то платья, то костюмы, то обувь, то аксессуары, преподаватели каждую секунду врывались в кабинет, задавая бесконечные вопросы. Бумаги, отчеты, списки — все это нужно было согласовать, подписать, передать. Помимо еды, так же необходимы были развлечения, музыкальное сопровождение и гости. И я бы с легкостью мог пережить эту неделю, если бы люди вокруг меня успокоились, выдохнули и спокойно излагали суть вопросов.
Пустая суета и хаос были источником головной боли на протяжении целого дня. Я выпил третью таблетку, но ни на секунду не стало легче. Корворд тоже остался в колледже и собирался находиться здесь до самой вечеринки. С одной стороны я был рад, ведь сделка точно состоится, и мне не придется в очередной раз беседовать с его секретарем или юристом. С другой стороны его пунцовая рожа нервировала ни меньше, чем новая стопка документов на столе.
Телефон завибрировал. На дисплее отобразился незнакомый номер. Я хотел перевести звонок на голосовую почту, но все же ответил.