Сотканные из времени (СИ)
Я выглянула в основной проход. Энтони, раскинув руки, удерживал троих. Одна из них — помощница Нейта, которая владела ключами от его кабинета. Две другие — Эшли и Колин. Помощница, заметив меня, быстро ретировалась. Колин гордо вскинула голову, смиряя взглядом полным презрения. Боже, да она была потерянным ребенком Харпер Браун, настолько их взгляды схожи.
— Энтони, — ласково позвала я. Парень обернулся и задал безмолвный вопрос. Получив одобрительный кивок, он впустил девочек в библиотеку.
— С каких пор ты решаешь? — Выплюнула претензию Колин.
Я чувствовала себя слишком хорошо, чтобы омрачать настроение пустым диалогом с ней.
— Ровно с того момента, как ты решила спросить об этом.
И пока девочки отвлеклись на меня, Нейт бесшумно выскользнул из библиотеки.
Тайлер вынырнул к нам, с трудом отрываясь от книги. Подернутые дымкой глаза скользнули по Эшли. Та в ответ смутилась и покрылась румянцем. А вот эта картина выглядела куда интересней, чем разборка с Колин.
— Я закончил, — сказал он и захлопнул книгу.
В коридоре Энтони покинул нас, предварительно обвинив меня в своем стояке.
— Ты так сладко стонала! — Он умудрился шепотом воскликнуть. — Почему он, а не я?
— Ты сам знаешь ответ. — Лицо Тайлера оставалось серьезным, но в уголках губ спряталась улыбка.
Энтони махнул на нас рукой и отправился, видимо к той, кто захочет снять вместе с ним напряжение после трудного учебного дня. Я воспользовалась моментом и повернулась к Тайлеру, вопросительно выгибая бровь.
— Ничего схожего с тем, что произошло между вами.
Уголки губ удивлено поползли вниз, а глаза непроизвольно округлились. Вот это новость! И нет, я никогда не заявляла свои права на Тайлера. Мы и так по определению принадлежали друг другу, но каждый мог и забавляться на стороне. Куда больше меня удивила кандидатура.
— И с каких пор ты стал фанатом Шекспира?
— Ты слишком мало знаешь о моем литературном вкусе. — Тайлер закинул руку мне на плечо, мягко прижимая к себе. — К тебе? Ко мне?
— Ко мне. Хочу убедиться, что Лили завязала свои попытки похудения.
И пока мы шли, я пыталась осмыслить его слова и понять, что сама чувствую на этот счет. Я всегда желала Тайлеру счастья, потому что он был тем человеком, который полноправно заслуживал его. И если Эшли Браун смогла бы хоть как-то осчастливить его, я не стала бы высказывать свое фи. Пускай, она и предала меня. Однако Тайлер будучи самым мудрым человеком на свете, не считая Агаты, всегда предпочитал выслушать обе стороны, чтобы не судить однобоко. И возможно, ситуация со стороны Эшли выглядела немного иначе.
Я заранее продумывала все возможные варианты, но кое-что ярким баннером всплывало в сознании: мы с Эшли никогда не станем вновь подругами. Точка. Я не имела права и не стала бы запрещать ему с ним общаться, потому что помнила, как Шарлота наседала на мозг. Как вычеркивала меня из жизни Нейта. Но если людей тянет друг другу, то никто и ничто не сможет их остановить. Жаль, что Шарлота была глупа для такой простой истины.
— У меня нет зажигалки с гравировкой, чтобы одобрить твой выбор.
Смех, зародившийся в груди, полился из Тайлера. Он чмокнул меня в макушку, обещая, что между нами ничего не измениться.
Глава 15. Нейт
Предстоящая вечеринка, в честь начала нового учебного года ознаменовала возвращение старика Корварда. Он не мог упустить возможность толкнуть бессмысленную речь, сквозь поток слюны и хрипы. После, как правило, он создавал видимость бурной деятельности. В основном, проверял счета, убеждаясь, что баснословно богатые родители оплатили очередной семестр, а лучше сразу год. Важно пожимая руки будущим бизнесменам, он через несколько дней покупал себе очередные билеты в жаркие страны и исчезал.
Сейчас Джонотон расхаживал в моем кабинете, сверкая бронзовым загаром и отбеленными зубами. В руке покоился стакан с янтарной жидкостью из прошлого столетия.
— Ты отлично справляешься Нейт. Я иногда считаю себя совершенно не нужным в Болфорде.
— Мое предложение, касательно твоих акций, все еще открыто, — холодно отозвался я, печатая в ноутбуке.
Джонотон растянул губы в улыбке и вскинул палец.
— Мой дед основал Болфорд. Он очень расстроиться, если узнает, что его внук забросил дело всей жизни.
Я выгнул бровь, напоминая, что Джонотон и так забросил дело всей жизни деда.
— Не будем забывать, что университет основной источник моего дохода. Я слишком ленив для остальных дел.
— Тогда продай мне две оставшиеся акции, чтобы я мог решать все дела, не дожидаясь твоей загорелой задницы.
Сорок девять акций — именно столько было у меня. Всего двух не хватало для контрольного пакета и полноты прав. Джонотон чуть смутился, пожевал губу, а после спешно отпил. Я не сводил с него глаз. Мне давно хотелось решить этот вопрос, чтобы перестать общаться с этим мудаком, не видящим дальше своего бокала.
— Нейт, ты лучший вице-президент, что у меня был. Остальные…
— Отдыхали ровно так же, как и ты, и наслаждались деньгами, которые четко поступали на счет каждый месяц. И эти же вице-президенты едва не угробили дело твоего деда, пока ты нежился на очередном пляже, попивая маргариту. Так к чему все эти бравады? Я оставлю тебе сорок девять процентов.
Я видел смятение на лице Джонотона в перемешку с желанием. Болфорд для него был надоевшей поклажей, которая радовала глаз своим видом, но тяготила весом. Он тащил ее из года в год, хвастаясь среди высокопоставленных лиц. Он тыкал ей, чтобы напомнить, что все они зависимы от его гребанного решения. С таким правлением Джонотон оказался в шаге от краха. Получая взятки, он забывал банальную вещь: Болфорд именит не только зданием, роскошным ремонт и широкой территорией. Педагогический состав — вот успех девятого неофициального университета Лиги Плюща. Люди, которые обладали бесценными знаниями. Которые вырастили ни одно поколения успешных бизнесменов и политиков. Все они готовы были развернуться и уйти, когда бывший вице-президент и Джонотон игнорировали поведение детей богатых родителей. В моих венах не только текла кровь. Скромность. но даже она затыкалась, когда я в очередной раз напоминал Джонотону, кто убрал его дерьмо.
И первым условия, которое я выдвинул, было владение акций. Да, я хотел быть полноправным партнером, а не штатным сотрудником с контрактом. Чтобы общаться с разбалованными детками на языке их родителей. Джонотон неохотно, но продал эти сорок девять акций, потому что я был единственным возможным партнером, который не сыпал словами.
— Я подумаю Нейт.
— Это не предложение, а ультиматум. Иначе ты потонешь со своим Титаником, а я не подкину тебе шлюпку. Мы составим договор, по которому ты останешься владельцем сорока девяти акций.
Джонотон насупился. Лицо его побагровело, ноздри яростно раздувались. Я не мог не насладиться его беспомощностью. И делал это только потому, что устал от праздного образа жизни президента Болфорда.
— Я лично хочу составить договор.
— Валяй. Чтобы к утру понедельника он лежал на моем столе. Иначе я лично поведу Болфорд в сторону айсберга.
Джонотон опустошил стакан. Я терпеливо ждал, пока его задница покинет мой кабинет и доберется до своего, чтобы одобрить новый въезд и ремонт кабинетов. И как только облысевший Корвод оставил меня в одиночестве, память услужливо подкинула стоны Кэтрин.
Закрывая глаза, я вновь видел ее. Волосы раскинулись на столе, на губах застыла соблазнительная улыбка, раздвинутые ноги приглашали к пиршеству. Я все еще ощущал ее вкус. Все еще чувствовал бархатную, сладкую кожу под языком. И плевать, что все произошло в библиотеке, куда мог заглянуть любой ученик. Я хотел дать хоть каплю того, чего она просила. Иначе, мог бы потерять навсегда.
Клубок чувств не распутывался. Вопросы всплывали каждую секунду и, чтобы найти ответы, требовался разговор. Но я прекрасно понимал, что Кэтрин не сядет за стол переговоров, если только не разложит меня, как карту, и не оседлает член. К слову, он мгновенно взбодрился, соглашаясь с условиями Кэтрин. Я был с ним солидарен.