Сотканные из времени (СИ)
— Мы разговаривали меньше пяти раз за все это время, а ты успела сделать выводы. И это я подвержен мнению, принципам и правилам?
— Считаешь, что сможешь их нарушить? — Привычная Кэтрин медленно, но верно возвращалась. Но я хотел поговорить не только со знакомой мне девушкой, но и с той, что скрывалась под каменной плитой и была известна лишь Гиллу.
Вопрос звучал как вызов. И я с радостью готов был его принять, но меня волновал подтекст.
— Да, если буду знать конечную цель.
Кэтрин легким движением пальцев стряхнула пепел и чуть наклонилась. Передние пряди упали на безупречные черты лица, чуть скрывая скулы и покрывший щеки румянец.
— А если не будешь знать?
Я тяжело сглотнул, ощущая, как кровь хлынула в пах. Предательский язык скользнул по сухим губам и это маленькое движение вызвало хищную улыбку у Кэтрин. Я не мог отвести взгляд. Не мог думать ни о чем, кроме ее губ, которые выпускали дым. Не следовало выходить из кабинета без рассудка.
— Ну же, Нейт, из-за всех этих разговоров я хочу тебя трахнуть прямо сейчас, не дожидаясь следующей недели. Уверена, на тебя они тоже подействовали. — Член радостно дернулся, как только слова сорвались с полных красных губ. И я бы взял ее прямо здесь, в беседке, вот только студенты, педагоги и персонал не могли по щелку пальцев впасть на день в кому. Сигарета в руках Кэтрин дотлела до фильтра. Она аккуратно похлопала подушечкой пальца, убеждаясь, что можно спокойно положить ее на деревянный стол.
— Я читал «Пятьдесят оттенков серого».
— Предлагаю пересмотреть фильм.
Фантазия очнулась и быстро развернула в голове картинку, где мы с Кэтрин в моей комнате смотрим фильм. Как ее голое тело раскинулось на темном постельном белье, доступное лишь мне. Каждый миллиметр кожи. Каждый изгиб. Каждый поцелуй. И я практически согласился на эту авантюру, вот только запыхавшаяся Энни с кипой бумаг неслась к нам, громко выкрикивая:
— Мистер Эндрюс!
Кэтрин скривила губы.
— Придется пересматривать с Тайлером и Энтони. И кстати, — она склонилась ко мне так близко, что я с легкость мог вонзиться зубами в ее тонкую шею. Попробовать на вкус бархатную кожу. — Не вставай резко, а то девчонка заметит твой стояк и решит, что он предназначен ей. А я не люблю делиться.
Кэтрин откинула копну волос за спину и гордо направилась в сторону кампус. Я мог поклясться, что дьявольская улыбка играла на ее губах. Однако, как только она поравнялась с Энни, то сбавила шаг. Энни проскочила, уткнувшись носом в бумаги. Кэтрин обернулась, словно хотела окликнуть ее, но, передумав, вновь зашагала в здание.
Каменный стояк не желал униматься. Из-за возбуждения, я едва мог разобрать просьбу Энни. Она что-то щебетала о предстоящей вечеринке, в честь начала учебного года, но все мысли устремились в след за Кэтрин. Как и чертово сердце.
Глава 14. Кэтрин
Если вы внезапно стали другом Тайлера Гилла, то раз в месяц обязаны посетить вместе с ним библиотеку или книжный магазин. Безоговорочно.
Мы уныло раскинулись с Энтони на стульях, пока Тайлер рассматривал полки, доверху забитые книгами, энциклопедиями и журнал. Болфордская библиотека поражала размером и величием. Она находилась на втором этаже, прямо над столовой. Огромный зал с многочисленными шкафами, что едва не доставали до потолка. Среди них расположились столы и стулья для студентов, которые спокойно могли выполнять домашнее задание здесь. Каждый стол был оборудован лампами, бумагой и канцелярией. Приглушенный теплый свет придавал этому месту старинную атмосферу. На светлых стенах висели портреты писателей-классиков.
После занятий Тайлер притащил нас сюда, чтобы мы составили ему компанию, пока он будет готовиться к очередному уроку литературы. Роман, по которому нужно было написать эссе, естественно был прочитан, однако Тайлер хотел изучить дополнительные материалы и мнение критиков. Уверена, Эндрюс и Браун восторгались любовью этого парням литературе.
Мы с Энтони планировали свалить минут через тридцать, но уютную атмосфера навеяла сонливость, а удобные стулья с подлокотниками никак не давали подняться. Под шелест страниц я засыпала. Энтони же вновь увлекся своим телефоном, переписываясь с очередной подружкой.
— Я тоже хочу бурную личную жизнь, — пробурчала я, завистливо поглядывая на малыша Грейса.
— Одну секунду. — Он быстро оттянул белую футболку, открывая взору свой великолепный торс. Рот наполнился слюнями. Может все таки переспать с Грейсом и закрыть его гештальт? Заодно и мой список пополниться красавчиком. — Прыгай.
— Слишком просто, — отмахнулась я.
Вероятно, Энтони хорош в постели, но быстрые и согласные варианты всегда вертелись рядом. Взять хоть однокурсников, что время от времени, хвастались своим большим членом и позицией в списке Форбс. Один из ни — Дерек, практически сумел стянуть мои кружевные черные трусики. Однако как только начал хвастаться фамилией отца — автоматически попал в черный список. Моя фамилия гораздо громче и богаче, но я не швыряла ее налево и направо, чтобы набить себе цену.
Стоило отдать должное: отец сделал из фамилии бренд, как и все из золотой пятерки. Да, на их счетах был неплохой капитал за счет трастовых фондов и наследства, но немногие богачи додумались и решились на создание криптомонеты. Вернее, не все поверили в успех биткоина. Пятеро студентов Болфорда: Виктор Фокс, Агата Грейс, Вульф Браун, Александра Кейн и Эйден Блейк после университета продолжили поддерживать общение. У них уже были небольшие компании, которые приносили многомиллионные доходы. Виктор Фокс, например, владел сетью супермаркетов, а Агата скупала коммерческую недвижимость для сдачи. Эту пятерку нельзя было назвать близкими друзьями, но они ввели традицию, встречаться раз в три месяца и делиться идеями для старт-апов. На одной из этих встреч Александра Кейн и рассказала о биткоине. Для остальных эта валюта казалась мыльным пузырем и финансовой пирамидой, но когда твои карманы неприлично набиты деньгами, ты спокойно можешь пожертвовать несколько тысяч долларов на перспективную монету. И когда биткоин несмело начал расти, пятерка решилась создать свои монеты. Я не помнила, когда именно их прозвали золотой пятеркой и вообще откуда пошло это выражение. Помнила лишь, как в одну из встреч, один из ведущих представил нас перед партнерами, как семьи золотой пятерки. Возможно, он сам это и придумал. А возможно папаша хотел придать себе и приятелям значимость и выделиться, на фоне остальных богачей. Так или иначе, клеймо «член семьи золотой пятерки» навечно выжжено у меня на лбу. Уверена, что даже из моего праха родителя выложат эти слова. Фу.
Тайлер активно делал записи на листах и в тетради. Меж пушистых коричневых бровей залегла складка, которую мне хотелось разгладить. Энтони без стеснения сопел, наговорившись со своими виртуальным собеседником. Я же практически умерла от скуки. Двери библиотеки распахнулись и кто-то зашел. Мы сидели в укромном уголке, откуда не было видно прохода. Пришлось встать и размять затекшие конечности. Серая юбка задралась, открывая взору кружево чулков. Я наспех пригладила ее и чуть подтянула декольте черной футболки. Чашечки бюстгальтера радостно выскакивали из-под ткани.
Я двинулась между массивных шкафов. Каблуки постукивали по паркету, нарушая идеальную тишину. Руки скользили по гладкому темному дереву, глаза любопытно осматривали потолок с лепниной. Шла ровно до тех пор, пока не уловила движение справа от себя. Нейт Эндрюс, поглаживая коротко стриженную бороду, хмуро осматривал полки. Рука нерешительно замерла возле книга с зеленой обложки. Я прислонилась к шкафу, складывая руки на грудь. Из-за открытого декольте грудь приподнялся, кружевные оборочки вновь выползли наружу.
— Не ожидал увидеть тебя здесь, — сказал Нейт, замечая меня боковым зрением. — Дай угадаю, Тайлер затащил?
— Бинго. Один — один.
Нейт вытащил книгу и быстро пролистал страницы.
— Не припоминаю, когда ты заработала свой балл. — Взгляд его скользнул по мне, останавливаясь на груди.