Есть ли жизнь после льда? (СИ)

— Ладно. Спор есть, но не такой, как ты думаешь.
— Да ладно? — нервно рассмеялась я.
— В этой группе только надежные люди, которые не сольют информацию никуда, а ты новенькая…
Нет доверия. Логично, наверное.
— Понятно, — зыркнула я на него, чувствуя какое-то разочарование, — поэтому ты не скрываешь сообщения, которые любой может прочитать, заглянув в твой экран, да и название группы очень крутое, не понятно совсем, что там, — Егор протянул руку со своим телефоном, экран которого был разблокирован, мне.
— Смотри сама.
Что-то во сне дернулось, но брать его не стала.
— Сам расскажи, — решила дать возможность объясниться.
— Да, мы спорим и делаем ставки. Всякие разные глупости. Кто выведет математичку или украдет цветок из класса. В общем-то, безобидные. Просто так веселее. На одноклассниц мы не спорим. Девчонки в этой группе тоже есть, с класса почти все, кроме пары человек. И с потока нашего тоже много кто.
В школе шесть десятых классов. Действительно много. Интересно, сколько участников?
— Тогда почему там моя фамилия?
— Дима интересуется, участвуешь ли ты в «споре года».
— Что за спор?
Егор как-то удрученно вздохнул, но ответил после небольшой паузы.
— Кто из девчонок будет целоваться с нашим физруком. Если что… это ваша идея, — улыбнулся Егор.
Егор явно намекал на девчонок.
— Дак вот почему на меня все косились на уроке физкультуры, — задумчиво ответила я.
— Да, — хмыкнул Егор, — на кону уже почти двести тысяч. Многие девчонки хотят выиграть, но ни у одной не получилось к Славке подкатить. Он кремень, — усмехнулся криво Егор.
Фривольное обращение «Славка» как-то резануло слух, но я не стала акцентировать внимание на этом.
— Откуда такие деньги у обычных школьников? — удивилась я.
— Заявилось девятнадцать девчонок на участие. Ставки делает почти вся школа, — отозвался Егор, — мы давно играем, но это первая такая крупная ставка. Скорее всего никто так и не выиграет.
— Как-то нехорошо ставить на живого человека все равно, — добавила я робко.
— На учителя? Он взрослый дяденька, справится с малолетками, — фыркнул недовольно Егор.
— А что нужно для участия? — поинтересовалась я.
— Ты хочешь участвовать?! — раздраженно спросил он, а я хитро улыбнулась в ответ.
— Почему бы и нет? Двести тысяч не помешают, — съехидничала я.
— А разве хорошо ставить на живого человека? — возмутился Егор, чем вызвал мою улыбку, которую я тщательно давила.
— Две минуты назад ты сам доказывал мне, что ничего особенного, — упрямо заявила я.
Участвовать в глупом споре никакого желания не было, хоть трофей и был манящим.
— Тебе это не нужно, — ответил Егор, садясь на соседние качали.
— Да что ты? — веселилась я, — это мне решать что нужно, а что нет. Расскажи условия.
Егор что-то недовольно пробурчал, но ответил.
— Для участия взнос десять тысяч нужно внести. Чтобы сделать ставку на кого-то из участниц — любая сумма, — с большой неохотой ответил Егор.
— А как определится победитель? — поинтересовалась я.
— Видео. Для победы нужно, что бы Слава ответил на поцелуй сам, — прочеканил Егор.
— А кто администратор группы? — вдруг спросила я.
— Я, — ответил спокойно Егор, — и ещё двое одинадцатиклассников, которые и создали эту группу.
— Понятно. Добавь меня, — ответила я, прищурившись, пытаясь считать реакцию на лице Егора.
Это было занимательно, потому что одна эмоция сменялась другой с высокой скоростью.
— Зачем? — выдавил он из себя.
— Участвовать! — рявкнула я.
— Нет, — отрезал Егор и вскочил с качели.
— Не тебе решать! — возмутилась я.
— В данном случае мне.
— Ах так! — разозлилась я.
Вскочив с качели, я схватила снег, быстро сжала и кинула в Егора, попав куда-то в грудь. Снег был липкий, снежок получился твердым. Он стоял и хлопал глазами. Я не выдержала и рассмеялась, наблюдая, как Егор растерялся и не знает, что делать. А потом одним резким движением он схватил снег и запустил в меня.
Снежок попал точно в мой глаз и растекся по щеке.
— Черт, прости, — тут же испугался Егор и стал приближаться ко мне.
 
Я опустила голову вниз, смахивая снег, дождалась, когда обидчик подойдет ближе и резко схватила двумя руками снег, сжала его в снежки и запустила в Егора. Оба попали в цель — точно в лоб. Я не смогла сдержать хохота и побежала прочь.
Егор не заставил себя ждать, на меня полетел один снежок за другим, как из пулемета, но я ловко уворачивалась, хоть и прыгала не так ловко из-за травмированной ноги.
Но азарт захлестнул с головой, поэтому боли я не ощущала. Спрятавшись за детской горкой, я стала выглядывать, чтобы нанести удар. Но Егор меня опередил, засыпал всю голову снегом. Если быть честной, он был ловчее меня, да и меткость его не подводила, но я не сдавалась.
Мы бегали друг за другом, хохотали, падали, снова вставали и нападали друг на друга. Было так весело, что я совсем позабыла от том, с чего началась наша игра.
Очередной раз убегая от Егора после того, как я умудрилась закинуть кусочек снега ему за шиворот, я поскользнулась, не удержавшись на больной ноге и упала прямиком в лужу, которая была припорошена снегом. Джинсы мгновенно промокли и стало холодно, по коже побежали сотни ледяных мурашек.
— Черт, — ругнулся Егор, поднимая меня, — пошли скорее.
Крепко прижав к себе, Егор фактически потащил меня в сторону своей квартиры, потому что мы гуляли в его дворе (это я поняла только сейчас). Я начала упираться, но он меня не слушал.
— Заболеешь, если не переоденешься, — заявил он и запихнул меня в кабину лифта.
Мысленно я была согласна, что мокрой находиться зимой опасно для здоровья, но идти к нему не хотелось. Одно дело, когда там толпа одноклассников, и совсем другое, когда мы будем одни. Стоп. Наверняка же там будут родители! Я начала брыкаться. Не хочу!
— Отпусти! — пыталась крикнуть я, но получился какой-то писк.
— Не бойся, приставать не буду, — рассмеялся Егор и продолжил фактически нести меня к двери своего дома.
  
Глава 8
 
Алёна
— Держи, — протянул мне Егор полотенце и свою футболку, — вещи в сушилку положи.
Я облегчено выдохнула, когда поняла, что в квартире мы одни. А потом начала нервничать в два раза больше, как раз оттого, что мы одни. Поэтому я молча взяла предложенные вещи и пошла в ванную.
Стянув в себя мокрые джинсы, я поняла, что трусы тоже промокли. Оставаться в мокрой одежде глупо, раз я уже всё равно тут, но и без трусов ходить не могу.
— Чёрт с ними, — бурчу под нос и стаскиваю с себя трусы, запихав в сушилку.
Включаю на быструю сушку.
Встаю под горячие струи душа, мгновенно согреваясь. Где-то в голове стучит, что мое поведение не правильное. Но я стараюсь не думать. Нет никакого подтекста. Я просто сушу вещи. Всё. Нюхаю баночки с гелем для душа по очереди и выбираю с запахом свежести или моря. Вообще в ванной все для мужчин: гель для душа, шампунь, пена для бритья. С обычным стандартным цветочным запахом только мыло. Удивляюсь этому, задумываясь о том, почему нет ничего из «женского». У нас же вся ванная заставлена различными баночками-скляночками.
Заканчиваю все свои процедуры буквально за пятнадцать минут. Натягиваю свой спортивный лиф и футболку Егора, которая едва доходит мне до середины бедра. Снизу подвязываю полотенце.
— Алёна, пойдём чай пить, — доносится с кухни голос Егора.
— Егор, можешь мне дать шорты или штаны? — прошу я сразу, как только дохожу до него.
Егор уже налил чай и сервировал стол, поставив две чашки ароматного чая на стол, булочки и конфеты. Сейчас он был каким-то особенно милым. Домашним, что ли. Улыбнулась этой мысли.
— Да, пойдём, — говорит Егор и ведет в свою комнату.
Здесь я впервые. Поэтому кручу головой, рассматривая постеры с какими-то музыкантами на стене. Вся комната в бежевом стиле. Спокойного цвета обои без рисунков и такие же шторы, только их цвет немного темнее. Довольно лаконично, хотя в дизайнах я не особо разбираюсь. Стол завален книгами и тетрадями. Пока Егор ищет в шкафу мне одежду, я рассматриваю тетради. Он уже готовится к выпускным экзаменам, хотя мы ещё не закончили десятый класс. Неудивительно, что он хорошо учиться. В комнате царит небольшой беспорядок, но меня это не смущает.